Кто устроил красный террор?

КТО УСТРОИЛ КРАСНЫЙ ТЕРРОР?

 

o «Ленин Владимир Ильич.  Краткая биография» (выдержки из книги). (Институт Маркса - Энгельса - Ленина - Сталина при ЦК КПСС, 1955 г.)
     § 1905-1907 годы1907-1912 годы1912-1914 годы1914-1917 годы; 1917 год;  1917-1918 годы; 1918-1920 годы; 1920-1922 годы; 1922-1924 годы.
o Десять дней, которые потрясли мир (Джон Рид, выдержки).
     § Рождение бури.
     § Накануне.
     § Конец Временного правительства.
     § Неудержимо вперед!
     § Победа.
o «Последние дни императорской власти» (из книги Александра Блока, 1921, выдержки).
     § Письмо Великого князя Александра Михайловича Николаю II. (25 декабря 1916 – 4 февраля 1917 годов).
     § Записка, составленная в кружке Римского-Корсакова и переданная Николаю II князем Голицыным  (ноябрь 1916 года).
o «Народу  мнение, а царю решение?..»

 

Lenin2.jpg

В.Петрова, Л.Петров

В.И.Ленин из серии «1917-й год», 1969.

«Мы защищаем не право грабить чужие народы, а мы защищаем свою пролетарскую революцию и будем защищать ее до конца. Ту Россию, которая освободилась, которая за два года выстрадала свою советскую революцию, эту Россию мы будем защищать до последней капли крови!» (1920 г.)

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 369).

Один из солдат начал так: «Товарищи! Я привез вам привет с того места, где люди роют себе могилы и называют их окопами!» («Десять дней, которые потрясли мир»,  Джон Рид).

«Петроград находится в опасности… - писал он. – Я думаю, бог с ним, с Петроградом! Опасаются, что в Питере погибнут центральные учреждения (т.е. Советы и т.д.).  На это я возражаю, что очень рад, если все эти учреждения погибнут, потому что, кроме зла, России они ничего не принесли…

Со взятием Петрограда будет уничтожен и Балтийский флот… Но жалеть об этом не приходится: большинство боевых судов совершенно развращено». (Родзянко в газете «Утро России»).

 

***

Затем выступил Мартов, полный гнева:

«Слова министра-председателя [Керенского], позволившего говорить о движении черни, когда речь идет о движении значительной части пролетариата и армии, хотя бы и направленном  к ошибочным целям, является словами вызова гражданской войны». («Десять дней, которые потрясли мир»,  Джон Рид).

***

Автор страницы:

Прочитала в интернете статью от 13.8.2018

«НЕСЧАСТНЫХ ТОПИЛИ ЖИВЫМИ И ЖГЛИ В ТОПКЕ»

РОССИЯ ЗАХЛЕБНУЛАСЬ КРОВЬЮ И ЕДВА НЕ ИСЧЕЗЛА. КТО УСТРОИЛ КРАСНЫЙ ТЕРРОР?

http://ppr19.ru/stoletie-krasnogo-terrora.htm

Считаю себя совершенно не вправе критиковать автора за статью ввиду некомпетентности своей.

Думаю, что ясности и всесторонней  объективной правды нет.

Мое личное впечатление от прочтения этой статьи – ужас, неистребимая кровожадность лидера красного террора – Ленина. Такой акцент в статье. Белый террор – всего лишь вынужденные эксцессы, вполне оправдываемые военной ситуацией. Поражает указанная малочисленность белых, ни слова об интервенции, ее масштабе…

Я когда прочитала статью эту в интернете, была в шоке, потом прошла по ссылкам и прочитала уже  статьи  Ленина, на которые опирается автор,  и была поражена сгущением красок,  сознательной расстановкой акцентов в статье с целью очернения Ленина, окрашивания его образа в какой-то чуть не мистический, фатально-злобно-ненавистнический, сатанинский ореол кровожадной беспощадности к классовым врагам – капиталистам и их прихвостням- интеллигентам.

Я долго буквально «очухивалась», прочитав подлинники статей, без авторских сокращений и выборок. Помню, что у меня по прочтении с ужасом сложилось впечатление, что Ленин предлагает соревноваться в уничтожении насекомых- капиталистов. Совсем не тот акцент в подлиннике статьи Ленина.

Интересно, какой процент этих «дремучих маргиналов» был в те годы в России? Кто  они эти люди?..

Прежде чем осуждать методы взятия власти солдатами, рабочими и крестьянами, перечислите убийства при дворцовых переворотах, когда «околопридворные» группировки за власть дрались, их череда, этих кровавых дворцовых переворотов. Подсчитайте число жертв за столетия царской власти среди, так называемых,  «дремучих маргиналов»…

Может быть, рядом с «Медным всадником» или вместо него установим памятник  Петру I, рубящему головы стрельцам? Или памятник Ивану Грозному,  собственноручно заколовшему Ивана Шуйского, главного заговорщика,  после раскрытия заговора?..

Или только верхам, власти дозволяется  удерживать и захватывать власть с помощью террора, а низам, веками угнетаемым и убиваемым,  – нельзя свергать своих эксплуататоров методами террора? Почему?

Прежде чем обвинять переход к социализму, обвините капитализм…

«Диктатура означает – примите это раз и навсегда к сведению, господа кадеты, - неограниченную, опирающуюся на силу, а не на закон, власть. Во время гражданской войны, всякая победившая власть может быть только диктатурой» (В.И.Ленин, см. т.XXV, стр. 441 и 436).

***

Как организовать соревнование?

http://leninism.su/works/74-tom-35/1595-kak-organizovat-sorevnovanie.html

«…Надо, чтобы Советы смелее, инициативнее брались за дело. Надо, чтобы каждая «коммуна» — любая фабрика, любая деревня, любое потребительное общество, любой комитет снабжения — выступили, соревнуя друг с другом, как практические организаторы учета и контроля за трудом и за распределением продуктов.

Программа этого учета и контроля проста, ясна, понятна всякому: чтобы хлеб был у каждого, чтобы все ходили в крепкой обуви и в недраной одеже, имели теплое жилье, работали добросовестно, чтобы ни один жулик (в том числе и отлынивающий от работы) не гулял на свободе, а сидел в тюрьме или отбывал наказание на принудительных работах тягчайшего вида, чтобы ни один богатый, отступающий от правил и законов социализма, не мог уклониться от участи жулика, по справедливости долженствующей стать участью богатого. «Кто не работает, тот пусть не ест» — вот практическая заповедь социализма. Вот что надо практически наладить. Вот какими практическими успехами должны гордиться наши «коммуны» и наши организаторы из рабочих и крестьян…»

В какой коммуне, в каком квартале большого города, на какой фабрике, в какой деревне нет голодных, нет безработных, нет богатых тунеядцев, нет мерзавцев из лакеев буржуазии, саботажников, называющих себя интеллигентами? в какой больше сделано для повышения производительности труда? для постройки новых хороших домов для бедноты, для помещения ее в домах богачей? для правильного снабжения бутылкой молока каждого ребенка из бедных семей? — вот на каких вопросах должно развернуться соревнование коммун, общин, потребительно-производительных обществ и товариществ, Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов».

<…>

Тысячи форм и способов практического учета и контроля за богатыми, жуликами и тунеядцами должны быть выработаны и испытаны на практике самими коммунами, мелкими ячейками в деревне и в городе. Разнообразие здесь есть ручательство жизненности, порука успеха в достижении общей единой цели: очистки земли российской от всяких вредных насекомых, от блох — жуликов, от клопов — богатых и прочее и прочее. В одном месте посадят в тюрьму десяток богачей, дюжину жуликов, полдюжины рабочих, отлынивающих от работы (так же хулигански, как отлынивают от работы многие наборщики в Питере, особенно в партийных типографиях). В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами, чтобы весь народ, до их исправления, надзирал за ними, как за вредными людьми. В четвертом — расстреляют на месте одного из десяти, виновных в тунеядстве. В пятом — придумают комбинации разных средств и путем, например, условного освобождения добьются быстрого исправления исправимых элементов из богачей, буржуазных интеллигентов, жуликов и хулиганов. Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт, тем вернее и быстрее будет успех социализма, тем легче практика выработает — ибо только практика может выработать — наилучшие приемы и средства борьбы.

<…>

 

***

В боевой комитет при санкт-петербургском комитете

http://leninism.su/works/49-tom-11/3134-v-boevoj-komitet-pri-sankt-peterburgskom-komitete.html

16.Х. 1905.

Но, по документам судя, дело грозит выродиться в канцелярщину. Все эти схемы, все эти планы организации Боевого комитета производят впечатление бумажной волокиты.

В таком деле менее всего пригодны схемы, да споры и разговоры о функциях Боевого комитета и правах его. Тут нужна бешеная энергия и еще энергия. Я с ужасом, ей-богу с ужасом, вижу, что о бомбах говорят больше полгода и ни одной не сделали! А говорят ученейшие люди... Идите к молодежи, господа! вот одно единственное, всеспасающее средство.

Иначе, ей-богу, вы опоздаете (я это по всему вижу) и окажетесь с «учеными» записками, планами, чертежами, схемами, великолепными рецептами, но без организации, без живого дела. Идите к молодежи. Основывайте тотчас боевые дружины везде и повсюду и у студентов, и у рабочих особенно, и т. д. и т. д. Пусть тотчас же организуются отряды от 3-х до 10, до 30 и т. д. человек. Пусть тотчас же вооружаются они сами, кто как может, кто револьвером, кто ножом, кто тряпкой с керосином для поджога и т. д. Пусть тотчас же эти отряды выбирают себе руководителей и связываются, по возможности, с Боевым комитетом при Петербургском комитете.

Если через 1—2 месяца у Боевого комитета не будет в Питере minimum 200— 300 отрядов, тогда это мертвый Боевой комитет. Тогда его надо похоронить. При теперешнем кипении не набрать сотни отрядов — значит стоять вне жизни.

Проповедники должны давать отрядам каждому краткие и простейшие рецепты бомб, элементарнейший рассказ о всем типе работ, а затем предоставлять всю деятельность им самим. Отряды должны тотчас же начать военное обучение на немедленных операциях, тотчас же. Одни сейчас же предпримут убийство шпика, взрыв полицейского участка, другие — нападение на банк для конфискации средств для восстания, третьи — маневр или снятие планов и т. д. Но обязательно сейчас же начинать учиться на деле: не бойтесь этих пробных нападений.

Они могут, конечно, выродиться в крайность, но это беда завтрашнего дня, а сегодня беда в нашей косности, в нашем доктринерстве, ученой неподвижности, старческой боязни инициативы. Пусть каждый отряд сам учится хотя бы на избиении городовых: десятки жертв окупятся с лихвой тем, что дадут сотни опытных борцов, которые завтра поведут за собой сотни тысяч.

Ваш Ленин.

(Впервые напечатано в 1926 г. в Ленинском сборнике V).

***

Автор страницы: «Кто они – «маргиналы», «дремучие»?

image001 (2).jpg

Бесплатная столовая для бедных, организованная владельцем банкирской конторы Пурышева. 1908
https://hodor.lol/post/163160/

https://cont.ws/uploads/pic/2018/8/947514c8b7e0%20%281%29.jpg

П.А.Столыпинъ на Высочайшемъ завтраке на «Штандартъ», въ финляндскихъ 

шхерахъ, разговариваетъ съ Германскимъ Императоромъ Вильгельмомъ II,

сидевшимъ на правой стороне отъ Государыни Императрицы, 4 июня 1909 г.

https://wowavostok.livejournal.com/12449128.html

5038.jpg
Е.Е.Лансере. Тризна.

«Адская почта», 1906, № 2.

(из книги А.А.Сидорова «Русская графика начала XX века).

***

Автор страницы:

***

Проклятье супостатам!

«Виновен ты!» - и по щекам
Хлестал слугу он, сгорбленного старца.
И вечное проклятие рукам
Секущего.  Бунтарство,

Ты вспыхивало день за днем,
Ты угрожало сумеркам столетий.
Ты очищало души их огнем.
И гибли лучшие. В ответе

За смерть, за кровь, за пытки, боль и страх.
В ответе вы, секущие кнутами.
И нет прощенья вам, проклятие в веках.
Вы – палачи, низвергнутые нами.

Ваш трон качался, кровь лилась рекой.
И мертвые крестились руки.
Проклятьем, отторжением, покой
Вы не найдете. Смерть порукой.
(смерть миллионов замученных рабов)

Бунтарство хлещет, злобою кипит,
Вздымая города и села,
Истерзанный, кровавый вид,
Являя лику произвола.

Года минули, эрой миновал
Отрезок духа, света, братства.
Расстрелян дух. И встал оскал
Пятой железной супостатства.

Вновь кровь рекой, и миллионов смерть.
И миллиарды хищников. Расплата
Будет. Крови круговерть
Возвращена. Проклятье супостатам!

***

«ЛЕНИН ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ.  КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ» (выдержки из книги).

(Институт Маркса - Энгельса - Ленина - Сталина при ЦК КПСС, 1955 г.)

1905-1907 годы.

9 января 1905 года царизм совершил подлое злодеяние: по приказу царя в Петербурге были расстреляны рабочие, мирно шедшие к царю с петицией (просьбой) о своих нуждах. Было убито и ранено более трех тысяч человек. Рабочие поняли, что верить царю нельзя, что только борьбой они могут добиться своих прав. К вечеру 9 января в рабочих районах появились баррикады.

4916a.jpg

В.А.Серов. После усмирения. 1905.

В.А.Серов откликнулся как очевидец на события 9 января.

Пафос художника – обличение, гнев… враги, «каратели», отрицательное начало.

Не мог быть в те годы опубликован рисунок Серова, изображающий Николая II,

раздающего награды солдатам-карателям.

(из книги А.А.Сидорова «Русская графика начала XX века).

В книге «Две тактики» Ленин писал:

«Пролетариат должен провести до конца демократический переворот, присоединяя к себе массу крестьянства, чтобы раздавить силой сопротивление самодержавия и парализовать неустойчивость буржуазии. Пролетариат должен совершить социалистический переворот, присоединяя к себе массу полупролетарских элементов населения, чтобы сломить силой сопротивление буржуазии и парализовать неустойчивость крестьянства и мелкой буржуазии».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.9, стр. 81).

Революционная борьба рабочих в России после 9 января принимала все более острый политический характер. Политические стачки рабочих встряхнули всю страну. Весной и летом 1905 года происходят крупные стачки в промышленных центрах страны – Петербурге, Варшаве, Лодзи, Баку, Одессе. В майских стачках по России участвовало более 200 тысяч рабочих. <…>

Вслед за городом стала подниматься на борьбу деревня.

Рост рабочего и крестьянского движения, а также ряд поражений царизма в русско-японской войне оказали свое влияние на армию. Военная опора царизма заколебалась. В июне 1905 года вспыхнуло восстание в черноморском флоте на броненосце «Потемкин».

Восстанию на броненосце «Потемкин, Ленин придавал огромное значение. В статье «Революционная армия и революционное правительство», написанной в связи с восстанием   в Черноморском флоте, Ленин сформулировал важнейший вывод о необходимости создания революционной армии:

«Революционная армия необходима потому, что только силой могут быть решены великие исторические вопросы, а организация силы в современной борьбе есть военная организация».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.8, стр. 527).

5127a.jpg

М.М.Чемоданов. Заяц на ловле.

«Жало», 1905, № 1.

Русская сатирическая графика 1905-1906 годов…

(в 1907 году она была почти вся сведена на нет цензурным террором).

«Зритель» Ю.Арцыбушева, «Пулемет» Н.Шебуева, «Сигнал» К.Чуковского, «Пламя», «Светает», «Гамаюн», «Леший», «Жало» - это, конечно, очень небольшая часть сатирической печати первой русской революции.

Сатирические журналы 1905-1906 годов внесли значительное разнообразие в самый жанр карикатуры…

Нарастание  революции в стране заставило зашевелиться либеральную  буржуазию. Боясь революции, как огня, и, вместе с тем, пугая царя революцией, буржуазия искала сделки с царем и требовала небольших реформ, чтобы «успокоить» народ, расколоть силы революции и обуздать ее.

На всем протяжении революции большевики во главе с Лениным ведут ожесточенную борьбу против кадетов – партии либерально-монархической буржуазии, которая была партией соглашения с царизмом. Ленин направляет против кадетов главные удары, срывает с них маску демократизма.

«ПРОЛЕТАРИАТ БОРЕТСЯ, БУРЖУАЗИЯ КРАДЕТСЯ К ВЛАСТИ», - так охарактеризовал Ленин линию пролетариата и буржуазии в революции.

Ленин гневно бичует меньшевиков, испугавшихся размаха русской революции и возможной победы народа. Меньшевики плелись в хвосте у либерально-монархической буржуазии. Кадеты шли на сделку с самодержавием, меньшевики шли за кадетами. Так замыкалась цепь предательства интересов народа.

5912.jpg

С.В.Иванов. У стенки. 1905.

Ленин призывал большевиков готовиться к всенародному вооруженному восстанию. Он настойчиво требовал от партийных работников серьезного изучения военного дела, самой энергичной работы по образованию сотен и тысяч боевых отрядов.

Ленин принимал энергичные меры по организации закупки и отправки оружия в Россию.

В письме в Боевой комитет при Петербургском РСДРП в октябре 1905 года он подверг его острой критике за медлительность и нерешительность. Ленин наметил конкретный план деятельности Боевого комитета по подготовке вооруженного восстания, по созданию боевых дружин, их вооружению и военному обучению. Особое значение Ленин придавал привлечению к революционной борьбе молодежи.

«Идите к молодежи…»

Автор страницы:

***

И страшно, и больно, студеной порой.
По серому снегу шагает конвой.
Суровые лица, расстрельный маршрут.
Здесь конница мчится, здесь годы идут.

Оборваны судьбы, взмывает курок.
Весь мир обезлюдел на выстрела срок.
- За что умирали?  Вы дайте ответ.
Кровавой наградой горит партбилет.

Как солнце, как небо лучистых зеркал
Вставала победа, народ восставал.
Расстрельные списки, кровавая дань.
То шли коммунисты. Навечно…

Предвидя дальнейший ход развития революции, неизбежность ее нарастания, Ленин выдвинул лозунг бойкота совещательной Думы, которую обещал созвать царь, поручив министру Булыгину разработать проект такой думы. Бойкот булыгинской думы  был проведен большевиками под лозунгом подготовки вооруженного восстания.

В октябре 1905 года разразилась всеобщая политическая стачка. Булыгинская дума, не успев собраться,  была сметена революционным вихрем.

В огне революционной борьбы в Петербурге, Москве и других городах возникли небывалые еще в истории массовые организации – Советы рабочих депутатов, явившиеся прообразами советской власти.

Ленин предостерегал, что царизм в целях удушения революции будет маневрировать, пойдет на урезанную конституцию.

Действительно, царь, напуганный революцией, ВЫНУЖДЕН БЫЛ 17 ОКТЯБРЯ ИЗДАТЬ МАНИФЕСТ, в котором обещал «гражданские свободы» и «законодательную» Думу.

В газете «Новая жизнь» Ленин опубликовал статью «Партийная организация и партийная литература». В ней он выдвинул и обосновал принцип партийной литературы. Говоря о действительно свободной литературе, открыто связанной с интересами пролетариата, Ленин указывал:

«Это будет свободная литература, потому что не корысть и не карьера, а идея социализма и сочувствие трудящимся будут вербовать новые и новые силы в ее ряды. Это будет свободная литература, потому что она будет служить не пресыщенной героине, не скучающим и страдающим от ожирения «верхним десяти тысячам», а миллионам и десяткам миллионов трудящихся, которые составляют цвет страны, ее силу, ее будущность».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.10, стр. 30-31).

Деятельность  большевистских организаций в рабочих массах приобретала все более широкий размах. Большевики все глубже стали проникать в деревню, создавать опорные пункты в армии и флоте. Не покладая рук они готовили вооруженное восстание.

В середине декабря 1905 года Ленин руководит первой конференцией большевиков в Таммерфорсе  (Финляндия). Он выступил на конференции с двумя докладами – о текущем моменте и об аграрном вопросе.

На этой конференции впервые встретились Ленин и Сталин.

Вместе с Лениным Сталин работает в политической комиссии по редактированию резолюций конференции.

Вспоминая о встрече с Лениным на Таммерфорской конференции, Сталин отмечал простоту и скромность великого вождя пролетариата. Ленин пришел на конференцию раньше других и запросто вел беседу с делегатами.

«Эта простота и скромность Ленина, это стремление остаться незаметным или, во всяком случае, не бросаться в глаза и не подчеркивать свое высокое положение, - эта черта представляет одну из самых сильных сторон Ленина, как вождя новых масс, простых и обыкновенным масс глубочайших «низов» человечества».

(И.В.Сталин. Сочинения, т. 6, стр. 54-55).

4901b.jpg    

В.А.Серов. «Солдатушки, бравы ребятушки!  Где же ваша слава?»

«Жупел», 1905, № 1.

Серов дал свою композицию в печать. С подписью, взятой из известной солдатской песни

«Солдатушки, бравы ребятушки!  Где же ваша слава?»

Не видно ни одного лица карателей. Нет точного изображения места действия.

«Безликость» тупой силы, брошенной на расправу с народом.

Фигура офицера на коне  с шашкой трактована Серовым почти гротескно…

После поражения декабрьского вооруженного восстания меньшевики стали охаивать революцию, уговаривать рабочих прекратить борьбу, утверждая, что с подавлением восстания революция окончилась. Меньшевик Плеханов заявил: «Не надо было браться за оружие».

«Напротив, - отвечал Ленин Плеханову, - нужно было более решительно, энергично и наступательно браться за оружие, нужно было разъяснять массам невозможность одной мирной стачки и необходимость бесстрашной и беспощадной вооруженной борьбы».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.11, стр. 147).

Впоследствии Ленин неоднократно оценивал вооруженное восстание рабочих в декабре 1905 года как незабываемый героический подвиг, явившийся образцом для всех трудящихся масс России, для международного пролетариата.

К числу народных героев, которые своей беззаветной борьбой и вдохновляющим примером поднимали рабочий класс на борьбу с царским самодержавием и капиталистами, Ленин относил И.В.Бабушкина.

«Все, что отвоевано было у царского самодержавия, отвоевано исключительно борьбой масс, руководимых такими людьми, как Бабушкин.

БЕЗ ТАКИХ ЛЮДЕЙ РУССКИЙ НАРОД ОСТАЛСЯ БЫ НАВСЕГДА НАРОДОМ РАБОВ, НАРОДОМ ХОЛОПОВ.

С такими людьми русский народ завоюет себе полное освобождение от всякой эксплуатации».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.16, стр. 334).

142125_original.jpg

Иван Владимиров картины о революции.

Фото из интернета.

Автор страницы:

«Стада», «быки», «коровы» - не оскорбление народа, а состояние холопское, которое, как мне кажется, постепенно возвращается, не у всех, конечно…

Картинка: Вместо комиссара можно нарисовать телевизор, а крестьян переодеть в современную одежду и вручить каждому из них мобильный телефон, позу оставить ту же самую…

Доверчивость в массах та же самая, или нет? Только комиссар обещал и дал народу землю и надежду, что обещает и реально делает современный капитал для народа?

***

Так когда же был кнут? –

Вы позвольте спросить

Рабства долгие, горькие слезы.

Глубоко ль покаянные годы ведут?

Капитала дурман  иль колхозы?

Крепостное клеймо иль коммуны печать -

Ты попробуй в себе разобраться.

Кнут расскажет тебе, он совсем не немой:

В чем свобода. Где быть, где казаться.

Всё стадами паслись, да щипали траву.

Овцы, козы, быки да коровы?

Кнут гулял по бокам – распрекрасная жизнь.

Были б сыты, да были б здоровы?..

Возвращен идеал – вновь щипайте траву.

Овцы, козы, быки да коровы?

Стаду весело жить в чистом, сытом хлеву.

- Были б сыты, да были б здоровы?..

В апреле-мае 1907 года в Лондоне состоялся V съезд РСДРП. Большевики имели устойчивое большинство на этом съезде. Ленин и ленинцы вели непримиримую борьбу против меньшевиков и Троцкого, пытавшегося сколотить на съезде центристскую группку.

В начале июня Ленин возвратился в Россию.

Как и предвидел Ленин, царское правительство разогнало II Государственную думу, она была распущена  3 июня 1907 года. Социал-демократическая фракция была арестована и сослана. Избирательный закон был изменен; произошел так называемый третьеиюньский государственный переворот.

Первая русская революция закончилась поражением.

Наступили тяжелые годы реакции.

В августе 1907 года Ленин выехал в Штутгарт на Международный социалистический конгресс. Он возглавил борьбу, развернувшуюся на конгрессе, против оппортунистических элементов. Во время конгресса Ленин созывал совещания левых социал-демократов с целью сплочения против оппортунистов II Интернационала.

Из Штутгарта Ленин вернулся в Финляндию. Но пребывание здесь становилось все опаснее. Ленин переезжает из Куоккала в Огльбю (небольшая станция около Гельсингфорса), но и там нельзя было долго оставаться. Царские шпионы всюду искали Ленина; царизм хотел расправиться с вождем революции. Большевистский центр вынес решение о перенесении издания газеты «Пролетарий» и переезде Ленина за границу.

Выбраться из Финляндии  было нелегко: посадка на пароход  в порту угрожала ему арестом.

Он пошел ночью по льду на один из островов, чтобы там сесть на пароход. Лед был ненадежен; Ленин едва не погиб.

Началась вторая, более продолжительная эмиграция Ленина.

1907-1912 годы.

В конце декабря 1907 года Ленин приехал в Женеву.

В это время в России свирепствовала реакция. Царское правительство  жестоко расправлялось с революционерами, полиция усиленно громила большевистские организации.

Министр внутренних дел  Столыпин покрыл страну виселицами.

