Качество жизни в России

o Некоторые социологические термины и статьи (новейший социологический словарь, 2010).
          Содержание:
          § (И.Р.Ч.П; качество жизни; образ жизни; люмпенизация; маргинальность; андеркласс; социальный порядок; социальный статус; социальный престиж; социальная стратификация)
          § «Россия: трансформирующееся общество» (Москва, 2001)  – коллективная монография, представленная под редакцией В.А.Ядова.
          § «Социальное расслоение и социальная мобильность»  - монография, представленная под редакцией З.Т.Голенковой. 1999 г.
o Уровень жизни социальных групп,  выделяемых по типу/характеру труда респондентов.
 

(Сборник научных трудов Социологического института РАН. 2010 г.)

Нельзя не сказать и о том, что результатом ничем не ограниченной дифференциации доходов, а тем самым — углубления социальных неравенств, становятся фундаментальные потери, среди которых — резкое падение качественного потенциала российского населения, проявляющееся в стабильно отмечаемых с начала 1990-х гг. тенденциях снижения показателей индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП). В 2014 г. он составил 0,798 (50-е место в мире). Для сравнения: ИРЧП в СССР составлял 0,920 (26-е место в мире).

(М.К.Горшков, «Общественные неравенства в пореформенной России: социологический диагноз». Институт социологии РАН, 2016 г.).

***

НЕКОТОРЫЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕРМИНЫ И  СТАТЬИ.

 

Индекс развития человеческого потенциала (И.Р.Ч.П.) – система показателей, принятая Организацией Объединенных Наций (ООН) с целью интегративной оценки качества жизни населения страны – члена ООН. И.Р.Ч.П. определяется на основе следующих показателей: ожидаемая продолжительность жизни; уровень образования; реальный душевой валовой продукт. И.Р.Ч.П. отражает средний уровень обеспечения страной базового человеческого потенциала и свидетельствует о том, сколько еще предстоит сделать стране для достижения некоторых определенных целей:

o средней продолжительности жизни в 85 лет;

o доступа к образованию для 100% населения;

o обеспечения населению достойного уровня доходов.

При расчете И.Р.Ч.П. все три базовых показателя сводятся к единой системе измерения путем определения достижений по каждому показателю как относительной дистанции от желаемой цели. Максимальное и минимальное значение каждой переменной переносится на шкалу от 0 до 1, причем каждая страна располагается в определенной точке этой шкалы.

Чем ближе страна к величине И.Р.Ч.П., равной 1, тем меньше тот путь, который еще предстоит пройти этой стране до уровня и качества жизни, принимаемых за должное.

***

Качество жизни (К.Ж.) – собирательное понятие, обозначающее количественный уровень и разнообразие  тех материальных и духовных потребностей, которые способен удовлетворить человек в условиях определенного общества. При всем диапазоне уровней К.Ж. в рамках одного социума представляется возможным выделение среднестатистического К.Ж. (его «медианы»), определяемого экономическим и культурным потенциалом общества, а также достигнутой в его рамках производительности общественного труда.

Ряд социологов полагают, что К.Ж. содержит в себе взаимоисключающие моменты: интенсивность и количество производительного труда, обеспечивающего удовлетворение всевозрастающих потребностей людей, с одной стороны, и минимизации вследствие этого количества свободного времени у граждан, с другой стороны.

Категория «образ жизни» была введена в научный оборот советской социологии в статусе альтернативного описательного средства термину «К.Ж.» социологии западной. 

***

Образ  жизни (О.Ж.) – понятие отечественной социологии. Термин появился в самом конце 1960-х, активно использовался на протяжении 1970-х – начала 1980-х и практически исчез из научного оборота во второй половине 1980-х. Это понятие употреблялось как достаточно метафорическое, его «жесткое» социологическое содержание не рефлексировалось.

Ситуация изменилась качественным образом, когда в контексте идеологической борьбы все чаще стал употребляться как самодостаточный термин  оборот «социалистический О.Ж.».

 О.Ж.  понимался, прежде всего, как антипод «всего буржуазного» и характеризовался через черты-признаки: коллективистский, трудовой, интернационалистский и тому подобные  О.Ж.

Трагизм ситуации заключался в том, что дав толчок определенного рода исследованиям, идеология исказила реально возникшие социологические проблемы, заблокировала исследование онтологических структур обыденной жизни людей в ее целостности, которые в западной традиции представлены в различных вариантах так называемой «социологии повседневности».

