Что значит быть уборщицей…

«…Только есть должность почтеннее…

- Пфф…»

(А.Белый «Петербург»).

«Фу-у-у» - так,  пожалуй, реагирует большинство людей, представляя себе профессию уборщицы…

Подумать только, что я, не голодавшая ни одного дня в своей жизни, так устала от серой бедности».

(«Записки уборщицы», Майя Экелеф, 1969 г.).


o Записки уборщицы. (Майя Экелеф, из книги «Запад вблизи…», 1969 г.). (отрывки из книги).
o Мир под лестницей: английские слуги. («Недобрая старая Англия», Е.Коути).


***

…В дубовой столовой уже куковала стенная кукушка; Аполлон Аполлонович сел перед фарфоровой чашкой и отламывал теплые корочки хлеба; за кофием – даже, даже – пошучивал он:

- «Кто всех, Семеныч, почтеннее?»

- «Полагаю я, Аполлон Аполлонович, что почтеннее – действительный тайный».

Аполлон Аполлонович улыбнулся одними губами:

- «Не так полагаете: трубочист…»

Камердинер уже знал окончание каламбура: об этом  - молчок.

- «Почему же, осмелюсь спросить?»

- «Перед действительным тайным, Семеныч, сторонятся…»

- «Полагаю, что -  так…»

- «Трубочист… Перед ним посторонится и действительный тайный: запачкает трубочист».

- «Вот оно как-с» -

- «Так-то вот: только есть должность почтеннее…»

И тут же прибавил:

- «Ватерклозетчика…»

- «Пфф…

(А.Белый «Петербург»).

ubor5.jpg

- Скажите, Мари, как вам удается не толстеть?

«Вельт дер арбайт». ФРГ.  (Из журнала «Настольный календарь», 1978 г.)

***

ЗАПИСКИ УБОРЩИЦЫ. (Майя Экелеф, из книги «Запад вблизи…», 1969 г.).

(отрывки из книги).

(Майя Экелеф  не является профессиональным писателем. Ее книга, изданная в Швеции в 1969 г. и завоевавшая первое место на конкурсе произведений на политическую тему, написана на автобиографическом материале).

***

Можно ли сказать, что вот эта работа -  достойная, а другая недостойная? 

К сожалению, это так. Работа, обеспечивающая хороший заработок, на который легко прожить, достойнее работы, которая так плохо оплачивается, что не может прокормить «своего хозяина».

Разве справедливо, что какая-то часть людей должна просить милостыню, чтобы обеспечить свое существование? Это справедливо согласно тем законам, которые создал сам человек.

Тот, у кого изворотливый ум и острые локти, заберется выше всех по лестнице зарплаты. Тому же, чей ум не так боек и локти не так остры, не полагается большой зарплаты. Таков закон. «Гуманный» закон. Слова «ПРИЗРЕНИЕ БЕДНЫХ» заменены словами «СОЦИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ». Громкое название, но для того, кто в этом обеспечении нуждается, оно звучит также отвратительно, как и «призрение бедных». Мир не может стать другим, если не переменятся люди. Но люди так преисполнены жажды власти, что огромная разница между одними и другими сохранится навсегда.

12/9-65 г.

У меня мрачное настроение. Так мало приятного случается в жизни. Кроме того, я не умею экономно расходовать деньги. Не могу так рассчитать, чтобы хватило до получки… Только что прочитала отрывок из книги «Выход» Харри Мартинсона. В ней он рассказывает о страхе, главным образом о СТРАХЕ, который испытывают бедняки. Как мне это знакомо.

8/2-66 г.

Мысли и раздумья за неделю до выборов в риксдаг 1966 года. И какая это неделя. Голова кругом идет. Я не принадлежу ни к одной партии. В прежние годы я знала, за кого буду голосовать, а теперь не знаю.

Я слушала предвыборные дебаты, читала брошюры разных партий. Внутренне я – коммунистка, и мое лучшее «я» шепчет мне: «Голосуй, как всегда». Как я поступлю в это воскресенье? Может, окажусь в числе членов «Партии отдыхающих на диване»? (те, кто отказывается принимать участие в голосовании). Нет. Ведь когда все кончится, я так буду злиться на себя! Или же в последнюю минуту кинусь и проголосую наобум… Если тебе предоставлено право участвовать в выборах, надо им пользоваться.

… Сегодня вечером я приняла решение. Буду читать, сколько позволят силы. О том, как создавались политические партии. Чего они добились и т.д. Я вызубрю курс национальной экономики, как бы это ни было трудно.  Проштудирую как можно больше материалов и торговом балансе Швеции, обменном балансе и экономике. Наверное, к следующим выборам я буду подготовлена лучше…

Только как все это успеть? Я продолжаю вести дневник. Не потому, что вообразила себя писательницей, а потому, что как-то легче становится, когда выложишь хоть таким способом то, что накопилось на сердце. Сегодня вечером длинных записей не будет. Посмотрю телевизор, а потом пораньше лягу спать. Завтра с утра надо идти у «кого-нибудь» занимать денег. Занимать!.. У кого? Не у кого.

Осенний семестр – 66 г.

…Эти строки я пишу тебе, Харри Мартинсон, потому что мне не с кем больше поговорить. Я никогда не отправлю это письмо, но все равно приятнее обращаться к кому-то живому, а не писать только для того, чтобы выбросить потом в корзину.

Настали мрачные дни. Как в смысле погоды, так и работы. За тебя-то мне нет нужды беспокоиться, и это хорошо. Можно сказать, что ты на верном пути. А еще не так давно ты бегал босиком в это время года. Ты ненавидел огромные безобразные башмаки – пусть лучше ноги мерзнут, думал ты. То время ушло. Быстро… Впрочем, тому уже сорок лет. Я начинаю стареть, а что я сделала стоящего в жизни? Ужасное ощущение.