 

original (138).jpg

Столыпин получил прозвище «вешатель», а виселицы, которыми он усеял страну,

народ окрестил «столыпинскими галстуками».

https://wowavostok.livejournal.com/12449128.html

В первой же статье, опубликованной в газете «Пролетарий», Ленин писал:

«Мы умели долгие годы работать перед революцией. Нас недаром прозвали твердокаменными. Социал-демократы сложили пролетарскую партию, которая не падет духом от неудач военного натиска, не потеряет головы, не увлечется авантюрами… И эта пролетарская партия идет к победе».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.13, стр. 409).

Ленин писал: «своей геройской борьбой в течение трех лет (1905-1907) русский пролетариат завоевал себе и русскому народу то, на завоевание чего другие народы потратили десятилетия. Он завоевал освобождение рабочих масс из-под влияния предательского и презренно-бессильного либерализма. Он завоевал себе роль гегемона в борьбе за свободу, за демократию, как условие для борьбы за социализм. Он завоевал всем угнетенным и эксплуатируемым классам России уменье вести революционную массовую борьбу, без которой нигде на свете не достигалось ничего серьезного в прогрессе человечества».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.16, стр. 356).

«Русский народ не тот, что был до 1905 года. Пролетариат обучил его борьбе.

Пролетариат приведет его к победе».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.16, стр. 277).

Ленин  показал, что царизм, пытаясь укрепить свое пошатнувшееся положение, прибег к крупному маневру. 9 ноября 1906 года царский министр Столыпин издал земельный закон о выделении крестьян из общины на хутора.

Целью этого закона было создание в деревне многочисленного слоя кулаков как опоры царского самодержавия. Ленин видел в столыпинской реформе новый шаг по пути превращения самодержавия в буржуазную монархию.

В конце 1910 года в России появляются первые признаки оживления в массах, нарастания революционных настроений. Ленин добивается издания за границей нового большевистского органа – «Рабочей Газеты», а в России легальной газеты «Звезда» и журнала «Мысль».

В целях подготовки конференции Ленин проводит большую работу в заграничных большевистских организациях. Осенью он читает рефераты для большевистских групп в Цюрихе, Берне, Женеве, Париже.

В январе 1912 года в Праге состоялась VI (Пражская) Всероссийская конференция РСДРП, которая имела значение съезда партии. Пражская конференция избрала большевистский Центральный Комитет партии, в состав которого вошли В.И.Ленин, И.В.Сталин, Г.К. Орджоникидзе, Я.М.Свердлов, С.С. Спандарян и другие. В числе кандидатов в члены ЦК были избраны М.И.Калинин и С.Г.Шаумян.

По предложению Ленина, Сталин, находившийся  в то время в ссылке, в состав ЦК партии был избран заочно и возглавил Русское бюро ЦК, созданное для руководства партийной работой в России. В Русское бюро ЦК вошли, кроме И.В.Сталина, Я.М.Свердлов, С.С.Спандарян, Г.К.Орджоникидзе, М.И.Калинин.

Пражская конференция подвела итог всей предшествующей борьбе большевиков  за революционную пролетарскую партию. Конференция изгнала из РСДРП меньшевиков-ликвидаторов, положив тем самым начало оформлению большевиков в самостоятельную партию.

1912-1914 годы.

Весной 1912 года по инициативе петербургских рабочих была создана легальная ежедневная большевистская газета – «Правда».

4 апреля разыгралась кровавая драма в далекой сибирской тайге –

расстрел царскими войсками рабочих на Ленских золотых приисках.

12829761.jpg  

12829772.jpg

Надеждинский прииск. Морг Липаевской больницы не мог вместить трупы расстрелянных.

Фото В.П.Корешкова. 4(17) апреля 1912

https://hodor.lol/post/163160/

Стачки протеста против этого расстрела прокатились по всей стране, в них участвовало до 300 тысяч рабочих. В первомайских забастовках 1912 года приняло участие около 400 тысяч рабочих.

В «Правде» Ленин писал о разорении и обнищании, к которому привела широкие слои трудящегося крестьянства столыпинская реформа.

«Цивилизация, свобода и богатство при капитализме, - писал Ленин, - вызывают мысль об обожравшемся богаче, который гниет заживо и не дает жить тому, что молодо. Но молодое растет и возьмет верх, несмотря ни на что».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.19, стр. 349).

«Буржуазия готова на все дикости, зверства и преступления, чтобы отстоять гибнущее капиталистическое рабство».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.10, стр. 77).

Ленин предупреждает, что множатся признаки приближения империалистической войны, что империалисты готовят мировую бойню.

original.jpg

Фото из интернета.

Ленин противопоставляет две программы, две политики в национальном вопросе – буржуазную и пролетарскую:

«Буржуазный национализм и пролетарский интернационализм – вот два непримиримо-враждебные лозунга, соответствующие двум великим классовым лагерям всего капиталистического мира и выражающие две политики (более того: два миросозерцания) в национальном вопросе».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.20, стр. 14).

Высокую оценку Ленин дал статье Сталина «Марксизм и национальный вопрос», написанной в 1913 году, охарактеризовав ее как одну из важнейших работ в марксистской теоретической литературе по национальному вопросу.

«Реформизм, - писал Ленин, - есть буржуазный обман рабочих, которые всегда останутся наемными рабами, несмотря на отдельные улучшения, - пока существует господство капитала… Опыт всех стран показывает, что, доверяясь реформистам, рабочие всегда оказывались одураченными».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.19, стр. 334).

 

1914-1917 годы.

26 июля 1914 года Ленин был арестован австрийской полицией по ложному доносу и заключен в тюрьму в Новом Тарге. 6 августа, через 11 дней, его вынуждены  были выпустить. Но оставаться в стране, воюющей против России, было невозможно. Ленин добился разрешения выехать в нейтральную Швейцарию. Здесь, сначала в Берне, а затем  в Цюрихе, он жил по март 1917 года.

В  первой мировой войне боролись две группы крупнейших империалистических государств: Германия и Австро-Венгрия – с одной стороны, Англия, Франция, Россия – с другой. В дальнейшем в войну вступили США, Япония и другие капиталистические страны.

24 августа 1914 года Ленин выступил в Берне на собрании местной группы большевиков с докладом об отношении к войне.

Тезисы о войне легли в основу написанного Лениным в конце сентября 1914 года манифеста ЦК партии большевиков: «Война и российская социал-демократия».

В этих документах Ленин определил войну как войну с обеих сторон несправедливую, империалистическую, грабительскую. Целью войны, указывал Ленин, является борьба империалистических государств за рынки, передел колоний и ограбление чужих стран, стремление подавить революционное движение пролетариата и демократии путем натравливания трудящихся одной нации против трудящихся другой нации.

Во время войны царская полиция особенно яростно громила большевистские организации в России. И.В.Сталин, В.М.Молотов, Я.М.Свердлов, С.С.Спандарян, Г.К.Орджоникидзе  и другие находились в тюрьме или в ссылке.

Большевистская фракция IV Государственной думы, решительно выступившая против империалистической войны, в ноябре 1914 года была арестована и сослана в Сибирь.

Исключительно тяжелыми были материальные условия жизни Ленина. Никогда он так остро не нуждался, как во время войны. В одном из писем второй половины 1916 года он вынужден был признаться: «О себе лично скажу, что заработок нужен. Иначе прямо поколевать, ей-ей! Дороговизна дьявольская, а жить нечем». Ленин просит содействовать тому, чтобы издатели оплатили его рукописи. «Если не наладить этого, то я, ей-ей, не продержусь, это вполне серьезно, вполне, вполне».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.35, стр. 187).

В трудных условиях военного времени Ленин ни на минуту не прерывал партийной работы. Он объединяет группы большевиков, находившихся за границей, выступает в Лозанне, Женеве, Кларане, Цюрихе и Берне с рефератами об отношении большевиков к империалистической войне.

Руководимая Лениным большевистская партия была единственной последовательно-интернационалистской и до конца революционной силой в международном рабочем движении. Кроме большевиков некому было взять на себя инициативу создания нового, III Интернационала. И Ленин с присущими ему энергией и упорством с первых же дней войны стал закладывать фундамент нового Интернационала.

Ленин смело шел против течения, вскрывая истинные цели войны, кровавые преступления империалистических правительств и прямое пособничество им «социалистических» лакеев буржуазии. Не менее опасными Ленин считал скрытых социал-шовинистов, центристов (Каутского, Троцкого и других), которые на словах клялись в верности марксизму, а на деле подло изменяли ему.

«Каутского ненавижу и презираю сейчас хуже всех, - писал Ленин: - поганенькое, дрянненькое и самодовольное лицемерие. …Каутского, желающего все затушевать и замазать, успокоить софизмами и якобы-ученым многоглаголанием разбуженную совесть рабочих».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.35, стр. 125).

«Вся борьба нашей партии (и рабочего движения в Европе вообще) должна быть направлена против оппортунизма. Это – не течение, не направление; это (оппортунизм) теперь стало организованным орудием буржуазии внутри рабочего движения».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.35, стр. 152).

Выступления Ленина были встречены оппортунистами взрывом бешеной злобы и ненависти. Но это не заставило Ленина дрогнуть, отступить.

В декабре 1916 года Ленин писал:

«Вот она, судьба моя. Одна боевая кампания за другой – против политических глупостей, пошлостей, оппортунизма и т.д.

Это с 1893 года. И ненависть пошляков из-за этого. Ну, а я все же не променял бы сей судьбы на «мир» с пошляками».

(Там же, стр. 209).

Ленин предпринимал практические шаги к объединению революционных сил в рабочем движении Европы  и Америки. Он организовал перевод манифеста ЦК и других партийных документов на иностранные языки, чтобы ознакомить с ними европейских рабочих.

В сентябре 1914 года в Лугано (Швейцария) состоялась итало-швейцарская социалистическая конференция. На ней обсуждались ленинские тезисы о войне.

Свое гениальное открытие о возможности победы социализма первоначально в одной стране Ленин впервые сформулировал в августе 1915 года в статье «О лозунге Соединенных Штатов Европы».

Ленин ясно видел, что империалистическая война с громадной быстротой приближает революцию. 9 января 1917 года Ленин выступил в Цюрихе с докладом о русской революции 1905 года на собрании рабочей молодежи. Он говорил:

«Нас не должна обманывать теперешняя гробовая тишина в Европе. Европа чревата революцией. Чудовищные ужасы империалистической войны, муки дороговизны повсюду порождают революционное настроение, и господствующие классы – буржуазия, и их приказчики – правительства, все больше и больше попадают в тупик, из которого без величайших потрясений они вообще не могут найти выхода».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.23, стр. 245).

Прошло немногим больше месяца, и в России началась революция. В конце февраля 1917 года под натиском народа пало царское самодержавие.

Весть о победе восстания в Петрограде дошла до Ленина в начале марта. В наброске тезисов 4 марта 1917 года, а затем в «Письмах из далека» Ленин дал анализ революционных событий в России, определил задачи партии.

Ленин рвался в Россию, чтобы принять непосредственное участие в революции. Но проехать через страны Антанты было невозможно. Тогда он решил прорваться в Россию через Германию. В результате переговоров при посредстве деятелей швейцарского рабочего движения, проезд через Германию был разрешен.

На основании условий, записанных в особом протоколе, Ленину и ехавшим с ним в одном вагоне политическим эмигрантам была гарантирована полная неприкосновенность.

27 марта 1917 года Ленин покинул Берн. 31 марта утром он прибыл в Стокгольм и в тот же день вечером, не задерживаясь ни одного лишнего часа, выехал в Россию.

 

1917 год.

3 апреля около полуночи Ленин приехал в Петроград.

 bronevik2.jpg

Староносов П.Н.

В.И.Ленин говорит речь с броневика 3 апреля 1917 г.

Финляндский вокзал, площадь перед вокзалом и прилегающие улицы были заполнены тысячами рабочих, солдат и матросов с красными знаменами.

«Повторяющиеся с броневика краткие речи с призывом к социалистической революции, - вспоминает В.М.Молотов, - бросили ослепительно-яркий свет на основные задачи нашей партии. В особенности  памятен этот момент нам, участникам этой необыкновенной, какой-то пророческой встречи Ильича в начале революции. Мы были сразу как бы окрылены, почувствовали необыкновенный прилив революционной энергии и веры».

(В.Молотов. Ленин и партия за время революции, 1924. стр.4)

...

В ночь с 3 на 4 апреля в ЦК партии Ленин изложил свои взгляды на задачи партии в революции. Утром 4 апреля Ленин выступил в Таврическом дворце на собрании большевиков с докладом, в котором были изложены тезисы о задачах революционного пролетариата.

 

Это были знаменитые Апрельские тезисы Ленина.

В них Ленин дал гениальный план борьбы за переход от буржуазно-демократической революции к революции социалистической.

«Своеобразие текущего момента в России, - указывал Ленин, - состоит в переходе от первого этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной сознательности и организованности пролетариата, - ко второму ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.24, стр. 4).

Изучив и обобщив опыт классовой борьбы пролетариата в эпоху империализма, учитывая опыт Парижской Коммуны и русских революций 1905 и 1917 годов, Ленин пришел к выводу, что наилучшей формой диктатуры пролетариата является республика Советов.

«Не парламентская республика, - писал он в тезисах, - возвращение к ней от  С.Р.Д. было бы шагом назад, - а республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.24, стр. 5).

В тезисах Ленина было определено отношение партии к войне и буржуазному Временному правительству. В них указывалось, что война и при Временном правительстве остается попрежнему грабительской, империалистической, поэтому партия должна вести решительную борьбу против политики продолжения войны.

Ленин выдвинул лозунг «Никакой поддержки Временному правительству!».

Ленин указывал, что только переход всей власти в руки Советов разрешит основные вопросы революции: даст мир народу, землю крестьянам, хлеб голодным.

Ленин провозгласил в тезисах лозунг «Вся власть Советам!»

В области партийных задач Ленин считал необходимым изменить программу  и переменить название партии. Программа, принятая на II съезде РСДРП, уже не отвечала новой обстановке. В новой программе, по мнению Ленина, следовало дать оценку империализма и империалистических войн, выдвинуть задачу создания Советской республики.

Он предлагал отказаться от старого названия партии – социал-демократическая, так как это название загрязнили партии II Интернационала и русские меньшевики, подло изменившие социализму. Он предложил назвать большевистскую партию коммунистической, как называли пролетарскую партию Маркс и Энгельс, ибо конечной целью партии является построение коммунизма.

В области международного рабочего движения Ленин выдвинул как практическую задачу – создание Третьего, Коммунистического Интернационала.

Характеризуя Ленина как корифея науки, величайшего человека современности, И.В.Сталин говорил:

«Вспомните 1917 год. На основании научного анализа общественного развития России, на основании научного анализа международного положения Ленин пришел тогда к выводу, что единственным выходом из положения является победа социализма в России. Это был более, чем неожиданный вывод для многих людей науки того времени.

Плеханов, один из выдающихся людей науки, с презрением говорил тогда о Ленине, утверждая, что Ленин находится «в бреду». Другие, не менее известные люди науки, утверждали, что «Ленин сошел с ума», что его следовало бы упрятать куда-нибудь подальше. Против Ленина выли тогда все и всякие люди науки как против человека, разрушающего науку. Но Ленин не убоялся пойти против течения, против косности. И Ленин победил».

(И.Сталин. О Ленине. 1953, стр. 84-85).

Буржуазия, меньшевики и эсеры встретили Апрельские тезисы яростным воплем. Началась бешеная травля Ленина.

Для сплочения партии вокруг ленинской линии необходимо было созвать всероссийскую конференцию. 24 апреля в Петрограде открылась VII (Апрельская) Всероссийская конференция большевиков.

Ленин часто выступал на рабочих и солдатских митингах.

Его видели у себя рабочие Путиловского, Обуховского, Трубочного и многих других заводов и фабрик Петрограда. Он выступал на I Всероссийском съезде крестьянских депутатов, на Петроградской конференции фабрично-заводских комитетов. Характеризуя Ленина как оратора, А.М.Горький отмечал, что «речь его всегда вызывала физическое ощущение неотразимой правды».

(М.Горький. Собрание сочинений, том 17, 1952, стр.29).

Один рабочий вспоминает о выступлении Ленина на Путиловском (ныне Кировский) заводе:

«Как-то внезапно, из народа, из сорокатысячной массы поднялся он на трибуну… Не знаю, найдутся ли такие слова, которые сумеют передать тот великий захват, ту особую силу, которой он подчинил всех слушавших его… то, что говорил Ильич, захватывало и зажигало. Терялся страх, пропадала усталость. И казалось, что говорит не один Ильич, а говорят все сорок тысяч рабочих, сидя, стоя, держась навесу, изрекают свои заветные думы.

Казалось, что все то, что было в рабочем, заговорило одним голосом Ильича. Все то, что думал каждый, переживал про себя, но не находил случая и слов полно и четко это товарищу изложить, - все это вдруг оформилось и заговорило».

Со всех концов страны, с фабрик и заводов, шахт и рудников, из деревень и окопов, рабочие, солдаты и крестьяне обращались к Ленину за советами, со словами сочувствия, поддержки и горячей любви. Его спрашивали «как же кончить войну», просили сообщить свое «мнение об аграрном вопросе и о положении дел на фронте», прислать «программу с разъяснениями» и т.д.

Группа солдат писала Ленину:

«ТОВАРИЩ, ДРУГ ЛЕНИН. Помни, что мы, солдаты, все, как один, готовы идти за тобой всюду и что твоя идея есть действительно выражение воли крестьян и рабочих».

18 июня началось наступление на фронте, организованное Временным правительством по указке англо-французских империалистов. Весть об этом авантюристическом наступлении  и вслед за тем дошедшие до столицы слухи о провале наступления, о новых жертвах, принесенных в угоду империалистам, вызвали взрыв негодования рабочих и солдат.

tild3133-6361-4465-b161-326565336165__demonstrasia1july_1917.jpg

Фото из интернета.

3 июля огромные массы возмущенных рабочих и солдат вышли на улицы Петрограда с требованием перехода всей власти к Советам. Момент был в высшей степени критический. Буржуазия готовилась подавить это движение, потопить его в крови рабочих  и солдат. ЦК партии большевиков постановил принять участие в стихийно возникшей демонстрации с тем, чтобы придать ей мирный и организованный характер.

Но даже мирная демонстрация рабочих и солдат вызвала страх у буржуазии; по демонстрантам был открыт огонь. Улицы Петрограда обагрились кровью.

В ночь на 5 июля помещение редакции «Правды» было разгромлено юнкерами. Ленин лишь случайно избежал гибели: он покинул редакцию за полчаса до бандитского налета.

Против Ленина была поднята дикая травля.

Ему было брошено клеветническое обвинение в шпионаже в пользу Германии, состряпанное на основе подложных показаний провокаторов.

Временное правительство издало 7 июля приказ об аресте Ленина. За голову Ленина сулили большие деньги.

Юнкера, офицеры, шпики и провокаторы всюду разыскивали Ленина. Но партия укрыла своего вождя в глубоком подполье.

Для выработки новой тактики 26 июля собрался нелегально в Петрограде VI съезд партии большевиков. Съезд выбрал Ленина, находящегося в подполье, своим почетным председателем. Съезд выдвинул лозунг подготовки вооруженного восстания.

Сталин заявил на съезде: «Не исключена возможность, что именно Россия явится страной пролагающей путь к социализму… Надо откинуть отжившее представление о том, что только Европа может указать нам путь».

(И.В.Сталин. Сочинения, т.3, стр. 186-187).).

Ленин был непоколебимо убежден в победе социалистической революции, в том, что власть вскоре перейдет в руки пролетариата. Г.К.Орджоникидзе, посетивший Ленина, когда он скрывался в шалаше, вспоминает, какое незабываемое впечатление оказали на него слов Ленина, что восстание произойдет в ближайшие месяцы. «Еще больше ошеломило меня, - рассказывает Серго, что когда я передал слова одного товарища (кого именно, не помню), что не позже августа – сентября власть перейдет к большевикам и что председателем правительства будет Ленин, Ильич совершенно серьезно ответил: «Да, это так будет»».

(Г.К.Орджоникидзе. Избранные статьи и речи 1918-1937. 1945, стр. 168).

В статье «Удержат ли большевики государственную власть?» Ленин показал, что в России имеются налицо все экономические и политические предпосылки социалистической революции – крупная промышленность, железные дороги, банки, революционный пролетариат, руководимый Коммунистической партией…

Ленин выразил непоколебимую уверенность в том, что «не найдется той силы на земле, которая помешала бы большевикам, если они не дадут себя запугать и сумеют взять власть, удержать ее до победы всемирной социалистической революции».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 104).

25 августа генерал Корнилов по указке российских и иностранных империалистов поднял мятеж, чтобы раздавить революцию и восстановить монархию. ЦК большевистской партии призвал рабочих, солдат и матросов к защите революции. Большевики подняли массы на борьбу против Корнилова. В течение нескольких дней контрреволюционный мятеж Корнилова был разгромлен. Разгром корниловщины положил начало новому периоду в развитии революции – периоду организации штурма.

Между 12 и 14 сентября Ленин пишет исторические письма Центральному Комитету, Петроградскому и Московскому комитетам партии: «Большевики должны взять власть» и «Марксизм и восстание». В них Ленин показал, что создались объективные условия для проведения успешного вооруженного восстания, и предложил поставить вооруженное восстание на очередь дня.

15 сентября письма Ленина были поставлены на обсуждение ЦК большевистской партии. ЦК предложил разослать их местным партийным организациям в качестве директивы.

Партия сосредоточила все свое внимание на подготовке вооруженного восстания.

А в это время российская буржуазия и империалисты Антанты идут на тайный сговор с немецкой военщиной, чтобы разгромить социалистическую революцию. Временное правительство разместило контрреволюционные воинские части в основных промышленных центрах. Оно пыталось вывести из столицы и других крупных городов революционные полки на фронт, чтобы тем самым ослабить силы революции.

Ленин предупреждал партию, что буржуазия в решающих пунктах страны организует штабы контрреволюции, подготовляет сдачу Петрограда немцам, идет на неслыханное предательство национальных интересов, лишь бы отстоять свою власть над народом, свои богатства и барыши.

В вооруженном восстании и переходе власти к Советам был единственный путь спасения России.

17 сентября Ленин переезжает из Гельсингфорса в Выборг.  29 сентября в письме Центральному Комитету партии большевиков Ленин указывал, что дальше медлить нельзя. «Кризис назрел, - писал Ленин. – Все будущее русской революции поставлено на карту. Вся честь партии большевиков стоит под вопросом. Все будущее международной рабочей революции за социализм поставлено на карту».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 59).

По решению ЦК 7 октября Ленин нелегально переезжает из Выборга в Петроград.

На следующий день, 8 октября, в письме к большевикам – делегатам съезда Советов Северной области Ленин вновь со всей силой предупреждает: «Промедление смерти подобно».

(Там же, стр. 114, 115).

В статье «Советы постороннего» Ленин указывает на следующие пять главных правил искусства восстания:

«1) Никогда не играть с восстанием, а, начиная его, знать твердо, что надо идти до конца.

2) Необходимо собрать большой перевес сил в решающем месте, в решающий момент, ибо иначе неприятель, обладающий лучшей подготовкой и организацией, уничтожит повстанцев.

3) Раз восстание начато, надо действовать с величайшей решительностью и непременно, безусловно переходить в наступление. «Оборона есть смерть вооруженного восстания».

4) Надо стараться захватить врасплох неприятеля, уловить момент, пока его войска разбросаны.

5) Надо добиваться ежедневно хоть маленьких успехов (можно сказать: ежечасно, если дело идет об одном городе), поддерживая, во что бы то ни стало моральный перевес».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 152).

Ленин разработал план вооруженного восстания: окружить и отрезать Питер, взять его одновременной атакой флота, рабочих и войск, комбинировать эти главные силы так, чтобы непременно были заняты и какой угодно ценой удержаны: а) телефон, б) телеграф, в) железнодорожные станции, г) мосты в первую голову.

Для участия во всех важных операциях Ленин предлагал выделить в отряды самые решительные элементы – наиболее преданных революции рабочих, рабочую молодежь, матросов, смелых людей, которые шли бы с лозунгом «погибнуть всем, но не пропустить неприятеля».

По этому ленинскому  плану и проходило Октябрьское вооруженное восстание.

Нужны были гениальная прозорливость Ленина, его изумительное революционное мастерство, его величайшее мужество, чтобы решиться пойти на восстание.

«Ленин был рожден для революции, - писал Сталин. – Он был поистине гением революционных взрывов и величайшим мастером революционного руководства. Никогда он не чувствовал себя так свободно и радостно, как в эпоху революционных потрясений… В дни революционных поворотов он буквально расцветал, становился ясновидцем, предугадывал движение классов и вероятные зигзаги революции, видя их, как на ладони».

(И.В.Сталин. Сочинения, т.6, стр. 61).

10 октября состоялось историческое заседание Центрального Комитета партии большевиков. С докладом о необходимости восстания выступил Ленин.

Решение о восстании было подтверждено на расширенном заседании ЦК 16 октября, где Ленин также выступил с докладом.

На этом заседании по предложению Ленина был избран Партийный центр для руководства восстанием во главе со И.В.Сталиным. Этот Партийный центр являлся руководящим ядром Военно-революционного комитета при Петроградском Совете.

ЦК большевистской партии разослал уполномоченных  в Донбасс, на Урал, в Гельсингфорс, Кронштадт, на юго-западный фронт и т.д. для организации восстания на местах. Товарищи К.Е.Ворошилов, В.М.Молотов, Ф.Э.Дзержинский, Г.К.Орджоникидзе, С.М.Киров, Л.М.Каганович, В.В.Куйбышев, М.В.Фрунзе, Е.М.Ярославский и другие получили специальные задания партии по руководству восстания на местах.

Против решения о восстании выступали на обоих заседаниях ЦК изменники революции Каменев и Зиновьев. Получив решительный отпор, они 18 октября выступили в меньшевистской газете «Новая Жизнь» с заявлением о подготовке большевиками восстания и о том, что они считают восстание авантюрой.

Тем самым они выдали врагу величайшую тайну партии – решение ЦК об организации восстания в ближайшее время. Троцкий также всячески старался сорвать восстание. Он предложил не начинать восстания до открытия II съезда Советов.