Раскрыть конкретные механизмы взаимодействия людей между собой и окружающими их условиями, организации людьми своей повседневной жизнедеятельности, ее вписывания в более широкие социокультурные контексты попыталась оформившаяся в середине 1980-х так называемая ситуативная концепция О.Ж. Этот исследовательский проект, к сожалению, так и не реализован до конца…

Нельзя «простроить» теорию «О.Ж.», не дифференцируя понятие О.Ж. от близкородственных понятий «уклад», «уровень», «качество», «стиль» и «стандарт жизни».

Под укладом жизни понимают, как правило, характер структурации условий жизни.  Прежде всего – экономических. В социологической традиции понятие используется редко.

Уровень жизни характеризует степень удовлетворения так называемых непосредственных потребностей. Как правило, через это понятие «схватывается» объем и структура личного потребления. Оно также характеризует прежде всего условия О.Ж., но может служить важным показателем его развития.

Как дополнительное к нему можно рассматривать понятие «качество жизни», отражающее оценку качества условий бытия и возможности использования этих условий.

Понятие «стиль жизни» характеризует внешние аспекты поведения индивидов, его объемы, формы, направленность в соотнесении с конкретными индивидами и социальными группами, т.е. отражаемое им содержание характеризует О.Ж. уже не со стороны условий, а как бы изнутри его самого.

В обществе в целом, в его отдельных подсистемах, у различных социальных групп и у отдельных индивидов формируются системы оценок нормативного или компаративного характера, которые можно обозначить как репрезентированные стандарты О.Ж., составляющие в значительной мере предмет исследования в нормативно-сравнительных разработках О.Ж.

 

***

Люмпенизация – социально-регрессивное явление, характерное, как правило, для общества катастрофного типа и заключающееся в полном выпадении людей из социальной жизни и одновременным  формированием  обширного «социального дна», состоящего из обездоленных, обнищавших слоев населения.

***

Люмпенизация интеллигенции – маргинализация интеллигенции как социального слоя в переходный период и соответствующая люмпенизация ее сознания.

Маргинализация интеллигенции связана с уменьшением экономического потенциала этой социальной группы, а именно –

o с уменьшением уровня личного дохода и потребления;

o снижением социокультурного потенциала, связанного с девальвацией высшего образования ряда профессиональных групп (врачи, преподаватели, работники культуры и науки и  др.) и снижением способности к овладению новыми знаниями;

o уменьшением политического потенциала, определяемого нестабильностью личного статуса и ослаблением законодательной власти.

Можно считать, что представители творческой интеллигенции, живущие ниже уровня минимального потребительского бюджета, не в состоянии вносить сколь-нибудь объемный и качественный вклад в развитие общественных отношений.

С одной стороны, происходит маргинализация интеллигенции как социального слоя, а с другой – повинуясь внутреннему стремлению к прогрессу, она пытается вобрать в себя что-то новое. Ощущение этого социального противоречия как трагедии ведет к люмпенизации сознания интеллигенции, как наиболее чувствительного к переменам социального объекта. Обостренная реакция на аномию («отсутствие регуляции», «безнормность») общественных отношений объясняется особенностями психологической организации интеллигенции – склонности к саморефлексии и глубоким переживаниям.

Люмпенизация интеллигенции выражается во всевозрастающем разрыве между самооценкой собственных сил и возможностей и реальным положением вещей, когда социальная незащищенность и отсутствие перспектив интеллектуального развития вносят элемент социальной покорности и безразличия в бытие интеллигенции как социального субъекта, девальвируя ее способности к осуществлению движущей и обновляющей силы в обществе.

***

Маргинальность (лат. margo – край, граница) – понятие, традиционно используемое в социальной философии и социологии для анализа пограничного положения личности по отношению к какой-либо социальной общности, накладывающего при этом определенный отпечаток на ее психику и образ жизни.

Категория маргинальности была введена американским социологом Р.Парком  с целью выявления социально-психологических последствий неадаптации мигрантов к условиям городской среды.

В ситуации маргинальности оказываются так называемые «культурные гибриды», балансирующие между доминирующей в обществе группой, полностью никогда их не принимающей, и группой, из которой они выделились. Философское понятие маргинальности характеризует специфичность различных культурных феноменов, часто асоциальных или антисоциальных, развивающихся вне доминирующих в ту или иную эпоху правил рациональности, не вписывающихся в современную им господствующую парадигму мышления и тем самым довольно часто обнажающих противоречия и парадоксы магистрального направления развития культуры.

К представителям культурной маргинальности принято относить таких мыслителей, как Ф.Ницше, маркиз де Сад, Л.фон Захер-Мазох, А. Арто, Ж.Батай, С.Малларме и др.