…В последнее время в Карлскуге происходят печальные события. Несправедливость, царящая в мире, ужасна даже тогда, когда она проявляется в мелких масштабах. Видишь ли, в последние годы «Буфорс» переманил к себе многих финнов. Не хватало рабочих рук. Финны получили работу и жилье. Теперь положение изменилось. «Буфорсу» стало трудно отстаивать свои интересы на международном рынке. Теперь не нужно так много рабочих…

На этой неделе несправедливо уволили одного молодого финна. Начальство использует малейшую оплошность как предлог для увольнения. А ведь они могли бы поговорить с рабочим по-человечески и объяснить, какая сложилась конъюнктура. Финн, которого уволили, очень порядочный парень. Теперь он вынужден вернуться назад в Финляндию. А он так радовался, что имел работу и помогал своей семье, посылая деньги на родину. Из-за этого случая я целую неделю больная ходила.

30/12-66 г.

…По мере того как стареешь, жить определенно становится труднее. Я стала много думать. Раньше у меня на это не хватало времени. «Какова, собственно говоря, моя роль в этом маскараде?» Трудно решить, и я, конечно, никогда этого не узнаю, потому что трусливо ухожу в сторону, в свой маленький мирок. Это очень удобно. Пусть дни спокойно идут мимо. Тупые, тяжелые, нудные дни. А сама я такая всегда усталая. Если бы дети были лучше приспособлены к борьбе за существование, я бы спокойно ушла в дом призрения. Я говорю это серьезно. Это было бы здорово.

20/5-67 г.

…Сегодня утром почувствовала боль в спине. Мне становится страшно всякий раз, как только начинает болеть спина, ведь она меня кормит. У меня портится настроение, и я начинаю бросаться на людей, когда спина дает себя знать. Сегодня обругала Улу и Яна за то, что они мне плохо помогают. Оба немедленно испарились.

1/6-67 г.

В школе последнее занятие.

Улле Чюльхаммер прочитал вслух одно из моих сочинений. Сказал, что написано хорошо. Подумать только: я проучилась пять лет. А все же чувствую себя как на экзамене в народной школе.

Я нарвала одуванчиков, наломала березовых веток, ветку сирени и одну ветку водосбора… Улле просиял, когда увидел цветы. Мишанек предложил мне выступить, сказать несколько теплых слов. Я по возрасту самая старшая. Но получилось только: «Посмотри, какие цветы, Улле…» Я совсем не умею красиво говорить. Во время последнего урока Улле исчез. Вернулся с тяжело нагруженным кофейным подносом. Мы сдвинули школьные скамейки на середину комнаты. И вот мы, ученики- переростки, сидим и пьем кофе в последние минуты последней лекции. Этот вечер останется в памяти.

7/6-67 г.

… С шести вечера сидела у телевизора. Израиль захватил два иорданских города. Сначала был занят Старый город Иерусалима, а потом – два ближайших города Иордании. Они заняли также и Эль-Ахмар. Иордания обратилась в ООН с просьбой о прекращении огня. Советский Союз потребовал, чтобы Израиль отвел свои войска. Возможно, перемирие будет объявлено уже сегодня вечером…

8/8-67 г.

Пришел Петер,  и мы вместе убирались. Он работает старательно. Мне было приятно, что мне помогают, а для него это – утешение, все-таки несколько крон заработает. Так было глупо  с моей стороны не взять те дополнительные помещения, какие я обычно брала на лето. Я отдала соседке уборку, за которую платят больше всего, потому что у нее тяжелое материальное положение. Теперь, когда Петер, Ян и Ларс без работы, было бы кстати иметь еще и это…  В этом обществе каждому приходится думать только о себе, о своем собственном благе.

3/9-67 г.

Этот день войдет в историю. Мы перешли на правостороннее движение. Сейчас девять часов утра. Я встала поздно. Когда сидела за столом на кухне и пила кофе, желтый фургончик проехал мимо окна по правой стороне. Было так страшно это видеть, хотя об этом столько уже говорили. Накануне вечером я видела по телевидению программу, о переходе на правостороннее движение… Мы увидели, как последний трамвай въехал в парк. Трамваи не будут больше ездить по улицам Стокгольма.

7/9-67 г.

Сегодня я беру ручку дрожащей рукой (как когда-то давно-давно). Приятный сюрприз, Петер, вероятно,  получит работу. Впрочем, начну с начала… Журнал «Ви» (популярный журнал, издающийся Союзом шведской кооперации «Консум»)  в каждом номере помещает так называемый «Дневник недели». Пишут эти дневники обычно люди известного сорта. Сплошная знать. Элита общества. Когда я читала эти колонки, в голове мелькала мысль: так редко трудящийся человек имеет возможность выразить свои мысли на страницах газет. Шутки ради я описала события своей жизни за неделю и послала их в «Ви». И представляете мое удивление, когда я получила письмо от редактора «Ви», - он, мол, охотно опубликует мои записи. И мне заплатят за это. По почте пришло 50 крон. А вчера утром получила письмо от одного начальника почтового отделения. Он прочитал мой дневник и попытался устроить работу для Петера. В этот день в нашем доме был праздник. Спасибо этому почтовому работнику… Дневник все-таки принес пользу…

Ингегерд Гранлунд выступала по телевидению с воспоминаниями об отпуске, проведенном в Румынии. Однажды она заблудилась, подошла к такси и увидела, что шофер читает книгу. Заинтересовавшись, она спросила, что это за книга. «Шекспир», - ответил шофер. «Если бы шведский шофер читал Шекспира, я бы застрелила его, чтобы сделать из него чучело и выставить в Северном музее», - сказала Ингегерд Гранлунд. Мне кажется, она сказала ерунду. Как она может быть уверена, что наши шоферы не читают Шекспира? Большинство из нас – низкооплачиваемых – не приучали читать классиков, но ведь многие читают сами по себе. Это я могу засвидетельствовать.