Разоблачая этот маневр, Ленин писал, что «ждать» съезда Советов есть полный идиотизм или полная измена».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 60).

Ленин с гневом и презрением заклеймил Каменева и Зиновьева как предателей и потребовал исключения из партии этих гнусных пособников контрреволюции.

Предупрежденное предателями революции Временное правительство стало принимать меры для разгрома руководящего штаба революции – партии большевиков. Рано утром 24 октября Временное правительство пыталось закрыть Центральный Орган большевистской партии газету «Рабочий Путь», захватить Смольный. По распоряжению Партийного центра красногвардейцы и революционные солдаты взяли под защиту помещение редакции газеты «Рабочий Путь» и организовали охрану Смольного.

Ленин находился в это время на конспиративной квартире. Вечером он направил «Письмо членам ЦК», в котором говорилось, что дело восстания надо решать немедленно. «История не простит промедления революционерам, которые могли победить сегодня (и наверняка победят сегодня), рискуя терять много завтра, рискуя потерять все».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 204).

Ленин торопил ЦК партии, так как опасался, что Троцкий и его сторонники могут затормозить дело  восстания. Кроме того, Ленин видел, что правительство Керенского готовится потопить революцию в крови, и он хотел расстроить план Керенского, который ждал подкрепления с фронта.

В ночь на 25 октября Ленин прибыл в Смольный для непосредственного руководства восстанием.

К утру 25 октября (7 ноября) телефонная станция, телеграф, радиостанция, мосты через Неву, вокзалы, важнейшие учреждения столицы были заняты восставшими рабочими и солдатами. Восстание победило.

В 10 часов утра Военно-революционный комитет выпустил написанное Лениным историческое обращение «К гражданам России!» о свержении Временного правительства и переходе государственной власти в руки Советов.

В 10 часов 45 минут 25 октября в Смольном открылся II Всероссийский съезд Советов, провозгласивший переход всей власти в центре и на местах в руки Советов.

Ленин на первом заседании съезда не присутствовал. Всю ночь и весь день 25 октября он находился в Смольном, руководя восстанием. Двое суток Ленин провел без сна и отдыха. И только после того как штурмом был взят Зимний дворец и Временное правительство арестовано, Ленин поздно ночью с 25 на 26 октября ушел на несколько часов отдохнуть.

В эту ночь он написал проект первого советского декрета. Это был проект знаменитого декрета о земле.

Вечером 26 октября открылось второе заседание съезда Советов. Появление вождя социалистической революции съезд встретил с огромным воодушевлением.

Гром рукоплесканий заглушался мощным, несмолкаемым «ура». Только после неоднократных, настойчивых просьб Ленина буря оваций, наконец, стихла.

И тогда на весь мир прозвучал голос вождя пролетариев и угнетенных всех стран о начале новой эры в истории человечества – эры пролетарских революций.

«Рабочее движение, - говорит Ленин, - возьмет верх и проложит  дорогу к миру и социализму».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 221).

II съезд Советов с огромным энтузиазмом принял ленинские декреты о мире и земле.

На съезде впервые в истории человечества было создано рабоче-крестьянское Советское правительство – Совет Народных Комиссаров, Председателем Совнаркома был избран Владимир Ильич Ленин.

 

1917-1918 годы.

Мир не знал еще такого руководителя государства, в котором теоретическая мощь, политическая мудрость и прозорливость, несгибаемая воля и мужество так сочетались бы с глубоким знанием народа, его жизни, его сокровенных желаний и неотложных нужд.

«Только тот победит и удержит власть, - говорил Ленин, - кто верит в народ, кто окунется в родник живого народного творчества».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 259).

Ленин разрабатывал основные вопросы политики Советской власти и руководил ее практическим осуществлением. Все органы Советского государства, все наркоматы создавались под непосредственным руководством Ленина.

Ему принадлежала идея создания Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) – первого пролетарского органа по планированию и ведению социалистического народного хозяйства. По его инициативе была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК) во главе с Ф.Э.Дзержинским. По предложению Ленина был создан Народный комиссариат по делам национальностей (Наркомнац), который возглавил И.В.Сталин.

3 ноября 1917 года была опубликована за подписями Ленина и Сталина «Декларация прав народов России», в которой сформулированы основы национальной политики Советской власти.

Под руководством Ленина был разрушен весь аппарат старой буржуазной власти, сломлен саботаж чиновников, разогнано контрреволюционное Учредительное собрание. Были полностью уничтожены остатки крепостничества во всех областях общественной жизни: помещичье землевладение, сословия, неравноправность женщин, национальный гнет, церковь была отделена от государства.

Тогда же были заложены основы управления Советским  государством, введен рабочий контроль над общественным производством и распределением продуктов, национализированы банки, приступлено к национализации железных дорог и крупной промышленности.

Так строилось государство нового типа, кровно связанное с народом, самим народом создаваемое.

Период с октября 1917 года по январь-февраль 1918 года Ленин назвал «триумфальным шествием» Советской власти.

1 января 1918 года на жизнь Ленина было совершено покушение: террористы обстреляли автомобиль, в котором он ехал, но Ленин не пострадал.

 1918_1.jpg

В.И.Ленин в своем кабинете в Кремле.

Фото 1918 г.

10 января 1918 года открылся III Всероссийский съезд Советов.

Противопоставляя Советскую республику капиталистическим странам, Ленин указывал: «Там – драка, война, кровопролитие, жертвы миллионов людей, эксплуатация капитала, здесь – настоящая политика мира и социалистическая республика Советов».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.26, стр. 429).

Съезд  утвердил разработанную Лениным «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Эта историческая декларация, вошедшая затем составной частью в первую Советскую конституцию, законодательно закрепила государственную основу советского строя.

Советское правительство предложило всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом, демократическом мире. Ввиду отказа «союзников» - Англии и Франции от переговоров о мире Советское правительство решило приступить к переговорам с Германией и Австрией.

«Именно англо-французская и американская буржуазия, -  указывал Ленин, - не приняла нашего предложения, именно она отказалась даже разговаривать с нами о всеобщем мире! Именно она поступила предательски по отношению к интересам всех народов, именно она затянула империалистскую бойню!»

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.28, стр. 46-47).

Постановлением Совнаркома главнокомандующий генерал Духонин, отказавшийся начать переговоры с немцами о мире, был смещен.

Заключению  мира с Германией бешено сопротивлялись вместе с буржуазией, эсерами и меньшевиками троцкисты и так называемые «левые коммунисты».

Троцкий, будучи председателем советской мирной делегации в Бресте, отказался подписать мир с Германией, нарушив прямые директивы партии. В то же время он сообщил немцам, что Советская республика вести войну не будет и продолжает демобилизацию армии.

Это было чудовищное предательство интересов Советской страны.

18 февраля германская армия перешла в наступление.

21 февраля 1918 года Ленин от имени Совета Народных Комиссаров обратился к народу с декретом-воззванием «Социалистическое отечество в опасности!»

В эти дни Ленин писал:

«Мы – оборонцы теперь, с 25 октября 1917 г.,  мы – за защиту отечества с этого дня».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.27, стр. 42.).

Повсюду стали создаваться отряды Красной Армии. Молодая Красная Армия героически отражала натиск германских войск и 23 февраля 1918 года нанесла решительный удар немецким оккупантам под Псковом и Нарвой. Продвижение немцев на Петроград было остановлено.

Этот день стал днем рождения Красной Армии.

Утром 23 февраля были получены германские условия мира. На заседании ЦК партии Ленин в резкой и категорической форме потребовал принятия этих условий. Ленинскую линию решительно отстаивали И.В.Сталин и Я.М.Свердлов.

Кто против немедленного, хотя и архитяжкого, мира, тот губит советскую власть, говорил Ленин.

Троцкисты и бухаринцы «на деле помогли германским империалистам и помешали росту и развитию революции в Германии».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.27, стр. 58).

Троцкисты  и бухаринцы совместно с «левыми» эсерами готовили контрреволюционный заговор против Советского правительства. Эти негодяи ставили своей целью – сорвать Брестский мир, свергнуть Советское правительство, арестовать и убить Ленина, Сталина, Свердлова.

Только через 20 лет стали известны партии и народу эти злодейские планы троцкистов и бухаринцев.

6 марта 1918 года в Петрограде  открылся экстренный VII съезд партии для окончательного решения вопроса о мире. Доклад о Брестском мире сделал Ленин.

Съезд подтвердил правильность ленинской линии в вопросе о мире.

Съезд вынес постановление о переименовании партии, которая стала называться: Российская коммунистическая партия (большевиков). Это двойное название просуществовало до XIX съезда Коммунистической партии Советского Союза.

В дни VII съезда был решен вопрос о переезде Советского правительства из Петрограда в Москву. 11 марта 1918 года ЦК Коммунистической партии и Советское правительство прибыли в Москву.

15 марта IV Чрезвычайный Всероссийский съезд Советов по докладу Ленина утвердил Брестский мирный договор.

Ленин разрабатывает план приступа к социалистическому строительству. В апреле 1918 года появляется брошюра Ленина «Очередные задачи Советской власти», в которой были освещены основные вопросы социалистического преобразования России.

Ленин писал:

«Мы, партия большевиков, Россию убедили. Мы Россию отвоевали – у богатых для бедных, у эксплуататоров для трудящихся. Мы должны теперь Россией управлять».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.27, стр. 214).

Ленин учил:

«Веди аккуратно и добросовестно счет денег, хозяйничай экономно, не лодырничай, не воруй, соблюдай строжайшую дисциплину в труде, - именно такие лозунги,  справедливо осмеивавшиеся революционными пролетариями тогда, когда буржуазия прикрывала подобными речами свое господство, как класса эксплуататоров, становятся теперь, после свержения буржуазии, очередными и главными лозунгами момента».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.27, стр. 215).

С весны 1918 года партия и Советское правительство осуществляют переход от рабочего контроля к рабочему управлению промышленностью. 28 июня 1918 года Ленин подписал декрет о национализации всей крупной промышленности.

Хозяйственное строительство протекало в трудной обстановке. Несмотря на мирный договор между Советской Россией и Германией, немецкие империалисты всячески старались ослабить и погубить Советскую страну. Немецкие полчища захватили Украину, Белоруссию и другие районы, восстановили на оккупированной территории буржуазно-помещичий строй, стали грабить  и угнетать украинский и белорусский народы, уничтожать села и деревни, тысячами расстреливать рабочих и крестьян.

Ленин дал предписание Народному комиссариату по военным делам принять незамедлительно меры для отпора врагу. Советское правительство предложило местным органам Советской власти вести беспощадную истребительную войну против немецких оккупантов и белогвардейцев.

Летом 1918 года в стране создалось крайне тяжелое продовольственное положение. Кулаки, спекулянты прятали хлеб.  «Борьба за хлеб – это борьба за социализм», - говорил Ленин.

11 июня 1918 года Ленин и Свердлов подписали декрет о создании комитетов бедноты (комбедов). Комитеты бедноты стали опорными пунктами пролетарской диктатуры в деревне и сыграли большую роль в борьбе с кулачеством, в деле снабжения хлебом городов и армии.

 4 июля 1918 года открылся V  Всероссийский съезд Советов. На съезде «левые» эсеры, поддерживаемые «левыми коммунистами», развернули ожесточенную борьбу против Коммунистической партии и Советского правительства.

Они требовали разрыва Брестского договора и объявления войны Германии, прекращения борьбы с кулачеством и отказа от посылки рабочих продовольственных отрядов в деревню.

6 июля «левые» эсеры подняли мятеж против Советской власти.

Они убили в Москве германского посла Мирбаха, пытаясь спровоцировать войну Германии против Советской России.

В заговоре против Советского правительства вместе с «левыми» эсерами, как это было установлено впоследствии, участвовали бухаринцы и троцкисты.

Ленин писал в эти дни: «вся буржуазия прилагает все усилия, чтобы нас свергнуть. Тем не менее, мы твердо верим, что избегнем этого «обычного» (как в 1794 и 1849 гг.) хода революции и победим буржуазию».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.35, стр. 282).

На V Всероссийском съезде Советов была принята Конституция РСФСР.

Это была первая Советская конституция, - основной закон Советского государства.

Характеризуя историческое значение Советской конституции, Ленин говорил:

«В мире не бывало таких конституций, как наша. В ней записан опыт борьбы и организации пролетарских масс против эксплуататоров и внутри страны, и во всем мире».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.28, стр. 126).

 

1918-1920 годы.

Летом  1918 года против Советской республики началась открытая вооруженная интервенция стран Антанты.

Англо-французские империалисты высадили свои войска на севере России, японские, а затем американские войска захватили Приморье. На Северном Кавказе белогвардейцы при поддержке англо-французов подняли мятеж казачьих верхов против Советской власти. На средней Волге и в Сибири империалисты Антанты организовали мятеж чехословацкого корпуса, состоявшего из бывших военнопленных.

Украина, Белоруссия и Прибалтика были оккупированы немецкими войсками. Немецкие захватчики оторвали от Советской России Закавказье, где стали хозяйничать немецкие и турецкие войска. При поддержке германских империалистов белогвардейские генералы подняли мятеж донских казаков.

Иностранным интервентам – Англии, Франции, Японии, США, немецким оккупантам – удалось захватить тогда три четверти нашей страны. Советская Россия оказалась в огненном кольце.

«Наша война – справедливая, законная, неизбежная оборона» - говорил Ленин.

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.29, стр. 247).

Для мобилизации всех ресурсов на оборону страны 30 ноября 1918 года был создан Совет Рабочей и Крестьянской обороны во главе с Лениным.

30 августа 1918 года Ленин выступал перед рабочими в Замоскворецком районе, на заводе быв. Михельсона (ныне завод имени Владимира Ильича). Когда Ленин, подходил к автомобилю, эсерка-террористка Каплан выстрелила в него, нанеся ему две тяжелые раны. Пули были отравлены ядом.

Как выяснилось впоследствии, на судебных процессах над право-троцкистской бандой врагов народа, в организации злодейского покушения на Ленина участвовали заодно с эсерами Троцкий, Бухарин и их прихвостни.

Во второй половине 1918 года международная обстановка серьезно изменилась: в ходе мировой империалистической войны наступил перелом в пользу Антанты. Силы германского империализма иссякли. В тылу Германии кипело возмущение народа против тягот войны, против империалистического правительства. В ноябре 1918 года там началась революция.

Германия оказалась вынужденной признать себя побежденной и запросила мира  у Антанты.

В изменившейся обстановке Ленин поставил вопрос об отмене грабительского Брестского договора. 13 ноября 1918 года ВЦИК аннулировал договор.

Под натиском регулярных частей Красной Армии и партизанских отрядов разбитые немецкие полчища в конце 1918 года бежали из Украины, Белоруссии и Прибалтики.

 «Мы видим, - говорил Ленин, - как Англия и Америка – страны, имевшие больше других возможность остаться демократическими республиками, - так же дико, безумно зарвались, как Германия в свое время, и поэтому они так же быстро, а, может быть, и еще быстрее, приближаются к тому концу, который так успешно проделал германский империализм.

Сначала он невероятно раздулся на три четверти Европы, разжирел, а потом он тут же лопнул, оставляя страшнейшее зловоние. И к этому концу мчится теперь английский и американский империализм».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.28, стр. 138).

Ленин заклеймил американский империализм как палача и душителя свободы, как жандарма народов Европы.

«Оказалось, - говорил Ленин, - что англичане и американцы выступают в качестве палачей и жандармов русской свободы, как эта роль выполнялась при российском палаче Николае I, не хуже королей, которые исполняли роль палачей, когда они душили венгерскую революцию. Теперь эту роль взяли агенты Вильсона. Они душат революцию в Австрии, они играют роль жандармов, они ставят ультиматум Швейцарии: не дадим хлеба, если вы не вступите в борьбу с большевистским правительством. Они заявляют Голландии: не смейте допускать к себе советских послов, иначе – блокада. У них орудие простое – веревка голода. Вот чем они душат народы».

(Там же, стр. 188).

В январе 1919 года Ленин  обратился к рабочим Европы и Америки с призывом основать III Интернационал.

2 марта 1919 года в Москве открылся I конгресс Коммунистического Интернационала, на котором присутствовали делегаты из важнейших стран Европы и Америки. Историческая задача, над которой так много работал Ленин, была осуществлена – Коммунистический Интернационал был создан.

Ленин выступил с докладом о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата. Он обосновал тезис о том, что диктатура пролетариата необходима в интересах всех трудящихся, что только через нее придет человечество к коммунизму. Эти ленинские положения легли в основу программы Коминтерна.

kalinin1.jpg 

В.И.Ленин, И.В.Сталин и М.И.Калинин на VIII съезде РКП(б).

Март 1919 г. Фото.

Вскоре после Конгресса Коминтерна, в марте 1919 года, собрался VIII съезд Коммунистической партии. Ленин выступил на съезде с отчетом ЦК, а также с докладами о партийной программе и о работе в деревне.

«Уметь достигать соглашения с средним крестьянином – ни на минуту не отказываясь от борьбы с кулаком и прочно опираясь только на бедноту».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.28, стр. 171).

«Если бы мы могли дать завтра 100 тысяч первоклассных тракторов, снабдить их бензином, снабдить их машинистами (вы прекрасно знаете, что пока это – фантазия), то средний крестьянин сказал бы: «Я за коммунию» (т.е. за коммунизм)».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.29, стр. 188).

Победив Германию и Австрию, империалисты Англии, США, Франции сосредоточили свои силы на борьбе против Советской страны. Англо-французские империалисты ввели  свой флот в Черное море, высадили свои войска в Одессе, Закавказье и стали чинить  неслыханные зверства в оккупированных областях.

Они объявили Советской республике блокаду и весной 1919 года начали свой первый поход против нее. С востока была двинута армия Колчака, с юга наступал Деникин, с северо-запада шел на Петроград Юденич. Колчак был объявлен «верховным правителем России». Весной 1919 года армия Колчака дошла почти до Волги.

В Петрограде был раскрыт и ликвидирован контрреволюционный заговор. Советские войска и флот при поддержке петроградских рабочих нанесли поражение армии Юденича и отбросили ее в Эстонию.

В августе 1919 года, когда Красная Армия освободила от Колчака весь Урал и начала освобождение Сибири, Ленин опубликовал «Письмо к рабочим и крестьянам по поводу победы над Колчаком».

Ленин писал:

«Кто не помогает всецело и беззаветно Красной Армии, не поддерживает изо всех сил порядка и дисциплины в ней, тот предатель и изменник, тот сторонник колчаковщины, того надо истреблять беспощадно».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.29, стр. 512).

Летом 1919 года интервенты и белогвардейцы организовали второй поход против Советской республики, так называемый «поход 14 государств»

Основной силой, на которую делали ставку интервенты, была армия белогвардейского генерала Деникина. Центр тяжести похода на этот раз лежал на юге страны.

Ленин выдвинул лозунг: «Все на борьбу с Деникиным!»

«Масса трудящихся за нас, - писал Ленин. – В этом наша сила. В этом источник непобедимости всемирного коммунизма».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 47).

Для организации разгрома Деникина ЦК партии направил на Южный фронт И.В.Сталина, К.Е.Ворошилова, Г.К.Орджоникидзе, С.М.Буденного. По требованию И.В.Сталина Троцкий был отстранен от руководства Южным фронтом. И.В.Сталин разработал план разгрома Деникина, который был одобрен Лениным и принят Центральным Комитетом партии.

К концу 1919 года Красная Армия одержала решающие победы над Деникиным, а армия Юденича под Петроградом была окончательно разбита и выброшена за пределы нашей страны.

В декабре 1919 года Ленин обратился с «Письмом к рабочим и крестьянам Украины по поводу побед над Деникиным».

«Кто нарушает единство и теснейший союз великорусского и украинских рабочих и крестьян, тот помогает Колчакам, Деникиным, капиталистам-хищникам всех стран».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 271-272).

Империалисты Антанты напрягали все силы, чтобы заставить Эстонию, Латвию, Литву и Финляндию выступить против Советской страны. Но все эти усилия кончились провалом.

Ленин разъяснял народам малых стран грабительские цели крупных империалистических государств, попирающих национальное достоинство и самостоятельность небольших государств.

«Каждая из этих маленьких стран уже испытала на себе лапы Антанты. Они знают, что когда французские, американские и английские капиталисты говорят: «Мы вам гарантируем независимость» - это на практике значит: «Мы у вас скупаем все источники ваших богатств и держим вас в кабале…».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 154).

…      

После разгрома Колчака и Деникина наступила непродолжительная мирная передышка. Внимание партии и правительства было направлено на работу промышленности, транспорта, сельского хозяйства. Часть Красной Армии была переведена на трудовой фронт.

Совет Рабочей и Крестьянской Обороны был преобразован в Совет Труда и Обороны (СТО).

Ленин предупреждал, что победить Колчака, Юденича, Деникина много легче, чем одержать победу на хозяйственном фронте.

Ленин подчеркивал, что «повышение производительности труда составляет одну из коренных задач, ибо без этого окончательный переход к коммунизму невозможен».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.29, стр. 93).

В конце марта 1920 года открылся IX съезд партии. В отчетном докладе о политической деятельности Центрального Комитета Ленин подчеркнул великую организующую роль большевистской партии в победе Советской республики над интервентами и белогвардейцами.

«И только благодаря тому, - говорил Ленин, - что партия была на страже, что партия была строжайше дисциплинирована, и потому, что авторитет партии объединял все ведомства и учреждения, и по лозунгу, который был дан ЦК, как один  человек шли десятки, сотни, тысячи, и в конечном счете миллионы, и только потому, что НЕСЛЫХАННЫЕ ЖЕРТВЫ БЫЛИ ПРИНЕСЕНЫ, - только поэтому чудо, которое произошло, могло произойти.

Только поэтому, несмотря на двухкратный, трехкратный и  четырехкратный поход империалистов Антанты и империалистов всего мира, мы оказались в состоянии победить».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 416).

Вышло так, как предвидел Ленин.

Империалисты вскоре предприняли новый, третий военный поход против страны Советов. В преступную авантюру против Советской республики империалисты Франции, Англии и Америки втянули буржуазно-помещичью Польшу, снабдили ее оружием, обмундированием, деньгами, инструкторами.

Польское правительство, являвшееся послушным приказчиком империалистических хищников, отвергло мирные предложения Советского правительства и в апреле 1920 года двинуло войска в наступление против Советской республики.

Выступая перед красноармейцами, отправляющимися на польский фронт, Ленин говорил:

«Польские помещики и капиталисты, подстрекаемые Антантой, навязали нам новую войну. Помните, товарищи, что с польскими крестьянами и рабочими у нас нет ссор, мы польскую независимость и польскую народную республику признавали и признаем».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.31, стр. 106).

1920_1.jpg     

В.И.Ленин. Фото 1920 г.

«Мы, - заявлял Ленин, - защищаем не право грабить чужие народы, а мы защищаем свою пролетарскую революцию и будем защищать ее до конца. Ту Россию, которая освободилась, которая за два года выстрадала свою советскую революцию, эту Россию мы будем защищать до последней капли крови!»

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 369).

В апреле-мае 1920 года Ленин написал замечательную книгу «Детская болезнь  «левизны» в  коммунизме».

Главной опасностью в молодых коммунистических партиях Западной Европы в тот период была «левая» опасность.  Утверждая, что коммунисты не должны работать в реакционных профсоюзах и в буржуазных парламентах, не должны заключать никаких компромиссов, «левые» тем самым толкали коммунистические партии на гибельный для них путь отрыва от рабочих масс.

Тактика коммунистических партий должна быть максимально гибкой.

Партия должна овладеть всеми средствами и приемами борьбы: умело сочетать легальную и нелегальную работу, вооруженное восстание и революционное использование самых реакционных профсоюзов и парламентов; смело и бесстрашно наступать и организованно отступать, лавировать, идти на практические компромиссы, если это необходимо в интересах революции; использовать все и всякие трения, конфликты, разногласия в лагере врага; быстро сменять одну форму борьбы другой, когда этого требует обстановка.

Только соблюдая эти правила политической борьбы, указывал Ленин, коммунистические партии станут массовыми партиями, подлинными политическими руководителями рабочего класса.

«Открыто признать ошибку, вскрыть ее причины, проанализировать обстановку, ее породившую, обсудить внимательно средства исправить ошибку – вот это признак серьезной партии, вот это исполнение ею своих обязанностей, вот это – воспитание и обучение класса, а затем и массы».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.31, стр. 39).

Осенью 1920 года война с буржуазно-помещичьей Польшей приближалась к концу. Успехи Красной Армии вынудили польское правительство согласиться на заключение мира.

Международное положение Советской республики все более укреплялось. Правда о Советской России прокладывала себе дорогу к широким массам трудящихся капиталистических стран, вопреки стараниям зарубежной реакционной печати, которая вела разнузданную пропаганду против Советской республики.

Разоблачая клеветников, Ленин говорил:

«За границей распространяется неслыханное количество лжи по этому вопросу, благодаря так называемой свободе печати, которая состоит в том, что все главные органы печати за границей скуплены капиталистами и заполнены на 99 процентов статьями продажных писак. Это у них называется свободой печати, и благодаря этому нет той лжи, которая не была бы распространена».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.31, стр. 145).

Отмечая великие успехи Советской республики в борьбе с интервентами, Ленин предостерегал советский народ от успокоенности. Он указывал, что до тех пор, пока в Крыму находятся войска Врангеля, опасность для Советского государства продолжает существовать.

По предложению Ленина был выделен самостоятельный Южный фронт, для руководства которым были направлены И.В.Сталин и М.В.Фрунзе. В дни третьей годовщины Октябрьской революции советские войска начали штурм Перекопа, перешли вброд Сиваш и, ворвавшись в Крым, разгромили Врангеля.

Разгромом польских интервентов и Врангеля заканчивается период иностранной военной интервенции.

Но на Дальнем Востоке оставались еще японские интервенты, которые были изгнаны в 1922 году.

Строго проводя на практике большевистские принципы партийного руководства, рассматривая партию как самодеятельный организм, Ленин считал необходимым регулярный созыв партийных съездов как высших органов партии.