Проблема культурной маргинальности  приобретает особое значение в философии постструктурализма и постмодернизма («шизоанализ» Делеза и Гваттари, «генеалогия власти» Фуко,  «деконструкция» Деррида и т.д.). Интерес  к феномену маргинальности обострил французский структурализм, использовавший понятия «маргинальный субъект», «маргинальное пространство», «маргинальное существование», возникающее в «просвете», «зазоре» между структурами и обнаруживающие свою пограничную природу при любом изменении, сдвиге или взаимопереходе структур.

Благодаря идее децентрации Деррида – не просто  меняющей местами привилегированный и подчиненный объекты, а уничтожающей саму идею первичности, отстаивающей идею «различения», «инаковости», сосуществования множества не тождественных друг другу, но вполне равноправных инстанций.

С исчезновением  «центра», являющегося средоточием и символом власти, исчезает и понятие господствующей, доминантной «высокой» культуры.

Фуко полагает, что невозможно рассуждать о подлинной маргинальности в рамках бинарной оппозиции, ибо идентифицировать ее как таковую можно лишь в отсутствие всякой нормы и авторитарного образца. Так, анализируя антитезу норма-патология и структуру властных отношений, он показывает, что аутсайдеры, «социальное дно», психически больные, иначе говоря, все девианты не являются маргиналами в собственном смысле слова, поскольку их существование обусловлено наличием нормы, а опыт маргинального существования не может быть вписан внутрь институциональных стратегий.

Таким образом, в плюралистичном, постмодернистском мире стираются границы структур, а маргинальное пространство, существующее вне этих структур, но между их границами, меняет свой пограничный статус.

***

«Андеркласс»  (далее – А.; от англ. under- «под») -

термин, возникший  в американской социологии в конце 1950-х – начале 1960-х,  в рамках этнических и расовых исследований для обозначения дискриминируемых этнических групп, компактно проживающих в гетто.

В настоящее время используется в различных трактовках для обозначения дискриминируемых и «исключенных» групп с негативной коллективной идентификацией вне зависимости от этнической принадлежности.

В первых социологических трактовках «низшего» класса отсутствует единая терминология.

К.Маркс в своей классовой теории выделял люмпен-пролетариат, который по сути своей являлся тем, что в современной социологии обозначается как «андеркласс».  Маркс определял люмпен-пролетариат как «остатки и отбросы всех классов». В эту группу он включал мошенников, жуликов, старьевщиков, содержателей публичных домов, шарманщиков, нищих и другие «отбросы общества».

М.Вебер в работе «Основные понятия стратификации» указывал на существование «негативно привилегированного класса», в который он включал тех, кто не имел ни собственности, ни квалификации, которые можно было бы предложить на рынке.

У.Л.Уорнер на основе разработанной им теории репутаций выделял 6 классов, из которых «низший низший» (низший слой низшего класса) состоял из наиболее бедных и отверженных членов общества.

Несколько позже понятие «А.», как и многие термины, касающиеся дискриминации и первоначально появившиеся в рамках этнических исследований, было распространено на все дискриминируемые и исключаемые группы.

Шведский экономист и социолог Г.Мюрдаль определяет  низший класс как «ущемленный в своих интересах класс, состоящий из безработных, нетрудоспособных и занятых неполный рабочий день лиц, которые с большей или меньшей степенью безнадежности отделены от общества в целом, не участвуют в его жизни и не разделяют его устремлений и успехов».

По определению К.Аулетты, «андеркласс» состоит четырех четко различимых категорий: 1) пассивных бедных граждан, как правило, в течение длительного времени получающих государственные пособия; 2) членов агрессивных преступных группировок, терроризирующих улицы большинства городов (в эту категорию нередко входят бросившие школу молодые люди и наркоманы); 3) людей, зарабатывающих на жизнь в «теневом» секторе экономики; 4) алкоголиков, бродяг, бездомных, попрошаек и выпущенных из мест лишения свободы.

В современной социологии используется два основных  критерия для выделения «А».

В первом подходе (преимущественно, американском) превалирует точка зрения на «А» как на собрание антисоциальных элементов – это люди, не имеющие легальных средств существования, легальных доходов, профессии, легального занятия, легальной собственности.

Согласно второму подходу (преимущественно, европейскому), А., помимо антисоциальных, включает также беднейшие слои населения. У индивидов, семей и групп, находящихся в состоянии бедности, отсутствует достаточное количество ресурсов для поддержания стандартов питания, времяпрепровождения, условий  жизни и быта, традиционных для общества, к которому они принадлежат. Поэтому они «действительно исключены из нормальных отношений, жизненных традиций, деятельности» (П.Таунсенд) и с течением времени неизбежно начинают пополнять антисоциальные слои.

***

Социальный порядок (С.П.) – философско-социологическое понятие.

В широком смысле концепции «С.П.» призваны ответить на вопрос: «Как возможно общество?».