Суббота, 16/9-67 г.

…Вчера почитала немного «Историю философии» Альфа Альберга.  Сегодня не могу ничего читать. И на месте не сидится. Что же это получается: то сидишь и читаешь красивые фразы, а то голова  уже склонилась над тазом с грязной посудой (или над ведром для мытья полов)!  Действительность – это тревога, тревога, тревога… Тревога за будущее детей… Тревога за завтрашний день…

Какой-то экономист, выступая по радио, заявил, что средний доход шведов в будущем году по расчетам составит 40 000 крон.

МОЖЕТ, ОНИ НЕ ПРИЧИСЛЯЮТ К ШВЕДАМ ЛИЦ С НИЗКОЙ ЗАРПЛАТОЙ?

Среда вечер.

Мы кончили убирать четырехкомнатную квартиру… Несколько лет назад я одна справлялась с дополнительной уборкой. Теперь  у меня не хватает сил. Мы начали в семь утра и закончили в четыре. Остается получить либо похвалу, либо упреки. У уборщицы совесть никогда не бывает спокойна. Всегда ведь находятся уголки, про которые можно забыть. А ведь это такой тяжелый труд. Ула так вымотался, что едва дотащился до дома. У одних людей есть деньги, хотя эти люди никогда не работают. У других – нет денег, хотя они все время работают (какая безрассудная система).

Священник или Семейная консультация.

Я иду к священнику. Трудно мне приходится. И  теперь священник узнает о моих заботах и поможет мне (я надеюсь на это). Я иду как во сне и не знаю, о чем буду говорить, когда приду к нему…

Я чувствую, что от этого визита никакой пользы не будет. Инстинктивно знаю, что лучше не будет, даже если я изолью свои «адовы» горести хоть ста священникам. Никто никому не может помочь. Раз уж я сама не могу ничего для себя сделать. Те, у кого крепкие локти, те справляются, а другие – нет. Так-то вот.

ВЫЖИВАЕТ СИЛЬНЫЙ – И ОН ЖИВЕТ НЕПЛОХО.

Я просматривала книжки по педагогике и знаю, что никакого совета мне не получить. Придется самой выпутываться из своих трудностей. Священник будет только слушать меня. Может, и скажет что-нибудь, поможет лучше уяснить мои проблемы. Моя собственная воля – вот что имеет решающее значение.  Человек, говорят, обладает большой силой воли.  Но  у меня ее никогда не было. Ах, если бы священник дал мне какой-нибудь совет. Если бы он позвонил и утешил меня. Это единственное, что мне было нужно в этот день…

Милый священничек!.. Больше я к тебе не приду. Помощь мне нужна сейчас. Именно сейчас мне очень трудно. Не приду я больше. Мельничный жернов тяжело давит именно сейчас.

Священник не успел позвонить по телефону. Не успел спросить, как у меня дела, через несколько дней мы столкнулись с ним на лестнице, которую я убирала.

Хочу взять несколько неиспользованных дней отпуска. Хотя это отразится на зарплате. Деньги за отпуск, к сожалению, уже израсходованы… Слышала по радио, что все обувные фабрики в Кумле и Эребру объединяются. Создается более крупное предприятие. Рационализация. Единственный выход – учить язык и ехать на работу за границу… Я еще не слышала о сокращении уборщиц, но зарплата у нас наверняка будет меньше.

ТЕ, У КОГО ВЫСОКИЕ ОКЛАДЫ, ПОЛУЧАЮТ ВСЕ БОЛЬШЕ И БОЛЬШЕ, А НИЗКООПЛАЧИВАЕМЫЕ – ВСЕ МЕНЬШЕ И МЕНЬШЕ (так что все уравновешивается).

14/1-68 г.

По телевидению то и дело показывают, как закрываются фабрики. Скоро, пожалуй, люди совсем отучатся жалеть ближнего. Но каждый раз становится просто жутко. Всего несколько лет назад на бирже труда ощущался  недостаток рабочих рук. Иностранцев принимали с распростертыми объятиями, им обещали златые горы. Теперь все  переменилось. Одна из статей рассказывает о положении иностранцев в Оскарсхамне. На джутовой фабрике работают люди многих национальностей (по большей части греки). На улице, где они живут, шведским благоденствием и не пахнет. Теперь эта фабрика объявила об увольнении половины рабочих.  Положение отчаянное, потому что большинство из них не может вернуться домой по политическим причинам… Автор пишет: Швеция обязана им помочь. Мы взяли их, когда они были нам нужны. Мы не можем теперь отмахнуться от них.

Что значит быть уборщицей.

 

«Фу-у-у» - так,  пожалуй, реагирует большинство людей, представляя себе профессию уборщицы. Слово-то какое неприятное. Сразу представляешь запах пыли и грязной воды. А также боль в спине и трещины на руках. Низкооплачиваемая профессия. Как и всякий тяжелый труд. Известно, что уборщицей можно стать, не имея образования. Работа, однако, такая тяжелая, что не всякий на нее отважится… Надо иметь хорошее здоровье. Кто заплатит за искалеченную спину, распухшие руки, колени?..