В тяжелых условиях военного времени регулярно собирались съезды партии: VII – в 1918 г., VIII  - в 1919 г., IX – в 1920 г., на которых обсуждались стоявшие перед партией и советским народом задачи, коллективно вырабатывалась политика партии.

«Каковы бы ни были попытки нашествия на Россию и военные предприятия против России, - говорил Ленин, - а  таких попыток еще, вероятно, будет не одна, но мы уже закалены нашим опытом, и на основании фактического опыта знаем, что все эти попытки рассыплются прахом. И после каждой попытки наших врагов мы будем выходить более сильными, чем были до них».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.31, стр. 304).

«Никогда не победят того народа, - говорил Ленин, - в котором рабочие и крестьяне в большинстве своем узнали, почувствовали и увидели, что они отстаивают свою, Советскую власть – власть трудящихся, что отстаивают то дело, победа которого им и их детям обеспечит возможность пользоваться всеми благами культуры, всеми созданиями человеческого труда».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.29, стр. 292).

1920 – 1922 годы.

В марте 1921 года открылся X съезд Коммунистической партии. Ленин выступал  с докладами о политической деятельности ЦК РКП(б), о натуральном налоге, о единстве партии…

Съезд принял ленинскую резолюцию «О единстве партии», которая запрещала фракции и группировки внутри партии.

По предложению Ленина X съезд укрепил штаб партии – Центральный Комитет. Съезд избрал новый ЦК с обеспеченным большинством ленинцев. В состав ЦК были избраны В.И.Ленин, И.В.Сталин, В.М.Молотов, М.И.Калинин, К.Е.Ворошилов, Ф.Э.Дзержинский, Г.К.Орджоникидзе, М.В.Фрунзе, С.М.Киров, В.В.Куйбышев и другие.

Наличие сопротивления политике партии указывало на необходимость очищения ее рядов от неустойчивых элементов. Чистке партии, которая проводилась в 1921 году, Ленин придавал серьезное значение. Он призывал очистить партию от обюрократившихся, нечестных, нетвердых коммунистов и от меньшевистских элементов.

«Показных членов партии нам не надо и даром. Единственная правительственная партия в мире, которая заботится не об увеличении числа членов, а  о повышении их качества, об очистке партии от «примазавшихся», есть  наша партия – партия революционного рабочего класса».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.30, стр. 45).

Воспитывая массы, Ленин в то же время прислушивался к голосу масс, учился у масс, глубоко верил в их творческие силы. Он беспощадно бичевал тех, кто свысока относился к массам, кто пытался только учить их, забывая о необходимости учиться у них.

«Мы можем управлять только тогда, когда правильно выражаем то, что народ сознает», - говорил Ленин.

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.33, стр. 273).

Народ знал любовь Ленина к нему и безгранично ему верил.

Рабочие говорили: «Ленин – это мы сами».

В январе 1922 года Ленин писал редактору газеты «Беднота»: «Не напишете ли мне кратко (2-3 странички maximum) сколько писем от крестьян в «Бедноту»?

Что важного (особенно важного) и нового в этих письмах? Настроения? Злобы дня?

Нельзя ли раз в два месяца получать такие письма?..»

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.35, стр. 466).

0315.jpg

Фрагмент картины В.А.Серова «Ходоки у Ленина».

С исключительным вниманием относился Ленин к посещавшим его рабочим и крестьянам, расспрашивал их о здоровье, о том, как живет семья, не нуждается ли в чем?

В феврале 1921 года Ленина посетил крестьянин И.А.Чекунов. Во время беседы с ним Ленин узнал, что Чекунов потерял очки, которые в то время приобрести было трудно. Ленин тут же написал наркому здравоохранения Семашко записку:

«У меня сидит тов. Иван Афанасьевич Чекунов, очень интересный трудовой крестьянин, по-своему пропагандирующий основу коммунизма, он потерял очки. Заплатил за дрянь 15 000 рублей. Очень прошу помочь и попросить секретаря Вашего сообщить мне, удалось ли!»

Исключительно важную роль в социалистическом переустройстве страны и укреплении союза рабочего класса с крестьянством Ленин отводил государственному аппарату.

Он был непримиримым врагом всякой косности, волокиты и бюрократизма, формального и бездушного отношения к работе.

«Главнейшей очередной задачей настоящего времени, - указывал Ленин, - и на ближайшие годы – важнейшей, является систематическое уменьшение и удешевление советского аппарата путем сокращения его, более совершенной организации, уничтожения волокиты, бюрократизма и уменьшения непроизводительных расходов».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.33, стр. 406).

Когда в 1921 году приехавший в Москву красноармеец сообщил Ленину о большом недовольстве рабочих и крестьян Донской области незаконными действиями и злоупотреблениями местных работников, Ленин предложил немедленно принять меры по искоренению этих беззаконий.

В отношении приславшего письмо красноармейца Ленин в записке своему секретарю писал: «Разыщите автора спешно, примите, успокойте, скажите, что я болен, но дело его двину».

(Ленинский сборник XX, стр. 333).

Ленин учил, что правильный подбор людей и проверка исполнения представляют главное дело в аппарате государства нового типа. Он говорил: «Проверять людей и проверять фактическое исполнение дела – в этом, еще раз в этом, только в этом теперь гвоздь всей работы, всей политики».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.33, стр. 200).

В марте-апреле 1922 года состоялся XI съезд партии.

На съезде Ленин выступил с политическим отчетом Центрального Комитета партии.

Собравшийся после съезда пленум ЦК партии по предложению Ленина избрал генеральным секретарем Центрального Комитета И.В.Сталина – верного ученика и соратника Ленина.

XI съезд партии был последним съездом, в работах которого Ленин принимал непосредственное участие. Ранение Ленина в конце 1918 года и напряженная работа стали сказываться на состоянии его здоровья. Уже с зимы 1921 года Ленин вынужден был часто прерывать свою работу, а в мае 1922 года состояние его здоровья значительно ухудшилось. По настоянию врачей  Ленин переехал в Горки (под Москву).

gorki2.jpg

В.И.Ленин и И.В.Сталин в Горках. 1922 г. Фото.

 

 

1922 – 1924 годы.

Понимая серьезность своей болезни, Ленин допускал возможность длительного перерыва в его работе.

15 декабря он писал И.В.Сталину:

«Я кончил теперь ликвидацию своих дел и могу уезжать спокойно. Осталось только одно  обстоятельство, которое меня волнует  в чрезвычайно сильной мере, – это невозможность выступить на съезде Советов… Я предлагаю поэтому, не приостанавливая подготовки для выступления кого-либо другого вместо меня, сохранить до среды возможность того, что я выступаю   сам, может быть,  с речью, сильно сокращенною против обычного, например, с речью в три четверти часа».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.33, стр. 421).

На I Всесоюзном съезде Советов (конец декабря 1922 года) было принято историческое решение о добровольном государственном объединении советских народов в Союз Советских Социалистических Республик.

Ленин неоднократно разъяснял, что революции не делаются по заказу, а вызываются объективными причинами, когда назреют для этого исторические условия.

«Есть люди, - говорил Ленин, - которые думают, что революция может родиться в чужой стране по заказу, по соглашению. Эти люди либо безумцы, либо провокаторы. Мы пережили за последние 12 лет две революции. Мы знаем, что их нельзя сделать ни по заказу, ни по соглашению, что они вырастают тогда, когда десятки миллионов людей приходят к выводу, что жить так дальше нельзя».

(В.И.Ленин. Сочинения, 4 изд., т.27, стр. 441).

21 января 1924 года  в 6 часов 50 минут Владимир Ильич Ленин умер от кровоизлияния в мозг.

В ночь с 21 на 22 января собрался экстренный пленум Центрального Комитета Коммунистической партии. 22 января Центральный Комитет обратился «К партии. Ко всем трудящимся» с извещением о смерти Ленина, в котором говорилось:

«Никогда еще после Маркса история великого освободительного движения пролетариата не выдвигала такой гигантской фигуры, как наш покойный вождь, учитель, друг. Все, что есть в пролетариате поистине великого и героического – бесстрашный ум, железная, несгибаемая, упорная, все преодолевающая воля, священная ненависть, ненависть до смерти к рабству и угнетению, революционная страсть, которая двигает горами, безграничная вера в творческие силы масс, громадный организационный гений, - все это нашло свое великолепное воплощение в Ленине, имя которого стало символом нового мира от запада до востока, от юга до севера».

(«КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК».

7 изд., часть I, 1954, стр. 804-805).

26 января 1924 года И.В.Сталин выступил с речью,

посвященной памяти Ленина, на траурном заседании II Всесоюзного съезда Советов.

«Мы, коммунисты, - люди особого склада. Мы скроены из особого материала. Мы – те, которые составляем армию великого пролетарского стратега, армию товарища Ленина. Нет ничего выше, как честь принадлежать к этой армии. Нет ничего выше, как звание члена партии, основателем и руководителем которой является товарищ Ленин…

o Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам держать высоко и хранить в чистоте великое звание члена партии. Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы с честью выполним эту твою заповедь!..

o Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам хранить единство нашей партии, как зеницу ока.

Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы с честью выполним и эту твою заповедь!..

o Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам хранить и укреплять диктатуру пролетариата.

Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы не пощадим своих сил для того, чтобы выполнить с честью и эту твою заповедь!..

o Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам укреплять всеми силами союз рабочих и крестьян.

Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы с честью выполним и эту твою заповедь!..

o …Товарищ Ленин неустанно говорил нам о необходимости добровольного союза народов нашей страны, о необходимости братского их сотрудничества в рамках Союза Республик.

Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам укреплять и расширять Союз Республик.

Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы выполним с честью и эту твою заповедь!..

o …Ленин не раз указывал нам, что укрепление Красной Армии и улучшение ее состояния является одной из важнейших задач нашей партии…

Поклянемся же, товарищи, что мы не пощадим сил для того, чтобы укрепить нашу Красную Армию, наш Красный Флот!..

o Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам верность принципам Коммунистического Интернационала. Клянемся тебе, товарищ Ленин, что мы не пощадим своей жизни для того, чтобы укреплять и расширять союз трудящихся всего мира – Коммунистический Интернационал!»

(И.В.Сталин. Сочинения, т.6, стр. 46-51).

Это была клятва Коммунистической партии своему вождю.

***

ДЕСЯТЬ ДНЕЙ, КОТОРЫЕ ПОТРЯСЛИ МИР (Джон Рид, выдержки).

O_Lenine1.jpg

Высказывание Джона Рида о В.И.Ленине. Автограф.

«Ленин – такой простой, такой человечный и в то же время видящий

дальше всех и непоколебимый. Ленин – локомотив истории».

 

«…Я от всей души рекомендую это сочинение рабочим всех стран. Эту книгу я желал бы видеть распространенной в миллионах экземпляров и переведенной на все языки, так как она дает правдивое и необыкновенно живо написанное изложение событий, столь важных для понимания того, что такое пролетарская революция, что такое диктатура пролетариата…»

(«Предисловие к американскому изданию», В.И.Ленин, 1920).

«…Это не простой перечень фактов, сборник документов, это – ряд живых сцен, настолько типичных, что каждому участнику революции должны вспоминаться аналогичные сцены. Все эти картинки, выхваченные из жизни, как нельзя лучше передают настроение масс – настроение, на фоне которого становится особенно понятен каждый акт великой революции…

Джон Рид не был равнодушным наблюдателем, он был страстным революционером, коммунистом, понимавшим смысл событий, смысл великой борьбы…

Русские тоже иначе пишут об Октябрьской революции: они или дают оценку ее, или описывают те эпизоды, участниками которых они являлись. Книжка Рида дает общую картину настоящей народной массовой революции, и потому она будет иметь особое значение для молодежи, для будущих поколений – для тех, для кого Октябрьская революция будет уже историей.

Книжка Рида – своего рода эпос.

Джон Рид связал себя целиком с русской революцией, Советская Россия стала ему родной и близкой. В ней он погиб от тифа и похоронен под Красной стеной.

Тот, кто описал похороны жертв революции, как Джон Рид, достоин этой чести.

(«Предисловие к русскому изданию»,  Н.Крупская).

***

РОЖДЕНИЕ БУРИ.

В теории все русские социалистические партии стояли за скорейшее заключение мира на демократических условиях. Еще в мае (апреле) 1917 г. Петроградский Совет, которым тогда руководили меньшевики и эсеры, обнародовал известные русские условия мира. В них содержалось требование, чтобы союзники созвали конференцию для обсуждения целей войны.

Конференция была обещана на август, потом отложена на сентябрь, потом на октябрь, теперь она была назначена на 10 ноября (28 октября).

Временное правительство намеревалось послать на эту конференцию двух представителей: генерала Алексеева, настроенного очень реакционно, и министра иностранных дел Терещенко. Советы со своей стороны избрали Скобелева своим представителем и составили манифест, знаменитый наказ, который должен был служить ему инструкцией. Временное правительство не признавало ни Скобелева, ни его наказа; союзная дипломатия тоже протестовала.

Кончилось тем, что Бонар Лоу*  холодно заявил, отвечая на вопрос в британской палате общин: «Насколько мне известно, Парижская конференция будет обсуждать не цели войны, а способы ее ведения…»

*[Бонар Лоу Эндрю- английский государственный деятель, глава консерваторов. В 1917 году министр финансов в коалиционном правительстве Ллойд Джорджа]

Русская консервативная пресса была в восторге, а большевики кричали: «Вот куда завела меньшевиков и эсеров соглашательская тактика!»

А по фронту длиною в тысячи миль бурлила, как морской прилив, многомиллионная русская армия, высылая в столицу новые и новые сотни делегаций, требовавших: «Мира! Мира!»

Я отправился за реку, в цирк Модерн, на один из огромных народных митингов, которые происходили по всему городу, с каждым вечером собирая все больше и больше публики.

Обшарпанный, мрачный амфитеатр, освещенный пятью слабо мерцавшими лампочками, свисавшими на тонкой проволоке, был забит доверху, до потолка: солдаты, матросы, рабочие, женщины, и все слушали с таким напряжением, как если бы от этого зависела их жизнь.

Говорил солдат от какой-то 548-й дивизии:

«Товарищи, - кричал он, и в его истощенном лице и жестах отчаяния чувствовалась самая настоящая мука, - люди, стоящие наверху, все время призывают нас к новым и новым жертвам, а между тем тех, у кого есть все, не трогают.

Солдат говорит: «Укажите мне, за что я сражаюсь. За Константинополь или за свободную Россию? За демократию или за капиталистические захваты? Если мне докажут, что я защищаю революцию, то я пойду и буду драться и меня не придется подгонять  расстрелами».

Когда земля будет принадлежать крестьянам, заводы – рабочим, а власть – Советам, тогда мы будем знать, что у нас есть за что драться, и тогда мы будем драться!»

Reed2.jpg

Джон Рид – корреспондент во врмя первой мировой войны.

В казармах, на заводах, на углах улиц – всюду ораторствовали бесчисленные солдаты, требуя немедленного мира.

Представитель VIII армии говорил:

«Мы слабы, у нас осталось всего по нескольку человек на роту. Если нам не дадут продовольствия, сапог и подкреплений, то скоро на фронте останутся одни пустые окопы. Мир или снабжение… Пусть правительство либо кончает войну, либо снабжает армию…»

От 46-й Сибирской артиллерийской бригады:

«Офицеры не хотят работать с нашими комитетами, они предают нас неприятелю, они расстреливают наших агитаторов, а контрреволюционное правительство поддерживает их. Мы думали, что революция даст нам мир. А вместо этого правительство запрещает нам даже говорить о таких вещах, а само не дает нам достаточно еды, чтобы жить, и достаточно боеприпасов, чтобы сражаться…»

А из Европы шли слухи о мире за счет России…

Недовольство еще увеличивалось известиями о положении русских войск во Франции. Первая бригада попыталась заменить своих офицеров солдатскими комитетами, как это было сделано их товарищами в России, и отказалась отправиться в Салоники, требуя возвращения на родину. Ее окружили, поморили голодом и, наконец, обстреляли артиллерийским огнем, причем многие были убиты…

26 (13) октября я отправился в беломраморно-красный зал Мариинского дворца, где заседал Совет республики.

Мне хотелось послушать Терещенко: он должен был огласить правительственную декларацию о внешней политике.

Высокий, безукоризненно одетый и выбритый молодой человек с выдающимися скулами тихим голосом читал свою тщательно составленную и ни к чему не обязывающую речь. Ничего… Все те же общие места о сокрушении германского милитаризма с доблестными союзниками, о «государственных интересах России», о «затруднениях», созданных Скобелевским наказом. Терещенко закончил следующими словами, составляющими суть его речи:

«Россия – великая держава. Россия останется великой державой, что бы ни случилось. Мы все должны защищать ее, мы должны показать себя защитниками великого идеала и сынами великой державы».

Никто не был удовлетворен этой речью. Реакционеры требовали «твердой» империалистической политики, а демократические партии хотели получить гарантию, что правительство будет добиваться мира.

Привожу передовую статью газеты «Рабочий и Солдат» - органа большевистского Петроградского Совета:

«Ответ правительственным окопам.

Министр иностранных дел г.Терещенко выступил в предпарламенте с большой речью по поводу войны и мира. Что же поведал армии и флоту самый молчаливый из наших министров?

Во-первых, мы тесно связаны с нашими союзниками (не народами, а их правительствами).

Во-вторых, не следует демократии рассуждать о возможности или невозможности ведения зимней кампании: решать должны союзные правительства.

В-третьих, наступление 18 июня было благодетельным и счастливым делом (о последствиях наступления Терещенко умолчал).

В-четвертых, неверно-де, будто союзные правительства о нас не заботятся. «У нас имеются  определенные заявления наших союзников» …Заявления? А дела? А поведение английского флота?..

В-пятых, наказ Скобелеву плох, этим наказом недовольны союзники и русские дипломаты, а «на союзной конференции мы должны говорить единым языком».

И это все? Все. Где же пути выхода? Вера в союзников и в Терещенко. Когда же наступит мир? Тогда, когда позволят союзники.

Таков ответ Временного правительства окопам на вопрос о мире».

Хаос увеличивался со дня на день.  Сотни и тысячи солдат дезертировали с фронта и стали двигаться по стране огромными беспорядочными толпами. В Тамбовской и Тверской губерниях крестьяне, уставшие ждать земли, доведенные до отчаяния репрессивными мерами правительства, жгли усадьбы и убивали помещиков. Громадные стачки и локауты сотрясали Москву, Одессу и Донецкий угольный бассейн. Транспорт был парализован, армия голодала, крупные городские центры остались без хлеба.

23 (10) октября в Рижском заливе произошло морское сражение с германской эскадрой. 

Правительство,  под тем предлогом, что Петроград находится в опасности, составляло планы эвакуации столицы. Сначала должны были быть вывезены и размещены по всей России крупные заводы, работавшие на оборону, а затем само правительство собиралось двинуться в Москву.

Большевики немедленно объявили, что правительство покидает красную столицу только для того, чтобы ослабить революцию. Ригу уже продали немцам, теперь предают Петроград.

Буржуазная пресса ликовала. «В Москве, - говорила кадетская газета «Речь», - правительство сможет работать в спокойной атмосфере, без помех со стороны анархистов».

Лидер правого крыла кадетской партии Родзянко заявил в «Утре России», что взятие Петрограда немцами было бы великим счастьем, потому что уничтожило бы Советы и избавило бы Россию от революционного Балтийского флота.

«Петроград находится в опасности… - писал он. – Я думаю, бог с ним, с Петроградом! Опасаются, что в Питере погибнут центральные учреждения (т.е. Советы и т.д.).  На это я возражаю, что очень рад, если все эти учреждения погибнут, потому что, кроме зла, России они ничего не принесли…

Со взятием Петрограда будет уничтожен и Балтийский флот… НО жалеть об этом не приходится: большинство боевых судов совершенно развращено».

Буря народного негодования была так велика, что планы эвакуации пришлось отложить.

Большевистская пресса разрасталась с внезапной быстротой. Кроме двух партийных газет, «Рабочий путь» и «Солдат» стала выходить «Деревенская беднота» - новая ежедневная газета для крестьян с полумиллионным тиражом, а с 30 (17) октября появился «Рабочий и Солдат».

Его передовая статья резюмировала большевистскую точку зрения:

«…Четвертая зимняя кампания была бы гибельной для армии и страны. В то же время опасность сдачи нависла над революционным Петроградом. Контрреволюционеры подстерегают бедствия народа… Отчаявшееся крестьянство вышло на путь открытого восстания. Помещики и чиновники громят крестьян при помощи карательных экспедиций. Фабрики и заводы закрываются. Рабочих хотят смирить голодом. Буржуазия и ее генералы требуют беспощадных мер для восстановления в армии слепой дисциплины. Корниловщина не дремлет. Поддерживаемые всей буржуазией, корниловцы открыто готовятся к срыву Учредительного собрания.

Правительство Керенского…  - против рабочих, солдат и крестьян. Это правительство губит страну…

Наша газета появляется в грозные дни. «Рабочий и Солдат» будет голосом петроградского пролетариата и петроградского гарнизона. «Рабочий и Солдат» будет непримиримо защищать интересы деревенской бедноты…

Народ должен быть спасен от гибели. Революция должна быть доведена до конца. Власть должна быть изъята из временных рук буржуазии и передана в руки организованных рабочих, солдат и революционных крестьян…

Программа нашей газеты – это программа Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Вся власть Советам – в центре и на местах!

Немедленное перемирие на всех фронтах! Честный демократический мир народов!

Помещичья земля – без выкупа крестьянам!

Рабочий контроль над производством!

Честно созванное Учредительное собрание!..»

Под 29(16) октября в моей записной книжке находятся следующие выдержки из сообщений газет:

«Могилев. (Ставка верховного главнокомандующего.) Сюда стягиваются надежные гвардейские полки, «дикая дивизия», казачьи части и «батальоны смерти».

Правительство приказало юнкерам Павловского, Царско-сельского и Петергофского училищ быть готовыми к выступлению в Петроград. Ораниенбаумские юнкера прибывают в город.

В Зимнем дворце расквартирована часть Петроградского броневого дивизиона.

Сестрорецкий казенный оружейный завод по приказу, подписанному Троцким, выдал делегатам петроградских рабочих несколько тысяч винтовок

На митинге городской милиции Нижнелитейного района вынесена резолюция, требующая передачи всей власти Советам…»

И это лишь образчик беспорядочных событий тех лихорадочных дней. Все знали: что-то должно случиться, но никто не знал, что именно.

В эти дни Петроград представлял собой замечательное зрелище.

На заводах помещения комитетов были завалены винтовками. Приходили и уходили связные, обучалась Красная Гвардия… Во всех казармах днем и ночью шли митинги, бесконечные и горячие споры. По улицам в густевшей вечерней толпе плыли густые толпы народа. Словно волны прилива, двигались они вверх и вниз по Невскому. Газеты брались с боя…

Грабежи дошли до того, что в боковых улочках было опасно показываться… Однажды днем на Садовой я видел, как толпа в несколько сот человек избила до смерти солдата, пойманного на воровстве. Какие-то таинственные личности шныряли вокруг хлебных и молочных хвостов и нашептывали несчастным женщинам, дрожавшим под холодным дождем, что евреи припрятывают продовольствие и что, в то время как народ голодает, члены Совета живут в роскоши.

В Смольном у главного входа и у внешних ворот стояли суровые часовые, требовавшие от всех приходящих пропуск. Комитетские комнаты круглые сутки гудели, как улей, сотни солдат и рабочих спали тут же на полу, занимая все свободные места. А наверху тысячи сгрудились в огромном зале на бурных заседаниях Петроградского Совета.

Игорные клубы лихорадочно работали от зари до зари; шампанское текло рекой, ставки доходили до двухсот тысяч рублей. По ночам в центре города бродили по улицам и заполняли кофейни публичные женщины в бриллиантах и драгоценных мехах…

Монархические заговоры, германские шпионы, головокружительные планы спекулянтов и контрабандистов…

Под холодным, пронизывающим дождем, под серым тяжелым небом огромный взволнованный город несся все быстрее и быстрее навстречу… чему?..

***

НАКАНУНЕ.

Проект эвакуации Петрограда вызвал бурю негодования. Публичное заявление Керенского, что правительство вовсе не имело подобного намерения, было встречено градом насмешек.

Временное правительство собиралось отправить петроградский гарнизон на фронт. Петроградский гарнизон насчитывал около шестидесяти тысяч человек и сыграл в революции выдающуюся роль. Именно он решил дело в великие Февральские дни, он создал Советы солдатских депутатов, он отбросил Корнилова от подступов к Петрограду.

30 (17) октября я, сговорившись предварительно с Троцким, явился к нему в маленькую и пустую комнату на верхнем этаже Смольного. Он сидел посередине комнаты на жестком стуле, за  пустым столом. Мне пришлось задавать ему очень мало вопросов. Он быстро и уверенно говорил больше часа. Привожу самое существенное из сказанного им, сохраняя в точности его выражения:

«Временное правительство совершенно бессильно. У власти стоит буржуазия, но ее власть замаскирована фиктивной коалицией с оборонческими партиями. На протяжении всей революции мы видим восстание крестьян, измученных ожиданием обещанной земли.

Тем же самым недовольством явно охвачены все трудящиеся классы по всей стране. Господство буржуазии может осуществляться только путем гражданской войны. Буржуазия может управлять только при помощи корниловских методов, но ей не хватает силы…

Армия за нас. Соглашатели и пацифисты, эсеры и меньшевики потеряли весь свой авторитет, потому что БОРЬБА МЕЖДУ КРЕСТЬЯНАМИ И ПОМЕЩИКАМИ, МЕЖДУ СОЛДАТАМИ И ОФИЦЕРАМИ ДОСТИГЛА НЕБЫВАЛОЙ ОЖЕСТОЧЕННОСТИ И НЕПРИМИРИМОСТИ. Революция может быть завершена, народ может быть спасен только объединенными усилиями народных масс, только победой пролетарской диктатуры.