В более узком контексте понятие «С.П.» используется в философии, социологии, политологии и других социальных науках для обозначения установленных образцов, постоянных структур, процессов и изменений, присущих социуму, отражающихся на поведении и взаимодействии индивидов…

Часто употребимыми также являются близкие по смыслу С.П. понятия «моральный П.» и «нормативный П.» Последний представляет собой систему правил и разделяемых ожиданий, которые регулируют частные социальные ситуации.

Идея существования некой всеобщей формы С.П. – бытия социума возникает в философии античности (Платон и Аристотель). Однако в качестве понятия «С.П.» формулируется только в эпоху Просвещения в теории общественного договора. Наиболее известные социально-философские концепции ее принадлежат Т.Гоббсу, Дж. Локку и Ж.-Ж.Руссо.

o По утверждению Гоббса, безопасность и П. в обществе могут быть достигнуты только посредством заключения договора, согласно которому каждый гражданин уступает свою индивидуальную власть в пользу центральной власти (суверена), получая взамен защиту своей жизни и собственности.

o Альтернативную концепцию предлагал Локк. «Социальный договор», предложенный им, основывается на «природных законах» - стяжательстве и личном интересе.

o Руссо представлял «социальный контракт» как основанный на выражении «всеобщей воли» и требующей полного равенства индивидов и возможности демократического участия.

Теории «социального договора», предложенные эпохой Просвещения, оказались достаточно привлекательными и плодотворными, разрабатывались впоследствии (хотя и в существенно измененном виде) гораздо более поздними авторами. Так, Спенсер трактовал С.П. в индустриальном обществе, как основанный на совместных личных интересах и договорных отношениях.

С некоторой степенью условности можно выделить два классических направления анализа социального порядка.

Первое связывают с именами Дюркгейма, Парсонса и социально-философской традицией функционализма. Дюркгейм постулирует центральность морали и духовности в объяснении  процессов социальной интеграции и  порядка. Продолжая данное рассуждение, Парсонс определил С.П. в обществе как основанный на поддержании и принятии социальных норм и ценностей.  Различие концепций Парсонса и Дюркгейма в том, что последний не отрицает наличия и необходимости конфликтов и других деструктивных элементов, особенно в периоды быстрых социальных изменений. Парсонс, напротив, ставит во главу угла социальную солидарность и гармонию как необходимое условие С.П. Само понятие «С.П.» в теории Парсонса является антитезой дезинтеграции. Последовательная позиция Парсонса  в наделении социального консенсуса и солидарности решающим значением в концепции С.П. справедливо подвергалась резкой критике со стороны теоретиков социально конфликта и социальных изменений.

Второе направление анализа С.П. развивалось в рамках марксистской традиции. Акцентируя неравенство материального положения и политической власти в капиталистическом обществе как источник постоянного всеобъемлющего конфликта, Маркс определяет С.П. как поддерживаемый насильственно, за счет экономического, политического и правового принуждения в обществе. Впоследствии в данную материалистическую трактовку С.П. привносится и ценностный нормативный элемент доминирующая идеология.

Наиболее интересные современные концепции С.П. не обнаруживают тенденции строгого следования одному из заданных направлений, скорее  - напротив. Например, Бурдье основывает теорию С.П. на понятии воспроизводства «современной культуры, которая благоприятствует интересам находящихся у власти через дифференцированную систему дистрибуции знания, через образовательные институты», что, по сути, представляет оригинальное соединение классических подходов.

***

Социальный престиж (С.П.) – отражение в общественном сознании реального положения в системе общественных отношений индивида, социально-профессиональной группы, трудового коллектива и т.п., характеризующее то влияние, которым они пользуются в обществе. В более узком смысле С.П. означает то место, которое, с точки зрения общественного мнения, занимает тот или иной социальный статус в иерархии других статусов. В отечественной социологии С.П. изучается в связи с социальными ориентациями преимущественно молодежи.

***

Социальный статус – (лат. status – положение) соотносительное положение индивида или социальной группы в социальной системе, определяемое по ряду признаков, характерных для данной системы. С.С. как элементы социальной организации общества сложно скоординированы и ранжированы относительно господствующей системы ценностей, что придает им особую значимость в общественном мнении.

Различают прирожденный, или наследуемый С.С. и достигнутый, связанный с активностью субъекта по его обретению; а также личный, определяющий положение субъекта в системе межличностных (особенно в малой группе) в зависимости от признания его личностных качеств.

***

Социальная стратификация (С.С.) –

термин, применяемый для обозначения структурированного социального неравенства, условий, при которых социальные группы имеют неравный доступ к таким социальным благам, как деньги, власть, престиж, образование, информация, профессиональная карьера, самореализация и т.п.