Не всегда уборка требует большого напряжения. Но когда эта профессия должна обеспечивать средства на жизнь, тогда приходится брать и легкую и тяжелую работу. Лучше всего работать, не нагибаясь. К сожалению, это не всегда удается. Другой раз хоть на голову становись, чтобы успеть сделать все, что положено.  Но как бы я ни уставала, я чувствую, что делаю важное дело… Если не поддерживать чистоту, то все придет в упадок. Представляю себе, как выглядел Нью-Йорк, когда коммунальные рабочие – уборщики улиц – бастовали в течение недели. Если никто не будет убирать мусор, город погибнет…

…Ну, а теперь – живо к раковине: надо чистить картошку, чистить и варить рыбу и т.д.

…Весь старый императорский город Хью во Вьетнаме сровняли с землей.

…Партизанские части находятся теперь в ста километрах от Сайгона. Они готовы к большому наступлению. Хорошо бы, они добились успеха. Пусть бы выгнали домой американцев (бедняги солдаты – по обе стороны).

24/2-68 г.

Я праздновала свое пятидесятилетие, а Вьетнам в это время горел…

Наращивание американских сил во Вьетнаме продолжается. Теперь их 525 тысяч. Все идет, как обычно. И там тоже..

Сегодня Джонсону пришлось удирать. Во время своей поездки он был в Далласе. А настроение там тяжелое. Джонсон не чувствует себя в безопасности. Вся его охрана ходит за ним по пятам, куда бы он ни направился. Теперь он испытал, что это значит, когда за тобой охотятся. Когда-нибудь его подстрелят. Жаль только, что останется много других «ястребов»… 

Какое несчастье, что я получила в подарок на рождество телефон. Это чересчур дорогая вещь для низкооплачиваемых… Через два дня  Джонсон уходит с поста президента. Он произнес отвратительную  прощальную речь перед аплодирующими ему сенаторами. Он говорил: «Через сто лет люди скажут, что это мы обеспечили мир». Он жаловался на агрессивность северных вьетнамцев, которые четыре года назад начали вторжение в Южный Вьетнам. В свою собственную страну! Если верить Джонсону, то они не имеют права там находиться, там должны быть генералы США.

28/2-68 г.

…В «Зеркале времени» по телевизору Черстин Анер и еще несколько господ обсуждали одну книгу. Тема книги: должно ли современное индустриальное государство участвовать в войне, чтобы освободиться от избытка  «ненужных» людей? Мы-то хорошо знаем, что КАПИТАЛИСТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА, ОСНОВАННАЯ НА СВЕРХПРИБЫЛЯХ, ТРЕБУЕТ ВОЙН И, СООТВЕТСТВЕННО, ВОЕННОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ.

2 марта.

Мы живем на вулкане. В прошлый четверг в Англии вступил в силу закон, запрещающий принимать иммигрантов.  Те, кому удалось бежать и добраться до Англии, вынуждены селиться в трущобах. В Риме студенческие беспорядки. В Греции уволены 500 государственных служащих. А мы, в Швеции, отмечаем первое полугодие перехода на правостороннее движение…

Нахожусь под впечатлением прочитанных книг. Какое счастье, что есть возможность бесплатно брать книги в библиотеке. Вчера сдала заказ на новую партию книг. Пять из десяти были отложены уже вечером (срочный заказ). Три из них – книги Горького. Я считаю, что, пока глаза видят и пока есть книги, у тебя есть лекарство от душевных невзгод.

21/3-68 г.

Впервые в жизни была на бирже труда. Мне могут дать возможность приобрести новую специальность. Но… рожденный ползать, летать не может. И я останусь уборщицей. У меня нет сил менять свою жизнь.

Подумать только, что я, не голодавшая ни одного дня в своей жизни, так устала от серой бедности. Так нудно, так скучно быть бедной.

2/4-68 г.

И как же, черт побери, все это можно вынести?.. Я не понимаю… Пока читаю какую-нибудь книгу, все вроде бы хорошо, но потом… потом… Только что закончила «Мои университеты» Горького. Сегодня мне уже нечего читать… Единственное, что приятно в этой жизни, - это сознание, что есть люди, которым приходят в голову те же мысли, что и тебе, и которые переживали то же, что переживаешь ты. Они пережили тот же самый страх, убедились в бессмысленности страданий и унижения. И тогда ты не чувствуешь одиночества. Благодаря литературе – Душе мира…

В то время как в Америке бушуют расовые бунты, мы голосуем, избирая лучший шлягер Европы…

Выиграла Испания – песенкой «Ла-ла-ла». Я же убирала  после ремонта в бюро  социального обеспечения. Устала до смерти…

Страстная пятница -68 г.

…Я попытаюсь снова жить, попытаюсь, попытаюсь. Но ведь если ты только ешь, спишь, убираешься и не имеешь возможности с кем-нибудь перемолвиться словом – это не значит жить. Никто не заботится  ни о чем, кроме как о самом себе и о своей собственности. Так есть и так будет, сколько бы красивых слов ни бросали с церковных кафедр и с трибун риксдага. Человек – самое ужасное создание божие…

Апрель – 68 г.

…Сегодня заводы «Буфорса» снова объявили о сокращении производства. Увольняют в первую очередь малоквалифицированных рабочих. Над нами, уборщиками городской коммунальной службы, назначили нового начальника. Цель – навести экономию в городской казне. «И все это действительно нужно?» - спросил он меня, когда я передала ему расписание уборок. Он считает, что вся тяжелая работа должна производиться в обычные часы. Воображаю, что из этого получится. Через некоторое время у нас будут земляные полы, как во время каменного века. Конечно, от некоторых специальностей нынче можно отказаться. Но профессия уборщицы настолько важна, что она должна сохраниться. Не могу понять, почему нам не оставили нашего старого начальника. Он доверял нам, уборщицам. Это самое лучшее и для начальника и для подчиненных.