Советы являются наиболее совершенным народным представительством – совершенным и в своем революционном опыте и в своих идеях и целях. Опираясь непосредственно на солдатские окопы, на рабочие фабрики, на крестьянские деревни, они являются хребтом революции.

Мы уже видели попытки создать власть без Советов. Эти попытки создали только безвластие. В настоящую минуту в кулуарах Совета Российской республики вынашиваются всевозможные контрреволюционные планы. Кадетская партия есть представительница воинствующей контрреволюции. Советы же являются представителями народного дела. Между этими двумя лагерями нет ни одной группы, которая бы имела мало-мальски серьезное значение. Это «lutte finale» - последний и решительный бой. Буржуазная контрреволюция организует все свои силы и только ждет удобного момента для нападения. Наш ответ будет решителен. Мы завершим труд, еле начатый в феврале и двинутый вперед в период корниловщины…».

29 (16) октября Троцкий на открытом заседании Петроградского Совета предложил формально утвердить Военно-революционный комитет. «Мы должны, - сказал он, - создать специальную организацию, чтобы идти за ней в бой и умереть, если это понадобится…»

30 (17) октября  собрание представителей всех петроградских полков приняло следующую резолюцию: «Петроградский гарнизон больше не признает Временного правительства. Наше правительство  - Петроградский Совет. Мы будем подчиняться только приказам  Петроградского Совета, изданным его Военно-революционным комитетом».

Утром во вторник 6 ноября (24 октября) весь город был взбудоражен появившимся на улицах обращением, подписанным  - «Военно-революционный комитет при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов»:

«К населению Петрограда».

Граждане!

Контрреволюция подняла свою преступную голову. Корниловцы мобилизуют силы, чтобы раздавить Всероссийский съезд Советов и сорвать Учредительное собрание. Одновременно погромщики могут попытаться вызвать на улицах Петрограда смуту и резню.

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов берет на себя охрану революционного порядка от контрреволюционных и погромных покушений.

Гарнизон Петрограда не допустит никаких насилий и бесчинств. Население призывается задерживать хулиганов и черносотенных агитаторов и доставлять их комиссарам Совета в близлежащую войсковую часть. При  первой попытке темных  элементов вызвать на улицах Петрограда смуту, грабежи, поножовщину или стрельбу преступники будут стерты с лица земли.

Граждане! Мы призываем вас к полному спокойствию и самообладанию. Дело порядка и революции в твердых руках…»

3 ноября (21 октября) вожди большевиков собрались на свое историческое совещание. Оно шло при закрытых дверях. Я ждал результатов совещания за дверью, в коридоре. Володарский, выйдя из комнаты, рассказал мне, что там происходит.

Ленин говорит: «24 октября будет слишком рано действовать: для восстания нужна всероссийская основа, а 24-го не все еще делегаты на Съезд прибудут. С другой стороны, 26 октября будет слишком поздно действовать; к этому времени Съезд организуется, а крупному организованному собранию трудно принимать быстрые и решительные мероприятия. Мы должны действовать 25 октября – в день открытия съезда, так, чтобы мы могли сказать ему: «Вот власть! Что вы с ней сделаете?»

В понедельник 5 ноября (23 октября), утром я заглянул в Мариинский дворец, чтобы узнать, что делается в Совете Российской республики.

В момент, когда я входил, левый эсер Карелин читал вслух передовицу лондонской «Таймс», в которой говорилось: «Большевизм надо лечить пулями».

Повернувшись к кадетам, Карелин кричал: «Это также ваши мысли!»

Голоса справа: «Да! Да!»

«Да, я знаю, что вы так думаете, - горячо ответил Карелин. – Но посмейте только попробовать на деле!»

6 ноября (24 октября)  я поспешил  в Мариинский дворец и успел застать конец страстной и почти бессвязной речи Керенского, целиком состоявшей из самооправданий и желчных нападок на политических противников.

«Для того чтобы не быть голословным, - говорил Керенский, - я процитирую вам здесь наиболее определенные места из ряда прокламаций, которые помещались разыскиваемым, но скрывающимся государственным преступником Ульяновым-Лениным в газете «Рабочий путь».

В ряде прокламаций под заглавием «Письмо к товарищам» данный государственный преступник призывал петербургский пролетариат и войска повторить опыт 3-5 июля и доказывал необходимость приступить к немедленному вооруженному восстанию…

Мы имеем дело не столько с движением той или иной политической партии, сколько с использованием политического невежества и преступных инстинктов части населения; мы имеем дело с особой организацией, ставящей  себе целью во что бы то ни стало вызвать в России стихийную волну разрушения и погромов.

Весьма типично, что, по признанию самого организатора восстания Ульянова-Ленина, «положение русских крайних левых социал-демократических флангов особенно благоприятно»…»

Здесь Керенский огласил следующую цитату из статьи Ленина:

«Подумайте только: немцы при дьявольски трудных условиях, имея одного Либкнехта (да и то в каторге), без газет, без свободы собраний, без Советов, при невероятной враждебности всех классов населения, вплоть до последнего зажиточного крестьянина, идее интернационализма, при великолепной организованности империалистической крупной, средней  и мелкой буржуазии, немцы, т.е. немецкие революционеры-интернационалисты, рабочие, одетые в матросские куртки, устроили восстание во флоте – с шансами разве один на сотню.

А мы, имея десятки газет, свободу собраний, имея большинство в Советах, мы, наилучше поставленные во всем мире пролетарские интернационалисты, мы откажемся от поддержки немецких революционеров нашим восстанием».

Керенский продолжал:

«Сами организаторы, таким образом, признают, что условия политические для свободы деятельности всех политических партий наиболее совершенны в настоящее время в России, при управлении настоящего Временного правительства, во главе которой стоит, по мнению партии большевиков, узурпатор и человек, продавшийся буржуазии, министр-председатель Керенский…

Организаторы восстания не содействуют пролетариату Германии, а содействуют правящим классам Германии, открывают фронт русского государства перед бронированным кулаком Вильгельма и его друзей…

Для Временного правительства безразличны мотивы, безразлично сознательно или бессознательно это, но во всяком случае в сознании своей ответственности я с этой кафедры квалифицирую такие действия русской политической партии как предательство и измену Российскому государству…

Я становлюсь на юридическую точку зрения: мною и предложено немедленно начать соответствующее судебное следствие, предложено также произвести соответствующие аресты (шум слева не дает Керенскому говорить).

Да, слушайте! – громовым голосом воскликнул Керенский, - в настоящее время, когда государство от сознательного или бессознательного предательства погибает и находится на краю гибели, Временное правительство, и я в том числе, предпочитаем быть убитыми и уничтоженными, но жизнь, честь и совесть государства мы не предадим…»

В этот момент Керенскому передали какой-то листок.

«Мне сейчас представлена копия того документа, который рассылается сейчас по полкам». И он прочел вслух:

«Петроградскому Совету грозит опасность… Предписываю привести полк в полную боевую готовность и ждать дальнейших распоряжений. Всякое промедление и неисполнение приказа будет считаться изменой революции. За председателя Подвойский. Секретарь Антонов».

«…В действительности, - продолжал Керенский, - это есть попытка поднять чернь против существующего порядка, сорвать Учредительное собрание и раскрыть русский фронт перед сплоченными полками железного кулака Вильгельма. Я говорю с совершенным сознанием «чернь», потому что вся сознательная демократия и ее ЦИК, все армейские организации, все, чем гордится  и должна гордиться свободная Россия, - разум, совесть и честь великой русской демократии протестуют против этого…

Временное правительство никогда не нарушало свободы граждан государства и их политических прав.

Но в настоящее время Временное правительство заявляет, что те элементы русского общества, те группы и партии, которые осмеливаются поднять руку на свободную волю русского народа, угрожая одновременно с этим раскрыть фронт Германии, подлежат немедленной, решительной и окончательной ликвидации…»

На протяжении всей  этой речи зал гремел и бушевал.

Когда бледный и задыхающийся министр-председатель смолк и вместе со своей офицерской свитой покинул зал, на трибуне стали один за другим появляться ораторы слева. Они резко и возмущенно нападали на правых.

Даже социалисты-революционеры заявили устами Гоца:

«Политика большевиков, играющих на народном недовольстве, демагогична и преступна. Но несомненно, что целый ряд народных требований до сих пор остается без удовлетворения.

…Вопросы о мире, о земле и о демократизации армии должны быть поставлены в такой форме, чтобы ни один солдат, рабочий или крестьянин не мог питать никакого сомнения в том, что правительство твердо и неуклонно стремится к действительному разрешению этих вопросов…

Мы и меньшевики не желаем создавать министерский кризис, мы готовы всеми силами, до последней капли крови защищать Временное правительство, но это только в том случае, если Временное правительство выскажется по всем этим вопросам теми точными и ясными словами, которых народ ожидает с таким нетерпением…»

Затем выступил Мартов, полный гнева:

«Слова министра-председателя, позволившего говорить о движении черни, когда речь идет о движении значительной части пролетариата и армии, хотя бы и направленном  к ошибочным целям, является словами вызова гражданской войны».

(Аплодисменты слева).

КОНЕЦ ВРЕМЕННОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА.

В среду 7 ноября (25 октября).

Большевистская газета [«День»], отпечатанная на огромных листах в захваченной типографии «Русской воли» начиналась крупно напечатанным заголовком «Вся власть Советам рабочих, солдат и крестьян! – Мира! хлеба! земли!».

Передовая статья была написана Зиновьевым, который был вынужден скрываться, как и Ленин. Вот ее начало:

«Всякий солдат, всякий рабочий, всякий истинный социалист, всякий честный демократ не могут не видеть, что созревшее революционное столкновение уперлось в немедленное разрешение.

ИЛИ – ИЛИ.

Или власть переходит в руки буржуазно-помещичьей шайки, и тогда это означает… кровавую всероссийскую карательную экспедицию, которая… кровью солдат и матросов, крестьян и рабочих зальет всю страну. Тогда это – продолжение опостылевшей войны, тогда это – неизбежные смерть и голод.

Или власть перейдет в руки революционных рабочих, солдат и крестьян, и тогда это означает полное уничтожение помещичьей кабалы, немедленное обуздание капиталистов, немедленное предложение справедливого мира. Тогда земля обеспечена крестьянам, тогда контроль обеспечен над фабриками, тогда хлеб обеспечен голодающим, тогда конец бессмысленной бойне…»

«День» давал отрывочные сведения о событиях бурной ночи. Большевики захватили телефонную станцию, Балтийский вокзал и телеграф; петергофские юнкера не могут пробраться в Петроград; казаки колеблются; арестовано несколько министров; убит начальник городской милиции Мейер; аресты, контраресты, стычки между солдатскими патрулями, юнкерами и красногвардейцами…

Когда мы подошли к Смольному, его массивный  фасад сверкал огнями. Подъезжали и отъезжали автомобили и мотоциклы. Огромный серый броневик, над башенкой которого развевались два красных флага, завывая сиреной, выполз из ворот. Было холодно, и красногвардейцы, охранявшие вход, грелись у костра.

У внутренних ворот тоже горел костер, при свете которого часовые медленно прочли наши пропуска и оглядели нас с ног до головы. По обеим сторонам входа стояли пулеметы со снятыми чехлами, и с их казенных частей, извиваясь, как змеи, свисали патронные ленты. Во дворе, под деревьями сада стояло много броневиков; их моторы были заведены и работали.

Огромные и пустые, плохо освещенные залы гудели от топота тяжелых сапог, криков и говора…

Настроение было решительное. Все лестницы были залиты толпой: тут были рабочие в черных блузах и черных меховых шапках, многие с винтовками через плечо, солдаты в грубых шинелях…

Среди всего этого народа торопились, протискиваясь куда-то Луначарский, Каменев…

Закончилось заседание Петроградского совета…

Троцкий от имени Военно-революционного комитета заявил, что Временное правительство больше не существует.

Голоса с мест: «Вы предрешаете волю Всероссийского съезда Советов!»

Троцкий (холодно): «Воля Всероссийского съезда Советов предрешена огромным фактом восстания петроградских рабочих и солдат».

[II Всероссийский съезд Советов]

Мы вошли в огромный зал заседания, проталкиваясь сквозь бурлящую толпу, стеснившуюся у дверей.  Освещенные огромными белыми люстрами, на скамьях и на стульях, даже на краю возвышения для президиума сидели представители рабочих и солдат всей России.

На возвышении сидели лидеры старого ЦИК… не было Керенского, Чхеидзе, Церетели.

На трибуне сидели Гоц, Дан, Либер, Богданов, Бройдо, Филипповский – все бледные и негодующие, с ввалившимися глазами.

Под ними кипел и бурлил II Всероссийский съезд Советов, а над их головами лихорадочно работал Военно-революционный комитет, державший в руках все нити восстания и наносивший меткие и сильные удары… Было 10 часов 40 минут вечера.

Дан, бесцветный человек с дряблым лицом, в мешковатом мундире военного врача, позвонил в колокольчик. Сразу наступила напряженная тишина, нарушаемая лишь спорами и бранью людей, теснившихся у входа…

«Власть в наших руках, - печально начал Дан. Он остановился на мгновение и тихо продолжал: - Товарищи, съезд Советов собирается в такой исключительный момент и при таких исключительных обстоятельствах, что вы, я думаю, поймете, почему ЦИК считает излишним открывать настоящее заседание политической речью.

Для вас станет это особенно понятным, если вы вспомните, что я являюсь членом президиума ЦИК, а в это время наши партийные товарищи находятся в Зимнем дворце под обстрелом, самоотверженно выполняя свой долг министров, возложенный на них ЦИК (смутный шум).

Объявляю первое заседание II съезда Советов рабочих и солдатских депутатов открытым».

Президиум избирался среди общего шума и движения.

Результаты выборов: 14 большевиков, 7 эсеров, 3 меньшевика и 1 интернационалист (из группы Горького).

Гендельман заявляет от имени правых эсеров и эсеров центра, что они отказываются от участия в президиуме. Хинчук делает такое же заявление от имени меньшевиков. Меньшевики-интернационалисты тоже не могут войти в президиум до выяснения некоторых обстоятельств.

Жидкие аплодисменты и крики. Голос с места: «Ренегаты! И вы называете себя социалистами!»

После этого старый ЦИК покидает трибуны и его место занимают

Троцкий, Каменев, Луначарский, Коллонтай, Ногин…

Весь зал встает, гремя рукоплесканиями. Как высоко взлетели они, эти большевики, - от непризнанной и гонимой секты всего четыре месяца назад и до величайшего положения рулевых великой России, охваченной бурей восстания.

В порядке дня, сообщает Каменев, значится: во-первых, вопрос об организации власти, во-вторых, вопрос о войне и мире и, в-третьих, вопрос об Учредительном собрании.

Но неожиданно послышался новый шум – глухой гром пушек. Все нервно повернулись к темным окнам, и по собранию пронеслась какая-то дрожь.

Мартов попросил слова и прохрипел: «Гражданская война началась, товарищи! Первым нашим вопросом должно быть мирное разрешение кризиса. И принципиально и тактически мы обязаны спешно обсудить пути предупреждения гражданской войны. Там на улице стреляют в наших братьев! В тот момент, когда перед самым открытием съезда Советов вопрос о власти решается путем военного заговора, организованного одной из революционных партий…»

Крик и шум на мгновение покрыли его слова.

«Все революционные партии обязаны смотреть фактам в лицо! Задача съезда заключается прежде всего в том, чтобы решить вопрос о власти.

Возможностей мирного выхода надо искать в создании единой демократической власти… Необходимо избрать делегацию для переговоров с другими социалистическими  организациями..»

Левые эсеры и объединенные социал-демократы поддержали предложение Мартова.

Слова попросил капитан Харраш [Харраш А.Я., меньшевик].

«Политические лицемеры, возглавляющие этот съезд, - страстно кричал он с места, - говорят нам, что мы должны поставить вопрос о власти, а между тем этот вопрос уже поставлен за нашей спиной еще до открытия съезда! Расстреливается Зимний дворец, но удары, падающие на него, заколачивают гвозди в крышку гроба той политической партии, которая решилась на подобную авантюру!»

Общее возмущение.

Гендельман [Гендельман М.Я., правый эсер], ежеминутно прерываемый общим шумом и криком, еле слышным голосом протестует от имени социалистов-революционеров против бомбардировки Зимнего дворца.

«Мы не признаем подобной анархии…»

Не успел он замолчать, как на трибуну взбежал молодой солдат с худощавым лицом и горящими глазами. Он драматическим жестом поднял руку.

«Товарищи! – воскликнул он, и наступила тишина. – Моя фамилия Петерсон. Я говорю от имени второго латышского стрелкового полка. Вы выслушали заявление  двух представителей армейских комитетов, и эти заявления имели бы какую-нибудь ценность, если бы их авторы являлись действительными представителями армии…» (Бурные аплодисменты).

«Они не представляют солдат… - Оратор потрясает кулаком. –

XII армия давно настаивает на переизбрании Совета и Искосола*, но наш комитет точно так же, как и ваш ЦИК, отказался созывать представителей масс до конца (середины) сентября, так что эти реакционеры смогли послать на настоящий съезд своих лжеделегатов.

*[Искосол – Исполнительный комитет солдатских депутатов]

А я вам говорю, что латышские стрелки уже неоднократно заявляли: «Больше ни одной резолюции! Довольно слов! Нужны дела. Мы должны взять власть в свои руки!»

Пусть эти самозваные делегаты уходят! Армия не с ними!»

Зал разразился бурей рукоплесканий. В первые минуты заседания делегаты, ошеломленные стремительностью событий, оглушенные пушечной пальбой, заколебались. В течение целого часа с этой трибуны на них раз за разом падали удары молота, сбивая их в единую массу, но в то же время подавляя. Не останутся ли они в одиночестве? Не поднимется ли против них Россия? Верно ли, что на Петроград уже идут войска?

НО заговорил этот светлоглазый молодой солдат, и все сразу поняли, что в его словах, сверкнувших, как молния, была правда…

Его голос был голосом солдат – миллионов одетых в шинели рабочих и крестьян, охваченных тем же порывом, теми же мыслями и чувствами, как и сами они, делегаты…
 

war1.jpg

Автор страницы:

***

Миллионный убитый…

Жжет, до кости пробито

Пулей навылет в рот.

Миллионный убитый…

Где-то строчит пулемет.

Смерть на кресте повисла.

Черная пустота.

Где вы? – И снова выстрел…

Кровь и распятье Христа.

Затем от имени Бунда (Еврейской социал-демократической партии) выступил Абрамович.

Он дрожал от гнева, глаза его сверкали из-под толстых стекол очков:

«События, происходящие в настоящий момент в Петрограде, являются величайшим несчастьем! Группа Бунд присоединяется к декларации меньшевиков и социалистов-революционеров и покидает съезд! – Наш долг перед русским пролетариатом не позволяет нам остаться здесь и принять на себя ответственность за это преступление. Так как обстрел Зимнего не прекращается, то городская дума вместе с меньшевиками, эсерами и исполнительным комитетом крестьянских Советов постановила погибнуть вместе с Временным правительством.

Мы присоединяемся к ним!..»

Остаток речи потонул в буре криков, угроз и проклятий, достигших адского грохота, когда 50 делегатов поднялись со своих мест и стали пробираться к выходу.

Каменев размахивал председательским звонком, крича: «Оставайтесь на местах! Приступим к порядку дня!»

Троцкий встал со своего места. Лицо его было бледно и жестоко. В сильном голосе звучало холодное презрение. «Все так называемые социал-соглашатели, все эти перепуганные меньшевики, эсеры и бундовцы пусть уходят! Все они просто сор, который будет сметен в сорную корзину истории!..»

Нам было пора уходить отсюда.

Мы вышли в холодную ночь. Огромный грузовик весь трясся от работы мотора. Какие-то люди подавали на него связки печатных листов, а другие принимали их и укладывали их, держа под рукой винтовки.

«Куда вы поедете?» - спросил я.

«По всему городу!» - ответил мне, улыбаясь, маленький рабочий. Он широко и восторженно взмахнул рукой.

Мы показали свои удостоверения. «Едемте с нами! – пригласили нас. – Но, возможно, в нас будут стрелять…» Мы вскарабкались на грузовик…

Так неслись мы по темным улицам, оставляя целый хвост разлетавшихся белых бумажек…

Я взял одно из воззваний и, пользуясь редкими уличными фонарями, кое-как разобрал:

«К гражданам России!

Временное правительство низложено. Государственная власть перешла в руки органа Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов – Военно-революционного комитета, стоящего во главе петроградского пролетариата и гарнизона.

Дело, за которое боролся народ: немедленное предложение демократического мира, отмена помещичьей собственности на землю, рабочий контроль над производством, создание Советского правительства - это дело обеспечено.

Да здравствует революция рабочих, солдат и крестьян!

Военно-революционный комитет при Петроградском

Совете рабочих  и солдатских депутатов».

tribuna.jpg

Джон Рид на трибуне. Рисунок Линда Уорда.

***

НЕУДЕРЖИМО ВПЕРЕД!

Четверг, 8 ноября (26 октября).

Город полон слухов о Керенском. Говорили, что он добрался до фронта и ведет на столицу огромную армию. «Воля народа» опубликовала приказ, выпущенный им в Пскове:

«Наступившая смута, вызванная безумием большевиков, ставит государство наше на край гибели и требует напряжения всей воли, мужества, и исполнения долга каждым  для выхода из переживаемого Родиной нашей смертельного испытания.

В настоящее время впредь до объявления нового состава Временного правительства, если таковое последует, каждый должен оставаться на своем посту и исполнять свой долг перед истерзанной родиной…

Приказываю всем начальникам и комиссарам во имя спасения Родины сохранить свои посты, как я сохраняю свой пост Верховного Главнокомандующего, впредь до изъявления воли Временного правительства республики…»

В ответ на это на всех стенах появилось воззвание:

«От Всероссийского съезда Советов.

Бывшие министры Коновалов, Кишкин, Терещенко, Малянтович, Никитин и др. арестованы Революционным комитетом. Керенский бежал. Предписывается всем армейским организациям принять меры для немедленного ареста Керенского и доставления его в Петроград. Всякое пособничество Керенскому будет караться как тяжкое государственное преступление».

Обретя полную свободу действия, Военно-революционный комитет, словно искры, рассыпал во все стороны приказы, воззвания и декреты… было приказано доставить Корнилова в Петроград. Члены крестьянских земельных комитетов, арестованные Временным правительством, были выпущены на свободу. Отменили смертную казнь на фронте. Государственным служащим приказали продолжать работу. Погромы, беспорядки и спекуляции были запрещены под страхом смертной казни. Во все министерства назначили временных комиссаров.

С другой стороны, какой бурный поток воззваний, афиш, расклеенных и разбрасываемых повсюду, газет, протестующих проклинающих и пророчащих гибель!

Первым появилось воззвание Комитета спасения родины и революции, широко распространяемое по всей России и Европе:

«Гражданам Российской республики.

25 октября большевиками Петрограда вопреки воле революционного народа преступно арестована часть Вр. Правительства, разогнан Временный Совет Российской республики и объявлена незаконная власть.

Насилие над правительством революционной России, совершенное в дни величайшей опасности от внешнего врага, является неслыханным преступлением против родины.

Гражданская война, начатая большевиками, грозит ввергнуть страну в неописуемые ужасы анархии и контрреволюции и сорвать Учредительное собрание, которое должно упрочить республиканский строй и навсегда закрепить за народом землю.

Сохраняя преемственность единой государственной власти, Всероссийский комитет спасения родины и революции возьмет на себя инициативу Воссоздания Временного правительства, которое опираясь на силы демократии, доведет страну до Учредительного собрания и спасет ее от контрреволюции и анархии.

Не признавайте власти насильников!

Встаньте на защиту родины и революции!

Поддерживайте  Всероссийский комитет спасения родины и революции!..»

В этот день я видел в огромном амфитеатре Николаевского зала бурное заседание городской думы, объявленное беспрерывным. Здесь были представлены все силы антибольшевистской оппозиции. Величественный, седобородый и седовласый городской голова Шрейдер рассказывал собравшимся, как прошлой ночью он отправился в Смольный, чтобы заявить протест от имени городского самоуправления.

«Дума, являющаяся в настоящее время единственной в городе законной властью, созданной на основе всеобщего, прямого и тайного голосования, не признает новой власти!» - заявил он Троцкому.

В ответ Троцкий сказал: «Что ж, на это есть конституционные средства. Думу можно распустить и переизбрать…»  Рассказ Шрейдера вызвал бурю негодования.

Александровский зал был тоже набит битком.

Шло заседание Комитета спасения.

Выступал Скобелев. «Никогда,- сказал он, - положение революции не было так остро, никогда вопрос о самом существовании Российского государства не возбуждал столько тревоги…»

Делегаты от телеграфных служащих объявили, что их товарищи наотрез отказались работать, пока в министерстве находится большевистский комиссар. Работники почты отказались принимать и отправлять почту Смольного… Все телефонные провода Смольного выключены…

То была война – сознательно обдуманная война чисто русского типа, война путем стачек и саботажа.

Настроение было приподнятое:

«Эти большевики хотят попробовать диктовать свою волю интеллигенции?..

Ну, мы им покажем!..»

Поразителен был контраст между этим собранием и съездом Советов.

Там – огромные массы обносившихся солдат, измазанных рабочих и крестьян – все бедняки, согнутые и измученные жестокой борьбой за существование;

Здесь – меньшевистские и эсеровские вожди, Авксентьевы, Даны, Либеры, бывшие министры-социалисты Скобелевы и Черновы, а рядом с ними кадеты вроде елейного Шацкого и гладенького Винавера. Тут журналисты, студенты, интеллигенты всех сортов и мастей. Эта думская толпа упитанна и хорошо одета; я заметил здесь не больше трех пролетариев…

В Смольном атмосфера была еще напряженнее, чем прежде, если это только было возможно.