В отличие от социальной структуры, возникающей в связи с общественным разделением труда, С.С. возникает в связи с общественным распределением результатов труда,  то есть социальных благ.

В социологии выделяют три базовых вида С.С. современного общества – экономическую, политическую, социально-профессиональную.

Социальная страта (слой) обладает определенной качественной однородностью. Она представляет собой совокупность людей, занимающих в иерархии близкое положение и ведущих сходный образ жизни.

Маркс утверждал, что при любом типе экономической организации общества существует господствующий класс, который владеет средствами производства и осуществляет над ними контроль. Благодаря экономической власти господствующий класс решает судьбу тех, кто на него работает. Большинство современных западных концепций сочетают некоторые аспекты теории Маркса с идеями М.Вебера. К экономическому критерию С.С. (богатству) Вебер добавил два других измерения – престиж и власть.

В настоящее время наиболее убедительной считается классовая схема Д.Голдторпа и Р.Эриксона. Последний вариант схемы строится на таких критериях, как отношения собственности (найма), условия найма (оплата труда), степень автономности и возможность продвижения по службе:

1) профессионалы, руководители, интеллигенция высшего уровня;

i) крупные работодатели: промышленники, предприниматели, землевладельцы.

2) профессионалы, руководители, интеллигенция среднего уровня.

3) полупрофессионалы, старшие работники офисов, торговли, сферы обслуживания;

i) работники офисов, торговли, сферы обслуживания нижнего уровня.

4) мелкие работодатели в промышленности, сфере услуг;

i) мелкие работодатели в сельском хозяйстве;

ii) самозанятые в промышленности, сфере услуг;

iii) самозанятые в сельском хозяйстве.

5) техники, старшие рабочие (бригадиры и т.п.).

6) квалифицированные рабочие в промышленности.

7) неквалифицированные рабочие в промышленности;

i) сельскохозяйственные рабочие.

Американский подход, основоположником которого можно считать У.Уорнера с его теорией репутаций, базируется на субъективных оценках престижа индивидов, профессий, социальных групп. Многочисленные исследования показали, что оценки престижа профессий очень похожи во всем мире и мало изменяются с течением времени. Теория Д.Треймана объясняет этот феномен следующим образом: «Во всех обществах существует примерно одинаковое разделение труда. В результате специализированного разделения труда складываются различные степени власти. В любом обществе люди, обладающие властью, имеют политическое влияние и различные привилегии. Поскольку власть и привилегии ценятся повсюду, то и связанные с ними профессии, считаются престижными».

Исследования престижности профессий позволяют разрабатывать стандартные шкалы престижа, такие как шкала Треймана, шкала Сигела (NORC) и т.п., широко используются в международных  сравнительных исследованиях. В подходе, предложенном О.Дунканом, используется высокая корреляционная связь между престижностью профессии, уровнем образования и доходом. Сконструированный им индекс социально-экономического статуса (SES) представляет собой линейную комбинацию образования и дохода и позволяет измерять позицию индивида в социально-экономической иерархии.

Социально-экономическая стратификация в американской социологии измеряется посредством группирования шкал престижа или социально-экономического статуса. Различия между такими стратами представляются не столь радикальными, как при классовом подходе, между стратами не существует строгих границ.

Эта особенность американского подхода к С.С. обусловлена тем, что в США исторически не наблюдалось строгого деления на классы, так как прибывшим в страну эмигрантам с самым разным классовым происхождением приходилось начинать практически с нуля и достигать определенного положения  на социальной лестнице благодаря не столько своему происхождению, сколько своим личным достоинствам. По этой причине американское общество всегда считалось более открытым,  с точки зрения социальной мобильности, чем европейское.

Сегодня большинство исследователей сходится на том, что главным критерием С.С. в советском обществе являлось место во властной иерархии, которое определялось не только должностью, но и ведомственной принадлежностью. Сложная система льгот и привилегий в значительно большей  степени, чем доходы (при фактическом отсутствии частной собственности), определяла материальное благосостояние индивида.

В постсоветском обществе властная иерархия продолжает оставаться ведущим критерием С.С. Т.Заславская, по-видимому, первая обратила внимание на тот факт, что произошло сращивание политического и экономического капитала социальных групп, которое выражается в контроле над важнейшими экономическими ресурсами и процессами распределения и перераспределения общественного богатства.

Сегодня для постсоветских стран характерны скорее европейские, чем американские модели С.С.

***

«РОССИЯ: ТРАНСФОРМИРУЮЩЕЕСЯ ОБЩЕСТВО».

(Москва, 2001)  – коллективная монография, представленная под редакцией В.А.Ядова.