15/5-68 г.

Прочитала в газете, что в вечерней школе закончился учебный год. Я завидую тем, кто имеет силы продолжать учиться. Но проучись я хоть тысячу лет, все равно не смогла бы найти другой работы. Никто не захочет нанять человека с больными, распухшими руками,  с помутневшими от постоянного напряжения глазами, одетого в поношенную одежду.  Никто – в нашем великолепном обществе.

Нет, уборщица есть уборщица  – всегда и везде  и во веки веков.

28/5-68 г.

Просто ужасно сознавать, что заработок становится все меньше и меньше и сил тоже все меньше  по мере того, как стареешь.

В канун Иванова дня.

Вечером я быстро разделалась с уборкой. Нельзя же каждый день протирать пол, хотя по правилам так положено. Многолетний опыт работы обеспечил мне хороший опыт по этой части. Я никогда не делаю ни одного лишнего движения. Когда я одна, я умело организую свою работу. Хотя для этого, само собой разумеется, я должна быть в хорошей форме. Наш начальник высчитал,  что я зарабатываю 31 крону в день. А на уборку обеих квартир в доме Виотти мне отводится только час двадцать шесть минут. При этом нужно еще перетащить с этажа на этаж все приспособления для уборки. Плата, конечно, ничтожная.

27/7-68 г.

Речь о мире Линдона Джонсона.

- Каждый вечер, прежде чем я гашу лампу перед сном, я спрашиваю себя: все ли ты сделал, что в твоей власти, чтобы помочь объединению мира, чтобы попытаться принести мир и надежду народам всего мира? Достаточно ли ты сделал?

Через двадцать четыре часа после такой речи Джонсон приказал начать массированные бомбардировки Северного Вьетнама.

 

17/9-68 г.

…Вчера ночью лежала и снова думала о себе. Как я сумею сохранить силы, чтобы продолжать работу, пока не достигну пенсионного возраста. Спина, ноги, голова и т.д. У меня едва хватает сил убирать за собой. Если бы мне только отделаться от уборки лестниц. Но деньги за них идут прямым ходом на выплату ссуды за нефтяное отопление. Так что я должна сохранить за собой эту работу… Как я сумею? Я лежала и все думала, думала… После такой ночи черта с два встанешь бодрой и полной сил.

22/10-68 г.

Скоро снова начну работать – погуляла и хватит. Как-то пойдут у меня дела? Когда  я утром встаю с постели, то иногда довольно долго не могу ступить на ногу из-за боли, вызванной расширением вен. Повторная операция большой пользы не принесла. Но как  только сделаешь по полу несколько шагов, боль утихает. Хуже дело со спиной. Позвоночник дает о себе знать довольно долго в начале дня.

Вчера вечером пришли Бойян и Карин. Милая Бойян, она решила, что я могу принять участие в конкурсе на лучший политический роман…

Политический роман будет называться: «Я вымыла достаточно много полов».

 

Первое ноября.

Джонсон провозгласил прекращение бомбардировок Северного Вьетнама. Нам ни жарко, ни холодно от того, что он сказал. Никто больше не верит ни слову из того, что говорит Джонсон.

Понедельник вечером.

…Какое же название будущей книге, не знаю. «Будни госпожи Медельсвенссон» (шуточная условная фамилия «типичного среднего шведа»). Или: «Записки уборщицы»? Стоит подумать. Всякий раз, когда я думаю о «книге», меня разбирает смех… Безумная затея. Я убираю в библиотеке и вижу, насколько переполнен книжный рынок. Если так пойдет и дальше, то земля не выдержит тяжести книг.

Ночь на субботу.

Впервые в жизни я буду участвовать в демонстрации. Она состоится завтра – в поддержку южновьетнамского народа и страны Хо Ши Мина.

Пусть все, кто в состоянии ходить, завтра будут вместе с нами.

Приказы Джонсона о прекращении бомбардировок от первого апреля и первого ноября не оказали никакого действия. Одновременно с предложением остановить бомбардировки он направил своим генералам во Вьетнаме распоряжение, согласно которому им давалось право самим решать – производить бомбардировки или нет… В соответствии с распоряжениями Джонсона они имеют  также право в любом количестве разбрасывать напалм.

Демонстрация, состоявшаяся в прошлую субботу, прошла хорошо. Нас было четырнадцать человек. После всей проделанной работы – распространением листовок и т.д. – кажется немного странным, что в городе с населением почти в 40 000 жителей на демонстрацию вышло так мало граждан. Я несла плакат: «США, вон из Вьетнама!». Сейчас это единственное, что важно. Они находятся там слишком долго и разрушили чересчур много.

Неотправленное письмо в редакцию газеты.

Элизабет, к сожалению, не поняла, чего добиваются активисты из молодежи, которые организуют демонстрации и пикетирование с плакатами в руках.

Молодежь стремится пробудить в людях сознание того, что в мире господствует насилие и гнет.  И если кто-нибудь из них употребляет бранные слова, то это можно извинить. Нелегко сохранить хорошие манеры, когда горит дом, в котором ты живешь. Молодежь хочет заставить людей задумываться. Элизабет говорит, что молодежь должна работать, вместо того, чтобы митинговать. Я – пожилая женщина, всю свою жизнь занятая тяжелой работой. Однако самым значительным днем  был для меня день демонстрации, когда я несла плакат «США, вон из Вьетнама!»