Надо было создать правительство, навести порядок в городе, удержать на своей стороне гарнизон, победить думу и Комитет спасения, удержаться против немцев, подготовиться к бою с Керенским, информировать провинцию, вести пропаганду по всей России от Архангельска до Владивостока. Правительственные и городские служащие отказывались подчиняться комиссарам…

Правда, за большевиками шли широкие массы рабочих и солдат; правда, отношение крестьянства еще недостаточно определилось, но ведь в конце концов партия большевиков была далеко не богата образованными и подготовленными людьми…

Рязанов, поднимаясь по лестнице, с комическим ужасом говорил, что он, комиссар торговли и промышленности, решительно ничего не понимает в торговых делах. Наверху, в столовой, сидел, забившись  в угол, человек в меховой папахе и в том самом костюме, в котором он… я хотел сказать, проспал ночь, но он провел ее без сна. Лицо его заросло трехдневной щетиной. Он нервно писал что-то на грязном конверте и в раздумье покусывал карандаш. То был комиссар финансов Менжинский, вся подготовка которого заключалась в том, что он когда-то служил конторщиком во Французском банке…

Заседание съезда должно было открываться в час дня, и обширный зал был уже давно переполнен делегатами, было уже около семи вечера, а президиум все еще не появлялся…

Большевики и левые эсеры вели по своим комнатам фракционные заседания.

Значительная часть большевиков склонялась в пользу создания общесоциалистического правительства. «Нам не удержаться! – кричали они. – Против нас слишком много сил! У нас нет людей. Мы будем изолированы, и все погибнет…» Так говорили Каменев, Рязанов и др.

НО Ленин, которого поддерживал Троцкий, стоял незыблемо, как скала: «Пусть соглашатели принимают нашу программу и входят в правительство! Мы не уступим ни пяди. Рабочие и солдаты  с нами, и мы обязаны продолжать дело».

В пять минут восьмого левые эсеры послали сказать, что они остаются в Военно-революционном комитете.

«Так и есть, - говорил Ленин. – Они тянутся за нами!»

Было ровно 8 часов 40 минут, когда громовая волна приветственных криков и рукоплесканий возвестила появление членов президиума и Ленина – великого Ленина среди них.

Ничего, что напоминало бы кумира толпы, простой, любимый и уважаемый так, как, быть может, любили и уважали  лишь немногих вождей в истории. Необыкновенный народный вождь, вождь исключительно благодаря своему интеллекту, чуждый какой бы то ни было рисовки, не поддающийся настроениям, твердый, непреклонный, без эффектных пристрастий, но обладающий могучим умением раскрыть сложнейшие идеи в самых простых словах и дать глубокий анализ конкретной обстановки при сочетании проницательной гибкости и дерзновенной смелости ума.

Но вот на трибуне Ленин. Он стоял, держась за края трибуны, обводя прищуренными глазами массу делегатов, и ждал, по-видимому не замечая нараставшую овацию, длившуюся несколько минут. Когда она стихла, он коротко и просто сказал:

«Теперь пора приступать к строительству социалистического порядка!»

Новый потрясающий грохот человеческой бури.

«Первым нашим делом должны быть практические шаги к осуществлению мира…

Мы должны предложить народам всех воюющих стран мир на основе советских условий; без аннексий, без контрибуций, на основе свободного определения народностей. Одновременно с этим мы, согласно нашему обещанию, обязаны опубликовать тайные договоры и отказаться от их соблюдения…

Вопрос о войне настолько ясен, что, кажется, я могу без всяких предисловий огласить проект воззвания к народам всех воюющих стран…»

Ленин говорил, широко открывая рот и как будто улыбаясь; голос его был с хрипотцой – не неприятной, а словно бы приобретенной многолетней привычкой к выступлениям – и звучал так ровно, что, казалось, он мог звучать без конца…

Желая подчеркнуть свою мысль, Ленин слегка наклонялся вперед. Никакой жестикуляции.

Тысячи простых лиц смотрели на него, исполненные обожания.

«Обращение к народам и правительствам всех воюющих стран

Рабочее и крестьянское правительство, созданное революцией 24-25 октября  и опирающееся на Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, предлагает всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире.

Справедливым или демократическим миром, которого жаждет подавляющее большинство истощенных, измученных и истерзанных войной рабочих и трудящихся классов всех воюющих стран, - миром, которого самым определенным и настойчивым образом требовали русские рабочие и крестьяне после свержения царской монархии, - таким миром правительство считает немедленный мир без аннексий (т.е. без захвата чужих земель, без насильственного присоединения чужих народностей) и без контрибуций.

Вместе с тем правительство заявляет, что оно отнюдь не считает вышеуказанные условия мира ультимативными, т.е. соглашается рассмотреть и всякие другие условия мира, настаивая лишь на возможно более быстром предложении их какой бы то ни было воюющей страной и на полнейшей ясности, на безусловном исключении всякой двусмысленности и всякой тайны при предложении условий мира.

Тайную дипломатию правительство отменяет, со своей стороны выражая твердое намерение вести все переговоры совершенно открыто перед всем народом, приступая немедленно к полному опубликованию тайных договоров, подтвержденных или заключенных правительством помещиков и капиталистов с февраля по 25 октября 1917 года.  Все содержание этих  тайных договоров, поскольку оно направлено, как это в большинстве случаев бывало, к доставлению выгод и привилегий русским помещикам и капиталистам, к удержанию или увеличению аннексий великороссов, правительство объявляет безусловно и немедленно отмененным.

Правительство предлагает всем правительствам и народам всех воюющих стран немедленно заключить перемирие, причем со своей стороны считает желательным, чтобы это перемирие было заключено не меньше как на 3 месяца, т.е. на такой срок, в течение которого вполне возможно как завершение переговоров о мире с участием представителей всех без изъятия народностей или наций, втянутых в войну или вынужденных к участию в ней, так равно и созыв полномочных собраний народных представителей  всех стран для окончательного утверждения условий мира  <…>»

Было ровно 10 часов 35 минут, кода Каменев предложил всем, кто голосует за обращение, поднять свои мандаты. Один из делегатов попробовал было поднять руку против, но вокруг него разразился такой взрыв негодования, что он поспешно опустил руку… Принято единогласно.

Неожиданный и стихийный порыв поднял нас всех на ноги, и наше единодушие вылилось в стройном, волнующем звучании «Интернационала».

Какой-то старый, седеющий солдат плакал, как ребенок.

Александра Коллонтай потихоньку смахнула слезу. Могучий гимн заполнял зал, вырывался сквозь окна и двери и уносился в  притихшее небо.

«Конец войне! Конец войне! – радостно улыбаясь, говорил мой сосед, молодой рабочий.

А когда кончили петь «Интернационал»  и мы стояли в каком-то неловком молчании, чей-то голос крикнул с задних рядов: «Товарищи, вспомним тех, кто погиб за свободу!» И мы запели похоронный марш, медленную и грустную, но победную песнь, глубоко русскую и бесконечно трогательную.

Ведь «Интернационал» - это все-таки напев, созданный в другой стране.

Похоронный марш обнажает всю душу тех забитых масс, делегаты которых заседали в этом зале, строя из своих смутных прозрений новую Россию, а может быть, и нечто большее…

Вы жертвою пали в борьбе роковой,

В любви беззаветной к народу.

Вы отдали все, что могли, за него,

За жизнь его, честь и свободу.

Настанет пора, и проснется народ,

Великий, могучий, свободный.

Прощайте же, братья, вы честно прошли

Свой доблестный путь благородный!

Во имя этого легли в свою холодную братскую могилу на Марсовом поле мученики Мартовской революции, во имя этого тысячи, десятки тысяч погибли в тюрьмах, в ссылке, в сибирских рудниках. Пусть все свершилось не так, как они представляли себе, не так, как ожидала интеллигенция. Но все-таки свершилось – буйно, властно, нетерпеливо, отбрасывая формулы, презирая всякую сентиментальность, истинно…

Ленин оглашал декрет о земле:

«1) Помещичья собственность на землю отменяется немедленно без всякого выкупа.

2) Помещичьи имения, равно как все земли удельные, монастырские, церковные, со всем их живым и мертвым инвентарем, усадебными постройками и всеми принадлежностями переходят в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов, впредь до Учредительного собрания.

3) Какая бы то ни была порча конфискуемого имущества, принадлежащего отныне всему народу, объявляется тяжким преступлением, караемым революционным судом. Уездные Советы крестьянских депутатов принимают все необходимые меры для соблюдения строжайшего порядка при конфискации помещичьих имений, для определения того до какого размера участки и какие именно подлежат конфискации, для составления точной описи всего конфискуемого имущества и для строжайшей революционной охраны всего переходящего к народу хозяйства на земле со всеми постройками, орудиями, скотом, запасами продуктов и проч.

4) Для руководства по осуществлению великих земельных преобразований, впредь до окончательного их решения Учредительным собранием, должен повсюду служить следующий крестьянский наказ, составленный на основании 242 местных крестьянских наказов редакцией «Известий Всероссийского Совета Крестьянских Депутатов» и опубликованный в номере 88 этих «Известий» (Петроград, № 88, 19 августа 1917 г.).

5) Земли рядовых крестьян и рядовых казаков не конфискуются».

«Это, - добавил Ленин, - не проект бывшего министра Чернова, который говорил, что надо «строить леса», и пытался провести реформу сверху. Вопрос о переделе земли будет разрешен снизу, на местах. Крестьянский надел будет варьироваться в зависимости от местности…

При Временном правительстве помещики наотрез отказывались слушаться приказаний земельных комитетов, - тех самых земельных комитетов, которые были задуманы Львовым*, проведены в жизнь Шингаревым и управлялись Керенским!»

-------------------------------------------------------------

*Львов Г.Е. (1861-1925) – князь, крупный помещик, кадет, член I Государственной Думы. В период первой мировой войны председатель Всероссийского земского союза, а затем один из председателей объединенного Союза земств и городов (Земгора) – организации, представлявшей интересы буржуазии и помещиков. После Февральской революции – Председатель Совета министров и министр внутренних дел Временного правительства. Один из непосредственных виновников расправы с рабочими и солдатами в июльские дни 1917 года. После победы Октября – белоэмигрант, участвовал в организации иностранной интервенции.

В 2 часа 30 минут ночи наступило напряженное молчание.

Каменев читает декрет об образовании правительства:

«Образовать  для управления страной впредь до созыва Учредительного собрания временное рабочее и крестьянское правительство, которое будет именоваться Советом Народных Комиссаров.

Заведование отдельными отраслями государственной жизни поручается комиссиям, состав которых должен обеспечить проведение в жизнь провозглашенной съездом программы, в тесном единении с массовыми организациями рабочих, работниц, матросов, солдат, крестьян и служащих. Правительственная власть принадлежит коллегии председателей этих комиссий, т.е. Совету Народных Комиссаров.

Контроль над деятельностью народных комиссаров и право смещения их принадлежит Всероссийскому съезду Советов рабочих, крестьянских   и солдатских депутатов и его Центральному Исполнительному Комитету…»

В зале тишина; затем при чтении списка народных комиссаров, взрывы аплодисментов после каждого имени, особенно Ленина и Троцкого.

«…Председатель Совета – Владимир Ульянов (Ленин);

Народный комиссар по внутренним делам – А.И.Рыков;

Земледелия – В.П.Милютин;

Труда – А.Г.Шляпников;

По делам военным и морским – комитет в составе: В.А.Овсеенко (Антонов),

Н.В.Крыленко и П.Е.Дыбенко;

По  делам торговли и промышленности – В.П.Ногин;

Народного просвещения – А.В.Луначарский;

Финансов – И.И.Скворцов (Степанов);

По делам иностранным – Л.Д.Бронштейн (Троцкий);

Юстиции – Г.И.Оппоков (Ломов);

По  делам продовольствия – И.А.Теодорович;

Почт и телеграфа – Н.П.Авилов (Глебов);

Председатель по делам национальностей – И.В.Джугашвили (Сталин).

Пост народного комиссара по делам железнодорожным временно остается незамещенным».

Затем  подавляющим большинством голосов был избран Совет Народных Комиссаров.

Избрание нового ЦИК, нового парламента Российской республики, заняло не больше четверти часа. Троцкий огласил результаты: сто членов, из них семьдесят большевиков… Что до крестьян и ушедших со съезда партий, то для них оставлены свободные места.

«Мы с радостью примем в правительство все партии и группы, которые примут нашу программу» - так заключил Троцкий свое сообщение.

Тотчас же после этого II Всероссийский съезд Советов был закрыт, чтобы его делегаты могли поскорее разъехаться по всем уголкам России и рассказать о происшедших великих событиях…

***

ПОБЕДА.

Приказ №1 частям пулковского отряда.

31 октября 1917 г., 9 ч. 38 м. пополуночи.

«После ожесточенного боя части пулковского отряда одержали полную победу над силами контрреволюции, которые в беспорядке покинули свои позиции и под прикрытием Царского Села отступают к Павловскому 2-му и Гатчине.

Наши наступающие части заняли северо-восточную оконечность Царского Села и станцию Александровскую. На правом фланге у нас был колпинский отряд, на левом – красносельский.

Приказываю пулковскому отряду занять Царское Село и укрепить подступы к нему, особенно со стороны Гатчины.

Затем продвинуться дальше, занять Павловское, укрепить его с южной стороны и захватить линию железной дороги до станции Дно.

Отряд должен принимать все меры  к укреплению занятых им позиций, возводя окопы и другие оборонительные сооружения.

Он обязан войти в тесную связь с колпинским и красносельским отрядами, а также со штабом начальника обороны г.Петрограда.

Главнокомандующий войсками, действующими против контрреволюционных отрядов Керенского, подполковник Муравьев*.

---------------------------------------------------------------

*Муравьев М.А. (1880-1918) – офицер царской армии. После Октябрьской Социалистической революции примкнул к левым эсерам. Во время наступления Керенского был назначен главнокомандующим по защите города. В 1918 году, будучи командующим войсками Восточного фронта, изменил Советской власти, был убит при задержании.

Вторник, утро. Что случилось?

Всего два дня назад по окрестностям Петрограда бесцельно бродили беспорядочные, лишенные руководителей команды. У них не было ни продовольствия, ни артиллерии, ни какого бы то ни было плана действий…

Против Советов соединились юнкера, казаки, дворяне, помещики, черносотенцы, а за ними уже снова маячили царь, охранка, сибирские рудники и, наконец, безграничная и страшная угроза со стороны немцев…

Общее  командование было возложено на экс-патриота полковника Муравьева – дельного человека, за которым, однако, было необходимо зорко следить. В Колпине, Обухове, Пулкове, в Красном Селе были сформированы временные отряды, постепенно увеличивавшиеся, по мере того как к ним присоединялись бродившие по окружающей местности группы, в которых были перемешаны солдаты, матросы, красногвардейцы, отдельные части разных полков, пехота, кавалерия, артиллерия и несколько броневиков.

На рассвете показались казачьи разъезды Керенского.

Началась беспорядочная ружейная перестрелка, сопровождаемая требованием сдаться.

Над холодной равниной ясный морозный воздух наполнился звуками боя. Их услышали блуждавшие команды, собравшиеся в ожидании у костров… Итак, началось!

Они кинулись туда, где шел бой.  Ко всем атакованным пунктам сами собой стекались огромные массы охваченных гневом людей. Их встречали комиссары, указывавшие, какую позицию занять, что делать.

Это была их битва за их собственный мир; командиры были избраны ими самими. В тот момент все многообразные и разнородные проявления воли многих слились в одну волю…

Участники боев рассказывали мне, как сражались матросы: расстреляв все патроны, они бросились в штыки; как необученные рабочие ринулись в казачью лаву и вышибли казаков из седел; как в темноте какие-то неизвестно откуда взявшиеся толпы народа внезапно, как волны, обрушились на врага…

В понедельник еще до полуночи казаки дрогнули и побежали, бросая артиллерию.

Пролетарская армия двинулась вперед, изломанным фронтом и ворвалась в Царское, не дав врагу времени разрушить правительственную радиостанцию.

Теперь эта станция метала в мир торжествующие гимны победы…

«Всем Советам рабочих и солдатских депутатов.

30 октября в ожесточенном бою под Царским Селом революционная армия наголову разбила контрреволюционные войска Керенского и Корнилова.

Именем революционного правительства призываю все вверенные полки дать отпор врагам революционной демократии и принять все меры к захвату Керенского, а также к недопущению подобных авантюр,  грозящих завоеваниям революции и торжеству пролетариата.

Да здравствует революционная армия!

Муравьев».

Новости из провинции…

В Севастополе власть захвачена местным Советом.

Грандиозный митинг матросов боевых кораблей, стоящих на севастопольском рейде, заставил офицеров торжественно присягнуть новому правительству. Нижний Новгород управляется Советом. Из Казани сообщают об уличных боях, юнкера и артиллерийская бригада бьются с большевистским гарнизоном…

В Москве снова вспыхнули отчаянные бои.

Юнкера и белогвардейцы удерживают Кремль и центр города, но их со всех сторон атакуют войска Военно-революционного комитета. Советская артиллерия бомбардирует со Скобелевской площади городскую думу, комендатуру и гостиницу «Метрополь».

На Тверской и Никитской разворочена вся мостовая; булыжник использован при постройке окопов и баррикад. Кварталы, в которых помещаются крупные банки и торговые дома, усиленно обстреливаются из пулеметов. Электрического освещения нет, телефон не работает; буржуазное население попряталось в подвалах…

В последнем бюллетене сообщалось, что Военно-революционный комитет ультимативно потребовал от Комитета общественной безопасности* немедленной сдачи Кремля, угрожая в противном случае бомбардировкой.

----------------------------------------------------

*Комитет общественной безопасности – контрреволюционный орган Петроградской городской Думы. Возглавлялся городским головой Г.И.Шрейдером.  Создан 24 октября (6 ноября) 1917 года, распущен в конце 1917 года.

«Бомбардировать Кремль! – кричали обыватели. – Не посмеют!»

Гражданская война пылала от Вологды до Читы в далекой Сибири, от Пскова до Севастополя на Черном море, в огромных городах и маленьких деревушках. От тысяч фабрик и заводов, крестьянских обществ, полков и армий, кораблей и в открытом море текли приветствия в Петроград – приветствия правительству народа.

<…>

***

 «ЛЬВЕНОК» (Карл Хови,  выдержки).

uznik.jpg

Джон Рид, узник № 42 крепости Або.

Финляндия, весна 1920 г.

zapiska.jpg

Обмен записками между В.И.Лениным и Дж.Ридом на II конгрессе Коминтерна.

«Товарищ Ленин, считаете ли Вы нужным, чтобы я сказал что-нибудь о неграх в Америке?

Я вхожу в Комиссию по профессиональным союзам и потому опоздал».

«Да. Абсолютно необходимо. Я записываю Вас в число выступающих».

Сомневался ли Рид  когда-либо в том, что избрал правильный путь?

Лучшим доказательством твердости его убеждений является то, что он оставался верен им до конца.

Два старейших друга Рида… испытали в России горькое разочарование.

Неистовая Эмма Голдмен и ее верный соратник Александр Беркман, приехав в Россию, пришли в отчаяние от тех решительных мер, которые вынуждено было принимать революционное правительство, - они наотрез отказывались верить, что революция не может обойтись без насилия, без страданий, без жертв.

Годы агитации против правительства в США, за которую их бросали в тюрьмы и которая, как они полагали, должна была изменить всю жизнь, - оказалась для них недостаточной школой, и они не стали подлинными революционерами.

Они отправились к Ленину, считая необходимым убедить его в своей правоте.

Ленин говорил с ними очень мягко, расспрашивал об Америке, интересовался, какую работу можно поручить им в России. Но он посоветовал американским друзьям не судить опрометчиво, а разобраться во всем как следует.

Тем не менее Эмма впоследствии пространно писала о том,  как она разочаровалась в Советской России.

Не удивительно, что преданность Рида делу революции, его страстная непреклонность привели ее в ужас.

«Рид ворвался ко мне в комнату, - вспоминает она об этих днях, - словно внезапный луч света; это был все тот же неугомонный Джон, каким я знала его в Штатах.

- Ну разве это не изумительно, не потрясающе? – закричал он. – Ведь все, о чем ты когда-то мечтала, сбылось в России, идеи, за которые жестоко преследуют у нас в стране, здесь словно по мановению волшебной палочки воплощены в жизнь. И это сделано Лениным и его соратниками, большевиками, о которых у нас отзывались с таким пренебрежением!

Могла ли ты когда-нибудь думать, что нечто подобное произойдет в стране, которой веками правили цари?

- Этого добились не Ленин и его соратники, - возразила я, - а русский народ с его славным революционным прошлым».

«Славное прошлое» было присловьем, которое, не переставая, твердили те, кто отстал от революции, кого она опередила или смела на своем пути. Рид твердо стоял на том, что пролетарская революция давно переросла мерки этого прошлого.

- Ты только взгляни на своих «старых бойцов», - крикнул он, - на всех этих брешковских и чайковских, черновых и керенских, посмотри, с кем они теперь заодно! С черной сотней, с погромщиками, со сворой монархистов! Они помогают им подавлять революцию! Мне нет дела до их прошлого.

Я сужу о них только по той предательской деятельности, которую эта банда ведет уже три года. И я говорю – к стенке их!..

-Замолчи, Джон, замолчи! – закричала Эмма…

Эта измученная женщина была намного старше Рида. Но их разделял не только возраст, но и упорное неверие Эммы Голдмен в величие революции, в необходимость суровой беспощадности к врагу.

<…>

Автор страницы:

***

Павшим революционерам.

До боли, до крови, до смерти – за брата.
За даль бесконечных, не прожитых дней.
За вечную юность вы пали когда-то
Штыком революций, пожаром огней.

Пылали стихии, бессмертные дали.
Взмывал в отреченьи кровавый накал.
Вы совестью были, вы гордостью стали.
Вы – жертвенный, чистый поющий хорал.

Вам смерть покорялась, вам солнце светило.
И кровью измученных, яростных лет
«За землю, за волю!» - сверкало, парило.
И нет вам забвения в вечности. Нет!

5019.jpg   

И.И.Бродский. «Тянутся по небу тучи тяжелые».

«Леший», 1906, № 2.

(из книги А.А.Сидорова «Русская графика начала XX века).

***

Автор страницы:

***

Лошадь загнали, в пене, в поту,
Лошадь упала, я в поле пойду,
Вырою холм на три тысячи верст.
Свечку поставлю везущей  тот воз.

Свечка сияет, идут предо мной
Русские люди с понурой спиной.
Лошадь запряжена, катится воз,
Вот лошадь ту обогнал паровоз.

Вот самолет, вот ракета… Спина
Вдруг разрастается, в шрамах она,
В мясо иссечена, кровью сочит.
Я ужаснулся, мираж, не молчи.

Слово, хоть слово скажи мне в ответ.
Вырыли холм во три тысячи лет.
Вырыли, славу теперь пропоем
Смерти во имя, ведь мы так живем.

Лошадь загнали, в пене в поту,
Лошадь упала, и я упаду…

***

В 1896 году, в дни празднования коронации императора Николая II

https://www.mgorskikh.com/14-culture/8785-gilyarovskij-kak-kurerskij-poezd-ostanovka-5-minut-bufet

В 1896 году, в дни празднования коронации императора Николая II, Гиляровский оказался в самом центре Ходынского поля и – единственный из журналистов легальных газет – не побоялся описать происходящее:

«Синие, потные лица, глаза умирающие, открытые рты ловят воздух, вдали гул, а около нас ни звука.

Стоящий возле меня, через одного, высокий благообразный старик уже давно не дышал: он задохся молча, умер без звука, и похолодевший труп его колыхался с нами. Рядом со мной кого-то рвало. Он не мог даже опустить головы… Многие из людей задохлись, еще стоя в толпе, и упали уже мертвыми под ноги бежавших сзади, другие погибли еще с признаками жизни под ногами сотен людей, погибли раздавленными; были такие, которых душили в драке, около будочек, из-за узелков и кружек. Лежали передо мной женщины с вырванными косами, со скальпированной головой. Многие сотни! А сколько еще было таких, кто не в силах был идти и умер по пути домой.

Ведь после трупы находили на полях, в лесах, около дорог, за двадцать пять верст от Москвы, а сколько умерло в больницах и дома!» Он сам чуть не погиб в той давке: спас казачий патруль, перекрывший доступ на Ходынку и хотя бы по краям сумевший разрядить толпу (Гиляровский, вопреки своему обыкновению, на этот раз оказался не в эпицентре, а с краю).

Итог: 1400 погибших в битве за бесплатные коронационные орехи-пряники.

И царский праздник уже на следующий день – на месте гибели этих 1400 человек: с оркестром и хором. Коронационные приемы, банкеты, балы, которых никто и не думал отменять. И сенсационные материалы Гиляровского обо всем этом в «Русских ведомостях». Многие  именно оттуда-то и узнали о том, что случилось (власти старательно это замалчивали).

Ходынское поле 30 мая 1896 года. Народ уже толпится. Трагедия случится вот-вот.

Ходынка, 30 мая 1896 г.

Трагедия на Ходынском поле. Убитые.

Там же, несколькими часами позже

***

image001.jpg

"Ходынка" Владимир Маковский.

Трагедия случившаяся на Ходынском поле, конечно, не могла оставить художников того времени равнодушными. Маковский запечатлел ужасы той давки и тысячи погибших людей. https://zen.yandex.ru/media/culture_ura/zaprescennye-kartiny-russkih-hudojnikov-5d23359c959b0d00ad33cd97

***

«ПОСЛЕДНИЕ ДНИ ИМПЕРАТОРСКОЙ ВЛАСТИ» (из книги Александра Блока, 1921)

(выдержки).

Вся деловая часть предлагаемой книжки основана на подлинных документах, в большинстве своем до сих пор не опубликованных и собранных учрежденной Временным правительством Чрезвычайной комиссией для расследования противозаконных по должности действий бывших министров. Книжка в несколько сокращенном виде  была напечатана в журнале «Былое» № 15 (помечена 1919 годом, вышла в 1921 году) под заглавием «Последние дни старого режима».

А.Б. июль 1921.

pojezd.jpg

Императорский поезд, в котором 15 марта 1917 года император

Николай II отрекся от престола.

***

Настроения общества и события накануне переворота.