В.А.Ядов, исходя из многолетних дискуссий на тему «Куда идет Россия?», теоретических представлений о «движущих силах» исторического процесса и представлений о цивилизационных особенностях российского социального характера и менталитета, формулирует несколько выводов.

Вывод первый состоит в том, что российские трансформации будут успешны и эффективны при условии высокого авторитета государственных структур. В российском обществе  при слабости гражданских «горизонтальных взаимосвязей» этот фактор остается решающим.

Второй вывод относится  к явлениям, которые можно обозначить как высоко развитую в российском социальном характере адаптивность к  трудностям жизни, травмирующим преобразованиям последнего десятилетия. 

По результатам исследования самоидентификаций обнаруживается достойная удивления сопротивляемость бедных слоев населения признанию себя таковыми: при сопоставимом уровне благосостояния заметная доля поляков  определяет себя  в категориях бедности, но такая же доля россиян относит себя к «среднему слою».  Общероссийские опросы ВЦИОМ фиксируют завидную стабильность  пропорций граждан, не желающих признать бесперспективность своего положения.

 

Третий вывод связан с формированием общества «социальной справедливости». Маловероятно, что западная (протестантская) модель, согласно которой преуспевающий в силу своих талантов и усердия достигает благополучия, восторжествует в российском обществе.

Успех и благополучие в наших конструкциях социальной реальности традиционно связываются

либо со счастливыми обстоятельствами,  либо с попранием нравственных основ. 

Поэтому удачливый и благополучный должен делиться с менее удачливым.   То, что называют социальной политикой перераспределения доходов граждан, - единственно возможный путь российских трансформаций в направлении модели социально справедливого общества.

При этом многократный разрыв в доходах благополучных и бедных остается источником социального напряжения и дезинтеграции.

***

«СОЦИАЛЬНОЕ РАССЛОЕНИЕ И СОЦИАЛЬНАЯ МОБИЛЬНОСТЬ»  -

монография, представленная под редакцией З.Т.Голенковой. 1999 г.

По данным социологических исследований населения, занятого в общественном производстве, стратификационная модель современного российского общества выглядит следующим образом:

Страты   (1999 г.)

Доля в (%)

Элита

0,5

Верхний слой – крупные и средние предприниматели, директора предприятий

6,5

Средний слой – представители мелкого бизнеса квалифицированные профессионалы, среднее звено управления

20

Базовый слой – рядовые специалисты, рабочие, крестьяне

60

Нижний слой – мало и неквалифицированные работники, временно безработные

7

Социальное дно

6

 

По уровню материального благосостояния:

Слои  (1999 г.)

Доля в (%)

Богатые

0,7

Состоятельные – имеющие достаточно средств не только для высокого уровня жизни, но и для приумножения капитала

5,5

Обеспеченные – имеющие достаточно средств для улучшения жилищных условий и обновления предметов длительного пользования

15,8

Малообеспеченные – средств хватает только на повседневные расходы

57,0

Неимущие – имеющие минимальные средства для поддержания жизни

1,2

Наложение моделей друг на друга позволяет сделать вывод о том, что «потерян» средний класс интеллектуалов и интеллигенции (в западном понимании  - новый средний класс) и получен средний класс предпринимателей (старый средний класс).

 

***

УРОВЕНЬ ЖИЗНИ СОЦИАЛЬНЫХ ГРУПП,  ВЫДЕЛЯЕМЫХ ПО ТИПУ/ХАРАКТЕРУ ТРУДА РЕСПОНДЕНТОВ.

(Сборник научных трудов Социологического института РАН. 2010 г.)

 

В статье Н.Р. Корнева «Социально- групповое измерение уровня жизни в посткоммунистических странах Европы» анализируются данные анкетного опроса, выполненного СИ РАН по международному проекту EUREQUAL, который сфоку­сирован на различных измерениях и проявлениях социального нера­венства в 13 европейских странах, объединенных общим коммунисти­ческим прошлым в составе СССР или «социалистического лагеря» При этом мы рассмотрим лишь один ракурс неравенства — в уровне жизни социальных групп, выделяемых по типу/характеру труда рес­пондентов. Анализом охвачены данные, полученные с помощью лишь четырех вопросов обширной анкеты. Многовариантная и сложная кар­тина различий/сходства в уровне жизни интерпретируется как про­явление межстранового неравенства (13 стран), в каждой из которых выделены 7 социальных групп и 5 универсально определенных уров­ней жизни респондентов и домохозяйств. Целью статьи является по­иск подходов к сравнительному социоструктурному анализу имею­щихся данных и получение конкретных характеристик/показателей экономической дифференциации населения рассматриваемых стран.