Мы должны быть благодарны молодежи за то, что она работает не только ради приобретения красивых вещей, как это делают многие другие. Она работает на благо всех трудящихся.

Мальчики собирали сегодня деньги в честь восьмилетней годовщины НФО. Вечером я слушала по радио программу о поэзии Аллена Гинзберга. Мне особенно понравились строки:

Завеса живой крови

В далеком Вьетнаме…

Можно ли лучше выразить то, что происходит во Вьетнаме?

Канун Нового – 68 года.

…Вчера по телевидению показывали фильм об обществе изобилия. Совершенно как в жизни. Люди выбрасывают совершенно еще хорошие вещи. Чтобы купить новые. Герой фильма – рабочий-мусорщик, который видит сколько добра выбрасывают на помойку.

…Фильм заканчивается словами: «ЕДИНСТВЕННОЕ, ЧТО НУЖНО В ЭТОЙ СТРАНЕ, - ЭТО КАПИТАЛ». И это правда. Питание на редкость дорого. В этом году я заработала 13 000 крон, а после удержания налога у меня осталось восемь тысяч – за труды всего года. Прожить же в капиталистической стране на такую сумму нелегко.

В воздухе кружатся белые хлопья снега. Картина напоминает мне детство. Я сижу в комнате, в камине потрескивают дрова. В отцовской комнате тепло, и мне хорошо и спокойно. Сейчас сижу в своем собственном доме (весь он заложен в счет оплаты долгов до самого конька на крыше). Нет тепла, нет покоя, и ничего веселого тоже нет.

Вчера вечером  ходила в галерею на выставку, посвященную Кубе. Там бесплатно показывали фильм о Кубе. В фильме рассказывалось о сахарном тростнике. Видно было, что земля там плодородная и щедрая. Если бы только кубинцы получили возможность продавать свой сахар по приличной цене. Проклятая торговая блокада!

Восьмой день отпуска.

Сейчас пойду в бюро оплаты больничных листов и спрошу там начальника, могу ли я хлопотать пред правительством о досрочном уходе на пенсию. Ведь у меня не хватит сил дотянуть до шестидесяти семи (67 – пенсионный возраст в Швеции). В некоторых странах, женщины, родившие пятерых детей, автоматически до наступления пенсионного возраста получают пенсию. У нас же в Швеции лишь вдовы получают пенсию, как бы молоды они ни были, и тяжелобольные.

В три часа пополудни выглянуло солнышко. Когда я ходила на лыжах, стоял мокрый туман. Пара лыж – это богатство. Я получила их несколько лет назад от коллеги-уборщицы. На мне «бабушкины» ботики. Они достаточно просторны для двух пар носков.

2/3-69 г.

Охота за коммунистами.

Индонезия за последние четыре месяца пережила кровавое побоище,  немыслимое побоище, равных которому мало в современной истории.

Жертвы – это коммунисты или люди, которых считают таковыми.

На Восточной Яве – десятки трупов обезглавленных людей ежедневно дюжинами плыли  вниз по реке.

Остров Бали. Массовые казни и уничтожение одной деревни за другой. Один чиновник консульства в Сурабае оценивает вероятное число убитых в 200 000. Население Бали два миллиона.

Суматра. Число убитых 200 000. Если прибавить цифры убитых на других островах, таких, как Борнео и Сулавеси, то общее число может достигнуть 600 000.

Суббота, 8/3-69 г.

…Позавчера отключили телефон. Я не страдаю из-за его отсутствия. Такие вещи предназначены для высокооплачиваемых.

В Южной Африке усиливаются репрессии. Растет число смертных приговоров. В сентябре 1968 года более 45 тысяч африканцев сидело в тюрьме за проступки, которые в других государствах не рассматриваются как нарушение закона. Большинство заключенных, согласно Рикарду Фалку (наблюдатель международной комиссии юристов), подвергается пыткам.

Канун пасхи.

…Много раз за свою жизнь я встречала людей, которые жалеют меня. Это такие люди, которых мне самой хотелось бы пожалеть. Я СЧИТАЮ, ЧТО МОЯ ЖИЗНЬ НАМНОГО, НАМНОГО БОГАЧЕ, ЧЕМ ИХ, ХОТЯ Я И БЕДНЕЕ, ЧЕМ ОНИ. Они оценивают жизнь иначе, чем я. Что составляет предмет  их радости? – рассуждаю я в одиночестве. Конечно, это ощущение права собственности. Но, испытывали ли они когда-нибудь, спрашиваю я, такие же чудесные переживания, какие испытывала я (нельзя же быть полностью удовлетворенным тем, что владеешь мертвыми вещами).

6/6-69 г.

…Ен Такман пишет в конце своей книги «Напалм»: «Если бы профсоюзы и другие организации всего мира стали бы протестовать против политики Джонсона, то бомбардировки Вьетнама, пожалуй, прекратились бы».

Если бы все стали протестовать…

…»Все» - это мы, подавленные и запуганные люди. И мы совершенно игнорируем то обстоятельство, что миллионы бомб и горящий напалм сбрасываются на маленькую страну нашего мира.

Швеция. Швеция. Швеция. Сверхорганизованная страна.  Почему никто из нас ничего не может сделать?

 

***

МИР ПОД ЛЕСТНИЦЕЙ: АНГЛИЙСКИЕ СЛУГИ. («Недобрая старая Англия», Е.Коути).

hlop4.jpg

Грязь и тяжелый труд.