Доклады охранного отделения в 1916 году дают лучшую характеристику общественных настроений; они исполнены тревоги, но их громкого голоса умирающая власть уже услышать не могла.

В секретном докладе «отделения по охранению  общественной безопасности и порядка в столице» от 5 января, на основании добытого через секретную агентуру осведомительного материала, сообщается, что, по слухам, были перед Рождеством какие-то законспирированные совещания членов левого крыла Государственного Совета и Государственной Думы, что постановлено ходатайствовать перед высочайшей властью об удалении целого ряда представителей правительства с занимаемых ими постов; во главе означенного списка стоят Щегловитов и Протопопов.

«Настроение в столице носит исключительно тревожный характер. Циркулируют  в обществе самые дикие слухи как о намерениях правительственной власти, в смысле принятия различного рода реакционных мер, так  равно и о предположениях враждебных этой власти групп и слоев населения, в смысле возможных и вероятных революционных начинаний и эксцессов.

Одинаково серьезно и с тревогой ожидают как разных революционных вспышек, так равно и несомненно якобы в ближайшем будущем «дворцового переворота», провозвестником коего, по общему убеждению, явился акт в отношении «пресловутого старца».

Перед 9 января начальник охранного отделения Глобачев докладывает о «настроениях революционного подполья» по партиям и приходит к следующему выводу: «Ряд ликвидаций последнего времени в значительной мере ослабил силы подполья, и ныне, по сведениям агентуры, к 9 января возможны лишь отдельные разрозненные стачки и попытки устроить митинги, но все это будет носить неорганизованный характер».

Однако же здесь констатируется «общая распропагандированность пролетариата».

19 января вновь следует обширный «совершенно секретный» доклад охранного отделения.

«Отсрочка Думы продолжает быть центром всех суждений…

Рост дороговизны и повторные неудачи правительственных мероприятий по борьбе с исчезновением продуктов вызвали перед Рождеством резкую волну недовольства…

Население открыто (на улицах, в трамваях, в театрах, в магазинах) критикует в недопустимом по резкости тоне все правительственные мероприятия».

Отмечается:  «успех крайне левых журналов и газет» («Летопись», «Дело», «День», «Русская воля» и появление «Луча»); оппозиционные речи в самых умеренных по своим политическим симпатиям кругах»; доверчивость широких масс к Думе, которая еще недавно считалась «черносотенной» и «буржуазной»…

«Озлобленное дороговизной и продовольственной разрухой большинство обывателей – в тумане», питается «злостными сплетнями» о «думской петиции», об «организации офицеров, постановившей убить ряд лиц, якобы мешающих обновлению России».

«Неспособные к органической работе и переполнившие Государственную думу политиканы… способствуют своими речами разрухе тыла… Их пропаганда, не остановленная правительством в самом начале, упала на почву усталости от войны; действительно возможно, что роспуск Государственной Думы послужит сигналом для вспышки революционного брожения и приведет к тому, что правительству придется бороться не с ничтожной кучкой оторванных от большинства населения членов Думы, а со всей Россией.

В действующей армии, согласно повторным и все усиливающимся слухам, террор широко развит в применении к нелюбимым начальникам, как солдатам, так и офицерам… Поэтому слухи о том, что за убийство Распутина – этой «первой ласточки» террора – начнутся другие «акты», - заслуживает самого глубокого внимания.

Rasputin.jpg

 Григорий Ефимович Распутин.

Нет в Петрограде  в настоящее время семьи так называемого «интеллигентного обывателя», где «шепотком» не говорилось бы о том, что «скоро, наверное, прикончат того или иного из представителей правящей власти» и что «теперь такому-то безусловно несдобровать», - характерный показатель того, что озлобленное настроение пострадавшего от дороговизны обывателя требует кровавых гекатомб  из  трупов министров, генералов…

В семьях лиц, мало-мальски затронутых политикой, открыто и свободно раздаются речи опасного характера, затрагивающие даже священную особу государя императора».

«Общий вывод из всего изложенного»:  «если рабочие массы пришли к сознанию необходимости и осуществимости всеобщей забастовки и последующей революции, а круги интеллигенции – к вере в спасительность политических убийств и террора», то это указывает на «жажду общества найти выход из создавшегося политически-ненормального положения, которое с каждым днем становится все ненормальнее и напряженнее».

Следующий «совершенно секретный» доклад генерала Глобачева относится к 26 января.

«Передовые и руководящие круги либеральной оппозиции, - сообщается здесь, - уже думают о  том, кому и какой именно из ответственных портфелей удастся захватить в свои руки». При этом «в данный момент находятся в наличности две исключительно серьезные общественные группы», которые «самым коренным образом расходятся по вопросу о том, как разделить «шкуру медведя».

«Первую из групп составляют руководящие «дельцы» парламентского прогрессивного блока, возглавляемые перешедшим в оппозицию  и упорно стремящимся «к премьерству» председателем Государственной Думы – шталмейстером Родзянко».

Rodzyanko.jpg

М.В. Родзянко (1859 – 1924) – один из  лидеров партии октябристов,

Председатель Государственной думы.

А.Ф.Трепов (1862 – 1928) – в 1916 году – председатель Совета министров.

Во главе второй группы, «действующей пока законспирированно и стремящейся во что бы то ни стало «выхватить будущую добычу» из рук представителей думской оппозиции, стоят не менее жаждущие власти А.И.Гучков, князь Львов, С.Н.Третьяков, Коновалов, М.М.Федоров и некоторые другие».

Вся надежда этой группы – «неизбежный в самом ближайшем будущем дворцовый переворот, поддержанный всего-навсего одной, двумя сочувствующими воинскими частями».

guchkov2.jpg

Товарищ председателя Петербургской городской думы

Юрий Николаевич Милютин (слева)

И член Государственной думы Александр Иванович Гучков, 1913.

«Что будет и как все это произойдет, - заканчивает охранное отделение, - судить сейчас трудно, но, во всяком случае, воинствующая оппозиционная общественность безусловно не ошибается в одном: события чрезвычайной важности и чреватые исключительными последствиями для русской государственности «не за горами».

В докладе охранного отделения от 5 февраля говорится:

«С каждым днем продовольственный вопрос становится острее, заставляет обывателя ругать всех лиц, так или иначе имеющих касательство к продовольствию, самыми нецензурными выражениями». Следствием нового повышения цен и исчезновения с рынка предметов первой необходимости явился «новый взрыв недовольства», охвативший «даже консервативные слои чиновничества».

«Тщетно публицисты в газетах призывали к терпению… Никогда еще не было столько ругани, драк и скандалов, как в настоящее время, когда каждый считает себя обиженным и старается выместить свою обиду на соседе… Обывателя стригут по нескольку раз в день, и он по своей беспечности лишь вопит к администрации: «Спасите, не дайте снять совершенно шкуру!»

В начале февраля Петербургский военный округ был выделен из Северного фронта в особую единицу, с подчинением его генерал-лейтенанту Хабалову, которому были даны очень широкие права.

Переворот.

22 февраля, в среду, царь выехал из Царского Села в Ставку, в Могилев.

В четверг, 23 февраля, в Петербурге начались волнения. В разных частях города народ собирался с криками «хлеба». Появились красные знамена с революционными надписями. Бастовало от 43 до 50 предприятий, т.е. от 78 500 до 87 500 рабочих. За порядком следила еще полиция, но вызывались уже и воинские части.

В субботу, 25 февраля, Хабалов объявил, что если со вторника, 28 февраля, рабочие не приступят к работам, то все новобранцы досрочных призывов 1917, 1918, 1919 годов, пользующиеся отсрочками, будут призваны в войска; утренние газеты вышли не все, вечерние вовсе не вышли.

В 4 часа 40 минут Хабалов послал в Ставку Наштаверху секретную шифрованную телеграмму (№ 2813-486): «Доношу, что 23 и 24 февраля вследствие недостатка хлеба на многих заводах возникла забастовка.

24 февраля бастовало около 200 тысяч рабочих, которые насильственно снимали работавших.

Движение трамвая рабочими было прекращено.  В середине дня 23 и 24 февраля часть рабочих прорвалась к Невскому,  откуда была разогнана. Насильственные действия выразились разбитием стекол в нескольких лавках и трамваях. Оружие войсками не употреблялось, четыре чина полиции получили неопасные поранения.

Сегодня, 25 февраля, попытки рабочих проникнуть на Невский успешно парализуются, прорвавшаяся часть разгоняется казаками, утром полицмейстеру Выборгского района сломали руку и нанесли в голову рану тупым орудием. Около трех часов дня на Знаменской площади убит при рассеянии толпы пристав Крылов.

В подавлении беспорядков, кроме петроградского гарнизона, принимают участие пять эскадронов 9-го запасного кавалерийского полка из Красного Села, сотня  лейб-гвардии сводно-казачьего полка из Павловска, и вызвано в Петроград пять эскадронов гвардейского запасного кавалерийского полка. Хабалов».

Придворный историограф, генерал Дубенский записывал 27 февраля: «Из Петрограда вести не лучше. Была, говорят, сильная стрельба у Казанского собора, много убитых со стороны полиции и среди народа. Говорят, по городу ходят броневые автомобили. Слухи стали столь тревожны, что решено завтра, 28-го, отбыть в Петроград…

Помощник начальника штаба Трегубов передал мне, что на его вопрос, что делается в Петрограде, генерал Алексеев ответил: «Петроград в восстании»

komitet.jpg

Временный исполнительный комитет Государственной думы:

В.Н.Львов, В.А.Ржевский, С.И.Шидловский, М.В.Родзянко

(сидят),В.В.Шульгин, И.И.Дмитряков, Б.А.Энгельгардт,

А.Ф.Керенский (стоят). Петроград, март 1917 г.

ПИСЬМО ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ АЛЕКСАНДРА МИХАЙЛОВИЧА НИКОЛАЮ II.

25 декабря 1916 – 4 февраля 1917 годов.

Дорогой Ники, Тебе угодно было, 22 декабря, дать мне высказать мое мнение по известному вопросу, и попутно пришлось затронуть почти все вопросы, которые волнуют нас;  я просил разрешения говорить как на духу, и Ты дал мне его.

Мы переживаем самый опасный момент в истории России: вопрос стоит, быть ли России великим государством, свободным и способным самостоятельно развиваться и расти или подчиниться германскому безбожному кулаку, - все это чувствуют: кто разумом, кто сердцем…

И вот, в это святое время, когда мы все, так сказать,  держим испытание на звание человека, в его высшем понимании, как христианина, какие-то силы внутри России ведут Тебя и, следовательно, Россию к неминуемой гибели.

Я говорю: Тебя и Россию, вполне сознательно, так как Россия без царя существовать не может, но нужно помнить, что царь один править таким государством, как Россия, не может; это надо раз навсегда себе усвоить и, следовательно, существование министерства с одной головой и палат совершенно необходимо…

Разумная власть должна состоять из лиц первым делом чистых, либеральных и преданных монархическому принципу, отнюдь не правых или, что еще хуже, крайне правых, так как для этой категории лиц понятие о власти заключается: «править при помощи полиции, не давать свободного развития общественным силам и давать волю нашему никуда не годному, в большинстве случаев духовенству».

Я принципиально против так называемого ответственного министерства, т.е. ответственного перед думой; этого допускать не следует, надо помнить, что парламентская жизнь у нас в самом зародыше, - при самых лучших намерениях тщеславие, желание власти и почета, будут играть не последнюю роль, и, главное, при непонимании парламентского строя, личной зависти и проч. человеческих недостатках министры будут меняться даже чаще чем теперь, хотя это и трудно.

Как председатель, так все министры должны быть выбраны из числа лиц, пользующихся доверием страны и деятельность которых общеизвестна (конечно, не исключаются и члены думы). Такое  министерство встретит общее сочувствие всех благомыслящих кругов; оно должно представить Тебе подробную программу тех мер, которые должны проводиться в связи с главной задачей момента, т.е. победы над германцами, и включить те реформы, которые могут проводиться попутно, без вреда для главной цели, и которых ждет страна.

Программа эта, после одобрения Тобой, должна быть представлена думе и государственному совету, которые, вне сомнения ее одобрят… всякие попытки со стороны левых элементов должны быть подавляемы, с чем, я не сомневаюсь, справится сама дума;  если же нет, то дума должна быть распущена.

Главное условие, чтобы раз установленная программа не менялась, и правительство должно быть уверено, что никакие побочные влияния на Тебя повлиять не могут, и Ты своей неограниченной властью будешь свое же правительство поддерживать.

 

1 января 1917 г.

Сколько ни думал, не могу понять, с чем Ты и Твои советники борются, чего добиваются. Я имел два продолжительных разговора с Протопоповым [министр внутренних дел]: он все время говорил о крепкой власти, о недопустимости уступок общественному мнению, о том, что земский и городской союзы, а также военнопромышленные комитеты суть организации революционные; если бы его слова отвечали истине, то спасения нет, но, к счастью, это не так, и конечно, нельзя отрицать, что в этих организациях существуют левые, но ведь масса не революционна, - и вот мерами запрещений, разных стеснений и подозрений искусственно толкают нетвердых в своих убеждениях людей в лагерь левых.

Тот же Протопопов мне говорил, что можно опереться на промышленные круги, на капитал; какая ошибка! Во-первых, он забывает, что капитал находится в руках иностранцев и евреев, для которых крушение монархии желательно, - тогда не будет препятствий для их хищнических аппетитов; а затем, наше купечество ведь не то, что было прежде: достаточно вспомнить 1905 год.

Когда подумаешь, что Ты несколькими словами и росчерком пера мог бы все успокоить, дать стране то, чего она ждет: т.е. правительство доверия и широкую свободу общественным силам, при строгом контроле, конечно, что Дума как один человек пошла бы за таким правительством; что произошел бы громадный подъем всех сил народных…

25 января.

Недовольство растет с большой быстротой, и чем дальше, тем шире становится пропасть между Тобой и Твоим народом.

Между тем народ Тебя любит и глубоко верит в достижимость полной победы и внутреннего устроения без всяких потрясений, но при условии существования правительства, состоявшего из лиц чистых и пользующихся доверием страны; без этого нет надежды на спасение Престола и, следовательно, Родины.

В заключение скажу, что как ни странно, но правительство есть сегодня тот орган, который подготовляет революцию; народ ее не хочет, но правительство употребляет все возможные меры, чтобы сделать как можно больше недовольных, и вполне в этом успевает.

Мы присутствуем при небывалом зрелище революции сверху, а не снизу.

Твой верный (подпись).

Yusupov.jpg

Владимир Митрофанович Пуришкевич (1870 – 1920) – член II и III Государственной думы

(от Бессарабской губернии) и  IV Думы от Курской губернии. Петроград, 1916.

Князь Феликс Феликсович Юсупов (1887 – 1967).  Петроград,  1914 -16 гг.

***

ЗАПИСКА, СОСТАВЛЕННАЯ В КРУЖКЕ РИМСКОГО-КОРСАКОВА И

ПЕРЕДАННАЯ НИКОЛАЮ II КНЯЗЕМ ГОЛИЦЫНЫМ.

ноябрь 1916 года.

 

Так как в настоящее время уже не представляется сомнений в том, что Государственная Дума при поддержке так называемых общественных организаций вступает на явно революционный путь, ближайшим последствием чего, по возобновлении ее сессии, явится искание ею содействия мятежно настроенных масс, а затем ряд активных выступлений в сторону государственного, а, весьма вероятно, и династического переворота, надлежит теперь же подготовить, а в нужный момент незамедлительно осуществить ряд совершенно определенных и решительных мероприятий, клонящихся к подавлению мятежа, а именно:

I. Назначить на высшие государственные посты министров, главноуправляющих  и на высшие командные тыловые должности по военному ведомству (начальников округов военных генерал-губернаторов) лиц, не только известных своей издавна засвидетельствованной и ничем непоколебленной  и незаподозренной преданностью Единой Царской Самодержавной власти, но и способных решительно  и без колебаний на борьбу с наступающим мятежом и анархией.

II. Государственная Дума должна быть немедленно Манифестом Государя Императора распущена без указания срока нового ее созыва, но с определенным упоминанием о предстоящем коренном изменении некоторых статей (86,87, 111 и 112) Основных Законов и Положений о выборах в Государственный Совет и Думу.

III. В обеих столицах, а равно в больших городах, где возможно ожидать особенно острых  выступлений революционной толпы, должно быть тотчас же фактически введено военное положение (а если нужно, то и осадное) со всеми его последствиями до полевых судов включительно.

IV. Имеющаяся в Петрограде  военная сила в виде запасных батальонов, гвардейских, пехотных полков представляется вполне достаточной для подавления мятежа; однако, батальоны эти должны быть заблаговременно снабжены пулеметами и соответствующей артиллерией. В Москву должны быть отправлены некоторые из этих же батальонов, а в столицы и в крупные центры, кроме того, поставлены те из имеющихся запасных кавалерийских частей, кои являются наиболее способными.

V. Тотчас же должны быть закрыты все органы левой и революционной печати и приняты меры к усилению правых газет и к немедленному привлечению на сторону правительства хотя бы одного из крупных умеренных газетных предприятий.

VI. Все заводы, мастерские и предприятия, работающие на оборону, должны быть милитаризированы с перечислением всех рабочих, пользующихся так называемой отсрочкой в разряд призванных под знамена и с подчинением их всех законам военного времени.

VII. Во все главные и местные комитеты союзов земств и городов, во все  их отделы, а равно во все военнопромышленные комитеты, и во все содержимые сими учреждениями заведения,  мастерские, лазареты, поезда и проч. должны быть назначены в тылу правительственные комиссары, а на фронт коменданты из эвакуированных офицеров – для наблюдения за расходованием отпускаемых казною сумм и для совершенного пресечения революционной пропаганды среди нижних чинов.

VIII. Всем генерал-губернаторам, губернаторам и представителям высшей администрации в провинции должно быть предоставлено право немедленного собственной властью удаления от должности тех чинов всех рангов и ведомств, кои оказались бы участниками антиправительственных выступлений либо проявили в сем отношении слабость или растерянность.

IX. Государственный Совет остается впредь до общего пересмотра основных и выборных законов и окончания войны, но все исходящие из него законопроекты впредь представляются на Высочайшее благоусмотрение с мнением большинства и меньшинства. Самый состав его должен быть обновлен таким образом, чтобы в числе назначенных по Высочайшему повелению лиц не было ни одного из участников так называемого прогрессивного блока.

(Записка без подписи. С.  Белецкий объясняет, что она составлена в кружке Римского-Корсакова во времена Штюрмера, который не подал ее царю, боясь, что она не отвечает либеральному настроению его декларации.

Записка была вторично отпечатана и передана Голицину, который в последние дни Штюрмеровского премьерства передал ее царю от себя).

Shtyurmer.jpg

Б.В.Штюрмер (1848-1917)

на протяжении нескольких месяцев 1916 года заниамл сразу три ответственных поста –

председателя Совета министров, министра внутренних дел и министра иностранных дел.

***

Объяснительная записка к пункту II предыдущего документа.

В обществе и даже в среде самого правительства последних лет существует довольно прочно установившееся убеждение, что стоит Монарху даровать действительные, настоящие конституционные права и гарантии, пойти навстречу заявленным требованиям об ответственном министерстве, принести за Себя или за Своего Наследника присягу на верность конституции, и тотчас же настанут для России светлые дни, все сразу успокоится, а умеренные партии законодательных учреждений, только к этому одному и стремящиеся, выведут государство из этого тупика, в который оно поставлено нерешительной и непоследовательной политикой правительства.

Такого рода мнение совершенно ошибочно, и вовсе не по тому одному, как думают некоторые из представителей противоположного течения мыслей, что цели этих умеренно-либеральных партий, кадетов и октябристов, идут гораздо дальше фактического захвата ими власти.

Эти партии, быть может, и действительно вполне искренно примирились бы с правительством, ими поставленным, и удовлетворились бы достигнутым результатом своей многолетней борьбы.

Но дело в том, что сами эти элементы столь слабы, столь разрознены и, надо говорить прямо, столь бездарны, что торжество их было бы столь кратковременно, сколь и непрочно.

Наиболее сильной и влиятельной из них является партия кадетов, ведущая в поводу все остальные; но если приглядеться к ней не в смысле писанных программ, а в смысле бытовых черт самого ее существования и последовательного хода ее возникновения, то придется признать, что эта партия сильна лишь своей слабостью.

Нося название демократической, а сама по себе в составе своем чисто буржуазная, она должна была, не имея собственной почвы, принять навязанные ей слева лозунги народоправства и отрицания собственности.

Имея в составе своем значительное число так называемых земских деятелей, владельцев земли, кадетская партия первым пунктом своей программы поставила отчуждение земли, окончательное разорение собственных своих сочленов.

Milyukov.jpg

П.Н.Милюков (1859-1943) – член Государственной думы, один из организаторов

партии кадетов, министр иностранных дел в первом составе Временного правительства.

Конечно,  руководители ее не были искренни в этом случае и к этому вовсе не стремились, весьма охотно выпустив этот пункт из программы созданного и руководимого ими прогрессивного блока, но не является ли это лучшим доказательством того, что они не верят в собственное свое самостоятельное существование и ищут сочувствия извне путем уступок и жертв; без этого сочувствия слева, без этих козырей из чужой, не ихней колоды карт, кадеты есть не более как многочисленное сообщество либеральных адвокатов, профессоров и чиновников разных ведомств – и ничего более.

Еще меньше можно назвать политической партией партию октябристов, в самой Думе уже расколовшуюся на разные оттенки, партию, искусственно созданную на лозунгах Манифеста 17 октября, для многих спорного и ни для кого не ясного.

Слабость ее заключается уже не в том, что она приняла чуждые ей лозунги, а  в том, что их у нее нет вовсе; и не видели ли мы самых разительных примеров того, как люди, называющие себя октябристами, перебегали из одного лагеря в другой, легко и свободно меняя свои убеждения в зависимости от временных обстоятельств, колебаний правительственной политики, а еще чаще совершенно личных побуждений.

Что же можно сказать, наконец, о так называемом центре, или о прогрессивных националистах?

И этот центр и эти либеральные националисты, не являют ли они столь же убедительный пример того, сколь смешны и ничтожны деления русских людей на политические партии. Сколь еще младенческая страна Россия в политическом отношении.

Явные и наиболее яркие антисемиты юго-западного края, прошедшие голосами и грошами низов, ненавидящих евреев вплоть до погромов, с непоколебимой уверенностью в легальности своей позиции как народных избранников, подписывают программу прогрессивного блока, где одним из пунктов стоит еврейское равноправие.

Или что можно сказать про украшающих высшее Государственное Законодательное Учреждение сановников, бывших министров, даже премьеров, превознесенных милостями Монарха и Им одаренных свыше меры, поставленных Им здесь на защиту Его прав и прав Его Наследников, - сановников, участвующих в прогрессивном блоке и подписывающих резолюции, клонящиеся к узурпированию этих прав, к скомпроментированию Самого Царского Имени?

Что можно сказать про придворных чинов, кичащихся своим мундиром и званием перед простыми смертными и в то же время братающимися с явными и Откровенными врагами Своего Государя?

А семидесятилетний сановник, всю долгую жизнь на разных постах утверждавший принципы Царского Самодержавия, переходящий к левым в верхней палате из-за неизбрания его правыми в какую-то комиссию?

Где предел этой политической невоспитанности?

Надо признать, что и правые партии находятся в состоянии летаргии.

Обыкновенно посылаемый им упрек в бездеятельности и отсутствии программы, едва ли, однако, справедлив, и вся их вина заключается в том, что они сразу и бесповоротно не устранили себя от участия в осуществлении Манифеста 17 октября.

Что могли они сделать и что сказать, когда с высоты Престола провозглашена была ломка тех устоев, которыми держалась Россия до сих пор и без которых она, по их мнению, должна погибнуть? Много ли им давала та неопределенность выражений, туманность некоторых пунктов основных законов, допускавших некоторую возможность разноречивых толкований?

Правые сделали все, что могли: они содействовали проведению в третью и четвертую Думы более умеренных элементов.

Могли ли они сами образовать политическую партию с определенной программой, - они, люди, отрицающие эту политику, защитники Единой Царской Самодержавной Власти?

С ними сбылось то, чего надо было ожидать: в условиях политической борьбы они оказались разбитыми, рассеянными и не признанными той самой властью, которая только на них одних могла опираться.

Совершенно иное положение партий левых: трудовиков, социал-демократов, вплоть до социал-революционеров.

Несмотря  на совершенную нелепость их настоящих представителей в Думе, несмотря даже на то, что нет такого социал-демократа или социал-революционера, из которого за несколько сот рублей нельзя было бы сделать агента охранного отделения, опасность этих партий составляет то, что у них есть идея, есть деньги и есть толпа, готовая и хорошо организованная.

Эта толпа часто меняет свои политические устремления, с тем же увлечением поет «Боже Царя храни», как и орет «Долой Самодержавие», но в ненависти к имущим классам, в завистливом порыве разделить чужое богатство, в так называемой классовой борьбе толпа эта крепка и постоянна; она вправе притом рассчитывать на сочувствие подавляющего большинства крестьянства, которое пойдет за пролетарием тотчас же, как революционные вожди укажут им на  чужую землю.

1905 и 1906 годы с достаточной убедительностью уже показали, что, яростный защитник своей собственности и такой же консерватор в своем быту, русский мужик делается самым убежденным социал-демократом с той минуты, когда дело коснется чужого добра.

Итак, при полной, почти хаотической, незрелости русского общества в политическом отношении объявление действительной конституции привело бы к тому, что более устойчивые и сильные политические партии и течения, имея благоприятную под собою почву в самых конституционных гарантиях, стали бы поглощать партии менее жизненные и сильные.

Обнародование такого акта сопровождалось бы прежде всего, конечно, полным и окончательным разгромом партий правых и постепенным поглощением партий промежуточных: центра, либеральных консерваторов, октябристов и прогрессистов – партией кадетов, которая поначалу и получила бы решающее значение.

Но и кадетам грозила бы та же участь.