 

Определение социальных групп. Респондент, заполняя анкету опроса EUREQUAL, относил себя к одной из шести следующих групп: 1) ра­ботники физического труда; 2) предприниматели; 3) управляющие/администраторы; 4) интеллигенция (врачи, юристы, специалисты); 5) служащие (работники офисов); 6) крестьяне (фермеры). Те, кто не идентифицировал себя ни в одной из этих групп, учтены в анке­те как «другие». В эту сводную группу, как мы выяснили, попадали студенты, безработные/неработающие, домохозяйки, часть пенсио­неров и военнослужащие.

Определение уровня жизни. Следуя анкете, респондент производил оценку уровня жизни своей семьи по 5-балльной шкале, соотнесен­ной с пятью уровнями возможностей потребления:

 Определение уровней жизни в анкете: 1 — денег не хватает даже на продукты; 2 — на продукты денег хватает, но покупка одежды/обуви вызывает финансовые за­труднения; 3 — денег хватает на продукты и одежду, есть некоторые сбережения, но покупка вещей длительного пользования (телевизора, холодильника) явля­ется проблемой; 4 — можем без труда приобретать вещи длительного пользова­ния, однако не можем позволить себе все, что хотим; 5 — можем позволить себе все или почти все.

Помимо выяснения оценки уровня жизни респондента на момент опроса (измерения фактического состояния), его просили оценить из­менение уровня жизни за последние пять лет в каждой из выделенных социальных групп. Для ответа предлагалось использовать шкалу оце­нок с пятью уровнями (от «существенно упал» до «значительно под­нялся»).

В итоге каждая из групп оценила и себя, и других — за ис­ключением сводной группы, которая лишь оценивала других. Здесь межгрупповое неравенство по уровню жизни обрело новый смысл — неравенства динамического, неравенства результатов развития, когда, например, у одних жизнь улучшилась на фоне снижения уровня жизни других. Эти данные отражают и источник относительной депривации социальных групп, и выступают как ее проявитель-измерение.

 

 

***

УСРЕДНЕННЫЕ ПО СОЦИАЛЬНЫМ ГРУППАМ ПОКАЗАТЕЛИ УРОВНЯ ЖИЗНИ В 13 СТРАНАХ ЕВРОПЫ 

(до 2007г.).

 

Страны

Средняя оценка уровня жизни семи социальных групп:

Максим, различие у/ж соц. групп D

Сред­ний у/ж в стране

П

У

И

С

Р

Д

К

Чехия

3,85

3,81

3,71

3,67

3,18

3,16

2,81

1,04

3,41

Словакия

3,85

3,89

3,48

3,46

3,16

3,04

2,89

1,00

3,26

Эстония

3,90

3,62

3,40

3,34

3,14

2,89

3,23

1,01

3,22

Польша

3,73

3,79

3,50

3,24

2,99

3,10

2,92

0,87

3,14

Венгрия

3,58

3,25

3,47

3,18

2,92

2,84

2,75

0,83

3,04

Латвия

3,88

3,56

3,29

3,24

2,89

2,73

2,81

1,15

3,01

Литва

3,41

3,25

3,18

3,16

2,93

2,76

3,00

0,65

2,97

Румыния

3,41

3,61

3,25

3,23

2,63

2,74

2,02

1,59

2,77

Беларусь

3,34

3,48

2,92

2,94

2,68

2,57

2,51

0,97

2,76

Россия

3,20

3,25

2,88

2,90

2,59

2,51

2,34

0,89

2,71

Украина

3,23

3,08

2,83

2,73

2,56

2,48

2,26

0,97

2,63

Болгария

3,43

3,23

2,88

2,56

2,42

2,13

1,92

1,51

2,43

Молдова

2,68

2,55

2,40

2,26

2,23

2,27

1,83

0,85

2,22

Обозначения социальных групп: П — предприниматели; У — управляющие; И — интеллигенция; С —служащие; Р — рабочие (работники физического труда); К — крестьяне (фермеры, с/х рабочие); Д — другие.

***

МАТРИЧНАЯ ФОРМА СОЦИАЛЬНО – ГРУППОВОЙ ОЦЕНКИ ИЗМЕНЕНИЙ УРОВНЯ ЖИЗНИ (У/Ж) В РОССИИ ЗА 5 ЛЕТ (до 2007 г.).

Матрицы групповых оценок изменения уровня жизни. В табл. дан­ные о перекрестных оценках членами социальных групп изменений в уровне жизни своей и других групп представлены в виде матрицы (на примере России), при этом 5-балльная шкала для упрощения расче­тов сведена к 3-балльной*.

В строке показаны данные об ответах, оце­нивающих,

в столбце — данные об оцениваемых (оценки их уровня жизни разными оценивающими группами).