В 1851 году более миллиона англичан были в услужении, а в 1891 году, уже на закате викторианской эпохи, мы получим и более точные цифры – 1 386 167 женщин и 58 527 мужчин. Даже самые небогатые семьи  старались нанять хотя бы одну служанку – так называемую maid of all works, которой приходилось и стряпать, и заниматься уборкой. Поднимаясь выше по общественной лестнице, мы встретим большее число слуг… например, в конце XIX века шестой герцог Портленд держал 320 слуг мужского и женского пола…

В  1844 году сатирический журнал «Панч» опубликовал пародию на такой запрос:

«Сударыня! Поскольку Бриджет Дастер желает получить место единственной горничной в моем доме, я прошу Вас, бывшую ее хозяйку, сообщить, подходит ли она для выполнения столь серьезных обязательств. В прошлом я настрадалась от дерзости и подлости слуг (которые, по моему мнению, посланы исключительно для того, чтобы терзать приличных людей), и посему прошу вас не сердиться на некоторую скрупулезность моих расспросов… Признаться, я довольна внешностью Бриджет. Еще никогда  не доводилось мне видеть таких глубоких оспин… А чем невзрачнее прислуга на вид, тем лучше. Неказистая внешность это что-то вроде дешевой униформы для горничных, предназначенной им самой природой: указывает на их место и отвращает от всяких глупостей.

Я надеюсь она трезвого образа жизни… А посуду Бриджет не бьет ли? Я всегда взыскиваю деньги за разбитую посуду, но за мои нервы кто заплатит? Честна ли Бриджет? Тут, сударыня, извольте отвечать поточнее, ведь я уж столько раз обманывалась в людях. Однажды наняла служанку с отличными рекомендациями, а буквально неделю спустя увидела,  как она отдает три холодные картофелины какому-то шарманщику с белыми мышами. Разве это честность? Вежлива ли Бриджет? Хорошо ли она переносит заслуженный выговор?.. Может ли Бриджет вставать рано, независимо от того, в какое время легла? Хорошая горничная подобна иголке – всегда спит с одним открытым глазком. Есть ли у Бриджет ухажеры? Таких негодниц я не потерплю. Горничная должна быть как монахиня, она оставляет позади все мирское, как только перешагнет порог дома».

Рекомендательные письма показывают, насколько зависимым было положение слуг…

Ханна Каллвик, горничная и одна из известнейших мемуаристок XIX века, так описывала свой типичный рабочий день 14 июля 1860 года: «Открыла ставни и зажгла огонь на кухне. Вытряхнула золу со своих вещей в мусорную яму, туда же выбросила всю золу. Подмела и вытерла пыль во всех комнатах и в зале. Разожгла огонь и отнесла наверх завтрак. Почистила две пары ботинок. Заправила постели и вынесла ночные горшки. Убрала со стола после завтрака. Помыла посуду, столовое серебро и ножи. Отнесла  обед. Снова прибралась. Привела в порядок кухню, распаковала корзину с покупками. Двух цыплят отнесла миссис Брауэрс, передала хозяйке ее ответ. Испекла пирог и выпотрошила двух уток, потом зажарила их. Стоя на коленях, вымыла крыльцо и тротуар перед ним. Натерла графитом скребок перед ступенями, затем вычистила тротуар на улице, тоже стоя на коленях. Вымыла посуду. Прибралась в кладовке, тоже на коленях, и дочиста выскребла столы. Вымыла тротуар возле дома и протерла подоконники. В девять забрала на кухне чай для мистера и миссис Уорвик. Я была в грязной одежде, так что чай наверх отнесла Энн. Вымыла сортир, коридор и пол в судомойне, тоже на коленях. Вымыла собаку, потом вычистила раковины. Принесла ужин, который Энн отнесла наверх -  я была слишком грязной и усталой, чтобы самой идти туда. Вымылась в ванне и пошла спать».

Труд горничных был тяжелым и нудным. В их распоряжении не было ни пылесосов, ни стиральных машин, ни прочей бытовой техники… Коридоры в старинных усадьбах тянулись чуть ли не на милю, и их требовалось скрести вручную, стоя на коленях. Этой работой занимались горничные самого низшего звена, зачастую девочки 10-15 лет, так называемые tweenies. Поскольку работать надо было рано утром, в темноте, они зажигали свечу и толкали ее перед собой по мере продвижения по коридору. И, разумеется, воду для них никто не грел. От постоянного стояния на коленях развивалось гнойное воспаление околосуставной слизистой сумки. Недаром это заболевание называется housemaid`s knee – «колено горничной».

В некоторых семьях горничной придумывали новое имя, если ее имя уже «застолбила» одна из барышень или же простоты ради. Ведь служанки приходят и уходят, так зачем же забивать голову их именами? Проще звать каждую новую Мэри или Сьюзен. Шарлотта Бронте упоминает и собирательное имя горничных – Абигайль.

В середине XIX века горничная среднего звена получала 6-8 фунтов в год, не считая денег на чай, сахар и пиво. Впрочем, журнал «Кэсселс» не советовал платить служанкам традиционные «деньги на пиво». Если горничная пьет пиво, то уж наверняка будет бегать в кабак, источник всяких неприятностей. Если же не пьет, то зачем развращать ее лишними деньгами?

Когда горничная поступала на службу, в своем жестяном сундучке – непременном атрибуте служанки – у нее обычно лежали три платья: простое платье из хлопчатобумажной ткани, которое надевали по утрам, черное платье с белым чепцом и фартуком, которое носили днем, и выходное платье. Средняя стоимость платья для горничной в 1890-х годах равнялась 3 фунтам – т.е. полугодовому жалованью несовершеннолетней горничной, только начавшей работать. Помимо платьев, горничные покупали себе чулки и туфли, и эта статья расходов была бездонным колодцем, ведь из-за беготни по лестницам обувь снашивалась быстро.