При выборах в пятую Думу эти последние, бессильные в борьбе с левыми и тотчас утратившие все свое влияние, если бы вздумали идти против них, оказались бы вытесненными и разбитыми своими т.е. друзьями слева (как и было, напр., в некоторых губерниях при выборах во вторую Думу).

А затем…

Затем наступила бы революционная толпа, коммуна, гибель династии, погромы имущественных классов и, наконец, мужик-разбойник. Можно бы идти в этих предсказаниях и дальше и после совершенной анархии и поголовной резни увидеть на горизонте будущей России восстановление Самодержавной Царской, но уже мужичьей власти в лице нового Царя, будь то Пугачев или Стенька Разин, но, понятно, что такие перспективы уже заслоняются предвидением вражеского нашествия и раздела между соседями самого Государства Российского, коему уготована была судьба Галиции или Хорватской Руси.

Поэтому все надежды на то, что с объявлением действительной русской конституции все успокоится, кажутся столь же наивными, как наивно и утверждение, что, Бог даст, и так все самой собой образуется как-нибудь.

Ничего не может образоваться из неудачно задуманной и еще более неудачно осуществленной 10 лет тому назад реформы, и если дальнейшие по этому пути уступки, завершенные обнародованием конституции, приведут к катастрофе, то и оставление в этом же положении, как в настоящее время, Государственной Думы с периодическим свидетельствованием ей доверия и недоверия, с признанием неосуществимой возможности правительству работать с Думой и с перемежающими эту будто бы плодотворную работу ее роспусками  доведет к тому же, продлив только срок этой агонии и подорвав в народе веру в силу и правду Монарха.

shulgin2.jpg

 Депутат Государственной думы Василий Витальевич Шульгин, 1910-е годы.

Великий князь Михаил Александрович, брат Николая II.

 

В чем же заключаются недостатки реформы 1906 года?

Их столь много, что скорей можно было бы спросить, в чем заключаются ее достоинства?

Но в числе этих дефектов по степени неотложности их исправления и важности в смысле приносимого Государству вреда необходимо выделить два основных капитальных положения:

Соблазнительную неясность и противоречие в основных законах, касающихся прерогатив Верховной Самодержавной Власти и прав законодательных учреждений, и совершенную несостоятельность положений о выборах в Думу.

Как бы ни хитры были истолкования выражения Самодержец, само понятие это в глазах народа, кроме значения Всемогущего и никем и никаким законом человеческим, кроме Божьего, не ограниченного Монарха, никакого иного не имеет, а вычеркнуть это слово из основных законов и из ежедневных молитвословий не решились и составители новелл 1906 г.

Между тем, ст. 87, 112 и 113 Основных Законов явно  умаляют это значение, ставят Царя не только в равноправные  отношения с законодательными учреждениями, но как бы  подчиняют Его Волю усмотрению этих последних: проведенный по 87 ст. и Царским Именем опубликованный закон может быть без всякого его рассмотрения отвергнут Думой и Советом и даже просто механически теряет свою силу сам собой в том случае, если правительством в определенный срок в Думу внесен не будет;

каждый законопроект, одобренный Думой и Советом, должен быть, по смыслу этих статей, непременно рассмотрен и утвержден или не утвержден Монархом, законопроект же, внесенный в эти учреждения от Имени Монарха правительством, может быть вовсе не рассмотрен законодательными учреждениями, ибо никакого срока им на это не положено, и судьба такого законопроекта в дальнейшем законом не предусмотрена вовсе;

даже согласительные  комиссии этих двух учреждений как будто бы имеют более прав, чем сам Монарх, ибо им представлена возможность в случае разногласий по отдельным статьям вырабатывать общие согласительные формулы, Монарх же не имеет ни права, ни возможности утвердить закона, хотя бы вызванного совершенной государственной необходимостью, при рассмотрении коего хотя бы в одной статье его разногласие между двумя палатами осталось бы неустраненным.

Таким образом, Монарх не является во всех таких случаях Верховным Судией, решителем судьбы важнейших государственных мероприятий, и занимает какую-то связанную формальностью, как бы лишь делопроизводственную позицию.

Этот величайший государственный соблазн должен быть уничтожен и указанные статьи коренным образом изменены в том смысле, что Монарх, в порядке утверждения рассмотренных палатами законопроектов, остается неограниченным  и никаких в сем отношении обязательств на него законом не возложено.

Несмотря на все пережитое, а быть может, благодаря именно этому, формула: «НАРОДУ  МНЕНИЕ, а ЦАРЮ РЕШЕНИЕ» является единственно приемлемой для России.

Столь же коренным образом должен быть решен вопрос

о выборах в Государственную Думу.

Печальные результаты выборного закона и неудача поправок его по закону 3 июля 1907 г. объясняется тем, что в положения эти была заложена странная и неисполнимая идея смешать все классы населения Империи в одну общую бесформенную толпу и уже из этой толпы выбрать, так сказать, выудить наиболее способных, толковых и государственно мыслящих людей, производя самый этот отбор сложным и неестественным порядком двух и трехстепенных выборов: как будто бы предполагалось, что надо сначала уничтожить существующие бытовые деления общества и народа и заменить их делениями на политические партии, и забывалось, что реальная Россия вовсе не смешана, что эти бытовые, классовые и сословные грани фактически существуют и достаточно еще крепки, а политических партий нет вовсе или таковые находятся еще в зародыше.

Хотели будто бы получить не действительных представителей земли русской, а уловить настроение разношерстной толпы в лице ее вожаков, эти настроения наиболее ярко выражающих. Дворян-помещиков смешали, вообще, с земледельцами и духовенством, купцов с чиновниками и интеллигентами, крестьян-домохозяев с крестьянами-пролетариями и даже казаков, с целью совершенно обезличить эту бытовую группу, свалили в одну кучу с иногородними и инородцами; а чтобы эта смесь и вовсе потеряла свое лицо, все эти группы еще раз смешали в губернских собраниях и  только здесь разрешили им на предвыборных собраниях наконец вновь разделиться, но уже не так, как разделил их тысячелетний быт и история, а так, как хотелось этого незрелой мысли политических авантюристов.

Сначала надеялись, что поддерживать правительство будут крестьяне, затем стали искать опоры у землевладельцев – и во всех горько разочаровались, ибо вместо крестьян получили трудовиков, а вместо помещиков левых октябристов – лидеров партий, только вчера образовавшихся на предвыборном сборище, людей, в этот день первый раз встретившихся друг с другом.

Ясно, что выборы должны быть одностепенные, непосредственные от городских и уездных бытовых и сословных групп. Иначе говоря, каждое волостное крестьянское общество, уездное дворянское собрание, собрания купеческие, мещанские, уездное духовенство, казачьи станицы, городское чиновничество и т.д. должны выбрать каждое по одному своему представителю и этим  избранием вся процедура выборов должна быть закончена.

Так как, очевидно, в каждой губернии число таким образом избранных в кандидаты будет значительно превышать число положенных от каждой из них членов Думы и из избранных от каждой из перечисленных групп придется призвать лишь незначительную часть, то необходимо установить дальнейший порядок их отбора и утверждения, быть может, по жребию, а всего лучше по Высочайшему соизволению, подобно тому как ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР утверждает, напр., одно из избранных в губернские предводители дворянства двух лиц; остальные оставались бы кандидатами и, в случае выбытия членов Думы, замещали бы сих последних в том же порядке утверждения или призвания их Высочайшей Волей.

Правительство во что бы то ни стало должно иметь большинство в Думе и к созданию этого большинства должно относиться с величайшей ревностью и притом без всяких иллюзий и предубеждений.

В ближайшем прошлом возможность создания прогрессивного блока надо поставить в тяжкую вину правительству, ровно ничего не сделавшему в предупреждение его образования.

Что сделало оно вообще в смысле укрепления и численного увеличения правых в Думе, чем поощряло людей действительно преданных Монарху и готовых защитить Его правительство?

В лучшем случае выдавало грошовую субсидию внедумским правым органам печати…

Ровно ничем, и скорей поощряло их переход налево, в то время когда их можно было брать голыми руками.

Надо говорить откровенно: помыслы и действия правительства были слишком чисты, нелицеприятны и нисколько не соответствовали ни нравственному уровню, ни стремлениям той среды, с которой оно имело дело; все его руководители, даже сами вышедшие из рядов правых партий, стремились только убедить, уговорить Думу, переспорить ее – и вовсе не заботились о том,  чтобы собрать, если нужно, создать и укрепить за собой послушное большинство.

Кроме бесцельных и скучнейших раутов с приглашением нескольких сот человек без всякого разбора, никаких попыток в сем отношении сделано не было, а в грозную силу общественности правительство верило больше, чем верила она сама себе, и вовсе не хотело понять, что никакой общественности в России нет, а есть лишь в разных видах чиновники способные и удачные, получающие соответствующие награды и содержание от казны, и есть чиновники менее способные и неудачливые, от казны содержание не получающие, но к нему, равно как и к денежным и иным наградам, ревнивые не менее первых.

Kerenskiy.jpg

Председатель Совета министров Временного правительства

Александр Федорович Керенский в библиотеке Зимнего дворца.

Петроград, 21 августа 1917 г.

В распоряжении Председателя Совета Министров должно состоять особое лицо, особая и притом серьезно поставленная организация и крупный специальный фонд для ведения внутренней политики в самой Думе с единственной целью создания и поддержания прочного и постоянного большинства, благоприятного правительству.

Imperator.jpg

Автор страницы:

Читаю книгу Блока о ситуации в верхах перед революцией, 1916 год. Эту борьбу за власть всяческих группировок, придворной рвани, не мой эпитет, так звали друг друга пишущие противоборствующие высокопоставленные  особы.

Поставить бы в Питере памятник, напротив Медного всадника, я уж писала про это, памятник обездоленному и бесправному народу в России, в веках униженному, попранному, поротому, клейменому, уничтожаемому барами. На такой же по росту постамент или выше, народу в цепях, с клеймом на  лице, под розгами. Пусть царь смотрит, пусть другие вельможи смотрят. Пусть все народы другие смотрят.

«Высший  подвиг в терпенье, любви и мольбе…» - строчка из стихов Хомякова.

Звучит в ушах, как поет это Хворостовский, вспоминаю.

Почему терпеть должна «чернь»? Почему я должна терпеть? Я теперь ощущаю себя этой самой чернью, униженной, обиженной, обворованной.

И нет в душе ни примиренья, ни прощенья новоявленным барам, ворам и бандитам от власти. Нет прощенья, нет,  и никогда не будет. Все возвратится, всё. Ничего не проходит бесследно…

Давайте на Ходынском поле, на месте 1400 (а может больше?) погибших, или на месте трех тысяч расстрелянных в кровавое воскресенье 1905 года и так далее,..   поставим памятник коронованному мученику Николаю II, помолимся пред его иконой…

***

Потерпи, народ…

Терпим униженье, пытки, казни, глад.
Смертным воскрешеньем встаньте, люди, в ряд.
Те, что спину гнули в рваных армяках,
Те, что шли под пули на штыках.

«Чернью», «быдлом», «рванью»  звался ты, народ.
Золоченой гранью блещет род.
Колокольным звоном - сытых рай.
Списки обреченных – собирай.

Собирай столетьем на гробах.
Горьким лихолетьем смертный страх.
Отожми по каплям сытым в рот.
Списков нет. Размякли. – Потерпи, народ…

***

ЛИЦО РОССИИ (Джон Рид, выдержки).

Русские, как мне кажется, не так патриотичны, как другие народы.

Царское правительство – бюрократия – не внушает массам доверия, оно как бы другая нация, сидящая на шее народа. Как правило, они не знают, как выглядит их флаг, а если и знают, то он не символизирует для них Россию. И русский национальный гимн – это полумистическая большая песнь, но никто не чувствует необходимости встать и снять шапку, когда его исполняют.

Однажды в одном с нами купе ехал молодой офицер. Весь день он пристально смотрел через окно на темные леса, на обширные поля, маленькие города, и слезы катились у него по щекам.

- Великая мать Россия! Великая мать Россия! – без конца повторял он…

В другой раз мы встретили средних лет штатского…

- Мы, русские, не знаем, как мы велики, - говорил он. – Мы не можем проникнуться мыслью, что столько миллионов людей общаются между собой. Мы не представляем себе, как много у нас земли, как много у нас богатств. Да что, я могу вам назвать Юсупова из Москвы, который владеет таким количеством земли, что не всю ее знает, чьи имения больше, чем территория любого германского княжества. И никто из русских не знает, сколько народов объято нашей страной. Я сам знаю только тридцать девять…

Однако этот безграничный хаос варварских народностей, в течение целых столетий тупевших от угнетения, пользовавшийся лишь простейшими средствами сообщения, не имевших представления о каком-либо идеале, - развернулся в глубокое национальное единство чувств и мыслей, в своеобразную цивилизацию, которая распространяет теперь свое собственное могущество.

Свободная, непринужденная  и сильная, она овладевает жизнью разбросанных вдали диких племен Азии, она проникает через границы в Румынию, Галицию, Восточную Пруссию, несмотря на организованные усилия остановить ее.

Даже англичан, которые обычно упрямо придерживаются своего образа жизни во всех странах и при всяких условиях, одолела Россия – английские колонии в Москве и Петрограде  стали полурусскими. И она овладевает мыслями людей потому, что это наиболее простой и наиболее непринужденный образ жизни. Русские выдумки веселее других, русские мысли наисвободнейшие, русское искусство наиболее богатое, русское еда и питье, на мой вкус, самые лучшие, а сами русские, быть может, самые интересные среди всех человеческих существ.

Мы видели кое-что из жизни русских домов.

Без конца шумят самовары, снует прислуга, доливая воду и заваривая новый чай, пересмеиваясь и  присоединяясь к постоянной общей болтовне. Приходят и уходят непрерывным потоком и родственники, и друзья, и различные знакомые. Всегда там есть чай, всегда столик у стены, заваленный закусками, всегда несколько небольших компаний, рассказывающих разные истории, громогласно спорящих, беспрерывно смеющихся, всегда маленькие партии карточных игроков.

Еда появляется, когда кто-нибудь захочет есть, или, вернее, идет беспрерывная еда.

Одни идут спать, другие встают после долгого сна и садятся завтракать. Это не прекращается ни днем, ни ночью.

Помню, как на перроне станции, где остановился наш поезд, я увидел арестованных.

Они толпились на путях: два или три молодых «мужика» с тупыми лицами и остриженными волосами, полуслепой сгорбленный старик, похожий на еврея, и несколько женщин, одна почти девочка, с ребенком на руках. Вокруг них кольцо полицейских с обнаженными шашками.

- Куда их гонят? – спросил я кондуктора.

- В Сибирь, - прошептал он.

- За что?

- Не задавайте вопросов, - нервно отозвался он. – Если вы задаете в России такие вопросы – с вами случится то же самое.

В Петрограде было несколько нелепых  военных распоряжений.

Если вы говорили по-немецки по телефону, вы облагались штрафом в три тысячи рублей, а если кто-нибудь замечал, как вы разговаривали по-немецки на улице, то наказанием была Сибирь. Я слышал из вполне достоверного источника о двух профессорах, которые гуляя по Морской, разговаривали друг с другом на древнеармянском языке. Они были арестованы, и полицейские показали, что этот язык был немецкий.

Однако, несмотря на это, факт остается фактом – любой немец с деньгами мог жить, сколько ему угодно, в Петрограде или Москве и проявлять свой патриотизм, как ему вздумается.

Например, большая немецкая колония в Москве давала, в ноябре 1914 года, обед в шикарнейшем отеле, во время которого распевали немецкие песни, произносили на немецком языке речи, посылавшие в преисподнюю царя и его союзников, и крики «Hoch der Kaiser!» (Да здравствует кайзер! (нем.)) потрясали воздух.

Так или иначе, ничего не было предпринято по этому поводу.

Но шестью месяцами позже полиция решила проучить их, не выдавая в то же время себя, с тем, чтобы подорвать немецкие доходы. Откуда-то  было раздобыто изрядное количество водки, из церквей вынесены иконы, и подстрекаемая полицией толпа начала громить немецкие дома, магазины и отели.

После того, как некоторые из таких домов были разгромлены, люди обратили внимание и на французские, и на английские, и русские владения. Раздались крики:

- Долой богатых! Довольно спекулировать на наши деньги!

Прежде чем кончился погром, почти все большие московские магазины были разбиты и разграблены; многих состоятельных русских, и мужчин и женщин, повытаскивали из автомобилей и экипажей и побросали в воду. Русские из высших классов не преминули поднажиться на этом деле. Они приказывали своим слугам и лакеям броситься в свалку и забрать столько шелка, кружев и мехов, сколько они смогут унести на своих плечах…

В результате этой патриотической демонстрации градоначальник, губернатор и полицмейстер были уволены со службы.

Другой характерный для российских методов случай – как германцы были окончательно выселены из Москвы.

Их сослали? Посадили в концентрационный лагерь? Нет. Полиция неофициально уведомила их о том, что если живущие в Москве немцы хотят покинуть Россию, то для этого есть возможность. В Москве, говорили они, германцу немыслимо получить паспорт для возвращения на родину, но если поехать в Пермскую губернию, что на пороге Сибири, у основания Уральских гор, то там можно хлопотать о паспорте и получить разрешение на выезд.

Сотни германцев поняли намек и облепили поезда, отправлявшиеся по направлению к Перми. Они и до сих пор еще там…

В России есть четыре вида тайной полиции,

и главная задача ее заключается в наблюдении за регулярной полицией и в том, чтобы шпионить друг за другом, кроме того, есть еще дворники, исполняющие обязанности консьержа, которые все состоят на правительственной секретной службе. Во времена, подобные, например, нынешним, достаточно простого подозрения, чтобы попасть под военный суд или быть сосланным в Сибирь, если только вы не пользуетесь влиянием.

После нашего ареста в Польше, когда мы добирались до Петрограда, нас выслеживали полицейские сыщики, агенты военной контрразведки и грозной «охранки» - злейшей, наисекретнейшей полиции из всех остальных. Но русских сыщиков легко распознать. Какова бы ни была его личина, будь он «рабочим», «мужиком», «извозчиком» или «нищим», он неизменно обут в лакированные ботинки и помахивает тросточкой с серебряным набалдашником.

Маленькая кучка их постоянно стояла против дверей нашего отеля, и в долгие скучные вечера мы часто швыряли в них бутылками. Если мы садились на извозчика, чтобы ехать в американское посольство, из группы отделялся кто-нибудь из сыщиков и на другом извозчике следовал за нами.

А когда мы спускались на Невский, мы останавливались и ждали, пока он завернет за угол, что он делал быстрым шагом, думая, что мы уже далеко, и тогда уже мы следовали за ним целыми часами, к его вящему огорчению.

Из России невозможно выехать без «заграничной визы», поставленной на ваш паспорт городской полицией и разрешающей вам пересечь границу.  Мы были, разумеется, под наблюдением городской полиции, но, несмотря на это, за тридцатипятирублевую взятку мы достали заграничные визы и сели в поезд, шедший к румынской границе. Следующим утром в Вильно в наше купе вошел жандармский офицер и, не спрашивая, ни кто мы такие, ни куда мы едем, заявил, что мы должны вернуться в Петроград. Там нас уже ждали тайные агенты охранки, которые препроводили нас в главный штаб. Но начальник не знал, что мы добыли заграничную визу, и даже того, что мы пытались скрыться. Он просто хотел прочесть нам решительный приказ великого князя, по которому мы высылались из России через Владивосток за мнимое преступление.

В нашем отеле в Петрограде жила коренастая, здоровая, похожая на эскимоску женщина с жесткими волосами, подрезанными как лохматая грива шотландского пони. Звали ее княгиня N. Перед вечером она обычно приходила в чайную комнату, выбирала по своему вкусу мужчину и помахивала своим огромным дверным ключом, просто и откровенно приглашая его к себе. Русских это не коробило, но отель был полон американскими коммерсантами и их женами, и они обратились к управляющему по поводу этого неприличия. Управляющий приказал княгине выехать из отеля. Она отказалась. И вот, в истинно русском духе, однажды, когда ее не было дома, он  взял и вытащил из ее комнаты постель и остальные вещи. Вернувшись в гостиницу, она несколько часов бегала из конца в конец по коридору, обзывая его всевозможными именами, которые только могла придумать. Затем она ушла. Через пятнадцать минут подкатил на машине чиновник тайной полиции, обрушился на управляющего и довел до его сведения, что, если он еще хоть один раз побеспокоит эту женщину, он попадет в Сибирь.

Княгиня оказалась агентом охранки…

 

***

«НАРОДУ  МНЕНИЕ, А ЦАРЮ РЕШЕНИЕ?..»

petr_alexseev_2010_04_22_05.JPG

Фото из интернета

***

- Куда их гонят? – спросил я кондуктора.

- В Сибирь, - прошептал он.

- За что?

- Не задавайте вопросов, - нервно отозвался он. – Если вы задаете в России такие вопросы – с вами случится то же самое. («Лицо России», Джон Рид).

 

 

***

Обывателя стригут по нескольку раз в день, и он по своей беспечности лишь вопит к администрации: «Спасите, не дайте снять совершенно шкуру!»

(из «совершенно секретного» доклада охранного отделения, 1916 г.).

***

Несмотря на все пережитое, а быть может, благодаря именно этому, формула: «Народу  мнение, а царю решение» является единственно приемлемой для России;

В грозную силу общественности правительство верило больше, чем верила она сама себе, и вовсе не хотело понять, что никакой общественности в России нет, а есть лишь в разных видах чиновники;

Печальные результаты выборного закона и неудача поправок его по закону 3 июля 1907 г. объясняется тем, что в положения эти была заложена странная и неисполнимая идея смешать все классы населения Империи в одну общую бесформенную толпу…

(из записки, составленной в кружке Римского-Корсакова и

переданной Николаю II князем Голицыным, ноябрь 1916 года).

 

***

Автор страницы:

***

Люди, строже…

Люди, строже, когда с экрана вам,
Развращая зренье и слух,
Мелкой пошлостью окаянною
Революции гадят дух.

Ложь стекает словами рваными,
Рдеет в пламени кумача.
- Что ж вы сделали?  - Испоганили
Память светлую Ильича.

Что смеетесь, весь смысл коверкая,
В похотливую кучу смешав.
Перевертами, перемерками
Революцию размешав,

Как похлебку в котле с приправою
Грязи, пошлости, смрада, лжи?
Чтобы песня стала отравою,
Ты похлебку ту залижи.

И залижут, и хвост завертится.
Пред хозяином на поклон.
Капиталами совесть мерится
Или песнями тех времён?

***

Вопрос:  ЧТО В НЫНЕШНЕЙ РОССИИ ПРИНАДЛЕЖИТ НАРОДУ?

https://thequestion.ru/questions/488885/answer-anchor/answer/707629?utm_source=yandex&utm_medium=wizard#answer707629-anchor

Ответ:

Сергей Токарев, вольный философ, правовед.

В соответствии с Конституцией РФ народу принадлежит суверенитет, носителем которого он является.

На том же основании можно считать, что в соответствии со статьёй 3 - ей народу принадлежит и власть,

источником которой он является. При этом утверждается, что власть народ осуществляет тремя способами:

1)непосредственно,

2)через органы государственной власти,

3)через органы местного самоуправления.

Однако до настоящего времени правовой статус народа, как участника правоотношений, в Законодательстве не проработан.

Законодательство сконцентрировалось лишь на государстве и местном самоуправлении. А порядок осуществления народом своей власти непосредственно остаётся до конца не закреплён в соответствующих нормативных актах.

Исключением является Законодательство о выборах и ФКЗ №5, подписанный Путиным В.В. в 2004-м году. Однако этот закон определяет лишь один способ осуществления власти народом непосредственно, а именно, через референдум.

При этом в Законе закреплены множественные ограничения и процедурные требования, делающие непосредственное осуществление власти народом через референдум  делом крайне затруднительным, почти невозможным при попытке практической реализации. Это может свидетельствовать о некоторых признаках ограничения со стороны государства конституционного права народа на власть.

Другие же способы непосредственного осуществления народом власти, кроме референдума и выборов, в Законодательстве вообще не проработаны, и мер по их проработке пока никем даже не принимается.

Попытки внедрения различных способов общественного обсуждения принимаемых нормативных актов не могут быть признаны равноценной заменой права народа на власть ввиду отсутствия практических правовых механизмов противодействия конкретным решениям государства непосредственно, а не через само государство.

Примером может являться так называемая "пенсионная реформа", когда воля народа была проигнорирована государством. Имеются и другие факты, подтверждающие попытки антиконституционных действий по окончательному отстранению народа от власти в стране.

С точки зрения принадлежности народу конкретных объектов собственности, данный вопрос в Законодательстве также не проработан.

Считается, что народ владеет собственностью не непосредственно, а посредством государства - Российская Федерация, которая и является субъектом правоотношений в данной сфере, а также через субъекты федерации в рамках установленных полномочий. Данное правило лично я считаю слабым звеном в конституционном Законодательстве.

Так как при негативном развитии событий может привести к дальнейшей дезъинтеграции некогда великой Страны. Если бы статус Народа был бы конкретно прописан вместе с правом на власть, собственность и иными правами, это было бы веской гарантией сохранения суверенитета, территориальной целостности и других высших ценностей, какие бы возможные ошибки или преступления со стороны государства или его отдельных представителей ни совершались бы в будущем.

Но этим вопросом почти никто сегодня не интересуется и не занимается, а зря. Таким образом, отвечая на Ваш вопрос, обобщаю, что народу в современной России принадлежат декларативно-терминологические понятия, не находящие в правовой практике своих материальных воплощений. Да и сам правовой статус Народа по-прежнему не определён нормативно. Всех благ.

 

Литература:

Рождение нового мира: Пер. с англ. /Джон Рид.  – М.: Прогресс, 1987.

Ленин Владимир Ильич. Краткая биография. / Издательство Политической литературы. – Москва, 1955.

Последние дни императорской власти. / Блок А. – М.: Захаров, 2005.

Русская графика начала XX века /А.А.Сидоров. – Издательство «Искусство» Москва, 1969.

 

  

 

 КНИГА ОТЗЫВОВ