В ячейке — сумма оце­нок уровня жизни, сведенных к трем вариантам: уровень жизни вырос (+1), не изменился (0), снизился (-1).

Так, при оценке управляющими изменений у рабочих, тех, кто полагал, что уровень жизни рабочих за пять лет вырос, а не снизился, оказалось на 17,4% больше. Среди ра­бочих, наоборот, на 12,9% оказалось больше тех, кто считает, что уро­вень жизни в их группе снизился. По оценке изменения уровня жизни предпринимателей во всех группах заметно больше считающих, что он повысился. Среди рабочих таких оказалось 66,8%. Оценки своих груп­пы предпринимателями тоже оказались «в плюсе» (34,2%), но на 26,3% меньше, чем при оценке представителями всех других групп.

* Позиции шкалы ответов сведены с 5: снизился значительно (-2), немного (-1), не изме­нился (0) и симметрично — при повышении (+1, +2).

 

до 3:  уровень жизни повы­сился (+1), понизился (-1), не изменился (0).

Социальные группы (СГ)

Все СГ в %

Оцениваемые (баланс +/-  оценок, в %)

Макс. дистанция Dcr  между СГ

П

У

И

С

Р

К

Оценивающие

П

3,8

34,2

42,1

26,3

43,4

2,6

-17,1

60,5

У

4,3

57,0

47,7

48,8

41,9

17,4

3,5

53,5

И

13,6

63,2

66,9

23,5

38,6

2,2

-20,9

87,8

С

17,5

62,6

66,0

42,3

32,2

2,6

-18,9

78,9

Р

32,6

66,8

71,4

50,8

52,4

-12,9

-30,1

101,5

К

3,3

50,8

53,8

58,4

52,3

-7,7

-35,3

93,7

Д

25,0

51,0

54,2

30,6

34,6

-8,6

-25,8

80,0

Внеш. (out) оценка уровня жизни (у/ж)

60,5

63,6

42,4

43,8

-1,2

-23,7

87,3

Дистанция между оценками  у/ж  (out-in)

26,3

15,9

18,9

11,6

11,7

11,6

 

 

Обозначения социальных групп: П -  предприниматели; У - управляющие; И -  интеллигенция; С -  служащие; Р -  рабочие (работники физического труда); К -  крестьяне (фермеры, с/х рабочие); Д -  другие

Диагональ матрицы — оценки группами самих себя (внутренние оценки или оценки-in). Они обычно ниже оценок другими (внеш­них, оценок-out). С учетом веса групп в выборке была рассчитана для каждой группы (кроме «других») суммарная/средняя внешняя оцен­ка.

 

Можно ожидать, что разница между «внутренними» и «внешними» оценками групп способна служить характеристикой ситуации в стране. И этот показатель окажется от­носительно большим в странах с высоким уровнем социального нера­венства.

Связь с уровнем неравенства в стране видна также в значении максимальной дистанции между оценками в каждой строке Dcr. И при оценке итогов за пять лет рабочими неравенство между социальными группами выше (Dcr= 101,5), чем при оценке управляющих (Dcr= 53,5). Подчеркнем, что для анализа ситуации в стране важно рассматривать показатели всех групп, не сводя их к одному, интегральному. Нельзя исключить, что острый дисбаланс оценок, данных лишь одной груп­пы, сглаженный и невидимый в интегральном показателе, может стать источником общей социальной нестабильности. Поэтому последняя клетка в табл. (нижняя угловая), где мог бы оказаться интегральный показатель, оставлена незаполненной вполне сознательно.

Анализ аналогичных матриц для каждой из 13 стран позволил увидеть общие закономерности.

Как правило, самые высокие/опти­мистичные оценки изменений уровня жизни рабочих, как и в России, даются группой управляющих (в 9 из 13 стран).

Очевидно, это упро­щает доминирующей группе извлечение из развития максимума вы­годы для себя, поскольку рабочие — самая массовая группа низа со­циальной иерархии.

Другое наблюдение: три группы низа социальной иерархии (рабочие, крестьяне и «другие») получили внешние оценки друг о друге, самые близкие к внутренним оценкам. Скорее всего, по­мимо отражения объективного положения, в этом проявляется еще и их солидарность.

Литература:

Новейший социологический словарь / Сост.: А.А.Грицанов, В.Л.Абушенко. – Мн.: Книжный Дом, 2010.

Социальное положение и уровень жизни населения России 2011 год.  Статистический  сборник, Москва, 2011 год

Н.Р. Корнев «Социально- групповое измерение уровня жизни в посткоммунистических странах Европы» Петербургская социология сегодня. Сборник научных трудов Социологического института РАН. 2010 г.

 КНИГА ОТЗЫВОВ