… От подвала до чердака – большое расстояние, а хозяевам вряд ли понравится, если слуги снуют по дому без веской на то причины. Эта проблема решалась наличием двух лестниц – парадной и черной. Лестница – этакая граница между мирами, прочно вошла в викторианский фольклор, но для слуг она была настоящим орудием пытки. Им приходилось носиться по ней вверх и вниз, таская тяжелые ведра с углем или с горячей водой для ванны. В то время как господа  обедали в столовой, слуги столовались на кухне…

До начала XIX века слугам не полагались выходные. Каждая минута их времени всецело принадлежала хозяевам. Но в XIX веке хозяева стали давать служанкам выходные или разрешать принимать родственников (но ни в коем случае не ухажеров!). А королева Виктория устраивала ежегодный бал для дворцовых слуг в замке Балморал.

Отношения между хозяевами и слугами зависели от многих факторов – и от общественного положения хозяев, и от их характера. Обычно чем более родовитой была семья, тем лучше в ней относились к прислуге. Аристократам с длинной родословной не требовалось самоутверждение за счет прислуги, они и так знали себе цену. В то же время нувориши, чьи предки относились к «подлому сословию», могли третировать слуг, тем самым подчеркивая свое превосходство. Следуя завету «возлюби ближнего своего», часто господа заботились о слугах, передавали им поношенную одежду и вызывали врача. Но это вовсе не означало, что прислугу считали равной себе. Барьеры между классами поддерживались даже в церкви – в то время как господа занимали  передние скамьи, их горничные и лакеи садились на задних рядах.

***

sluzhanka2.jpg

***

СЛУЖАНКА. (Д.Родари, пер. С.Маршака).

Вечно ворчит

На служанку хозяйка:

- Плохо погладила

Платье, лентяйка.

Окна не вымыты.

Пол не натерт.

Ложка пропала.

Не выпечен торт.

Дня не проходит

Без новой придирки:

- Соус без соли,

Крендель без дырки.

Кот не накормлен.

Кофе не молото.

Плохо начищены

Бронза и золото.

Лопнул стакан,

И разбиты две банки…

Туго приходится

Бедной служанке!

sluzhanka.jpg  hozjayka.jpg 

***

«ЭТО ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ ЗАКОН…».

Есть в Германии один прекрасный закон, - хотел бы я, чтобы такой закон был и у нас в Англии; по этому закону никто не имеет право разбрасывать бумагу на улице. Один из моих друзей, английский военный, рассказал мне, как однажды в Дрездене, не подозревая о существовании этого закона, он прочитал на улице длинное письмо и разорвал его примерно на пятьдесят клочков, которые бросил на землю. Полицейский остановил его и в самой вежливой форме разъяснил соответствующий закон. Мой друг согласился, что это очень хороший закон, поблагодарил полицейского за разъяснение и заверил, что на будущее он примет сказанное к сведению. Полицейский заметил, что этого вполне достаточно на будущее; однако в данный момент приходилось иметь дело с прошлым, а именно: с пятьюдесятью или около того клочками бумаги, разбросанными по мостовой и по тротуару.

Мой друг с приятной улыбкой признался, что не видит выхода из создавшегося положения. Полицейский, наделенный более богатым воображением, видел выход. Он предложил моему другу приняться за дело и подобрать эти пятьдесят клочков бумаги. Мой друг – английский генерал в отставке, вида чрезвычайно внушительного, а порой даже надменного. Он не мог представить себе, как это он среди бела дня будет ползать на четвереньках по главной улице Дрездена, подбирая бумагу.

Немецкий полицейский сам согласился, что положение довольно щекотливое. Но если английский генерал не согласен, возможен иной выход.  Выход этот заключается в том, чтобы английский генерал, сопровождаемый обычно толпою зевак, последовал за полицейским в ближайшую тюрьму, до которой отсюда не более трех миль. Поскольку сейчас около четырех часов дня, судью, по всей вероятности, они уже не застанут. Но генералу будут предоставлены все удобства, какие только возможны в тюремной камере, и полицейский не сомневался, что, уплатив штраф в сорок марок, мой друг снова станет свободным человеком на следующий день ко второму завтраку. Генерал предложил нанять мальчика, который подобрал бы бумагу. Полицейский справился с текстом закона и пришел к выводу, что это не допускается.

«Я обдумал предложение, - рассказывал мне мой друг, - перебрав все возможности, не исключая также возможности сбить этого субъекта с ног и спастись бегством, и пришел к выводу, что самое первое  его предложение заключает в себе в общей сложности минимум неудобств. Но я никогда не предполагал, что подобрать тонкие бумажки со скользких булыжников окажется таким трудным делом. Это заняло у меня около десяти минут и, по моим подсчетам, доставило развлечение тысяче человек, не меньше. Но имейте в виду, что это очень хороший закон; жаль только, что я не знал о нем заранее».

(Джером К. Джером «Почему мы не любим иностранцев»,из книги «Факт или вымысел?..»).

Литература:

Запал вблизи. Современная документальная проза. Сборник / Москва «Прогресс», 1982.

Недобрая старая Англия /Е.Коути. – СПб.:  БХВ-Петербург, 2014.

Факт или вымысел?: Антология:  эссе, дневники, письма, воспоминания, афоризмы английских писателей /пер.с англ.; М., Б.С.Г. –ПРЕСС, 2008.

 КНИГА ОТЗЫВОВ